Анатолий Нейтак - Попытка говорить 2. Дорога человека

Во-первых, Луна пребывала не просто без сознания, она, кажется, пребывала без обоих сознаний. Не знаю, что нужно сделать с аватарой, чтобы начисто убрать божественную ауру, но сие изменение явно не сулило добра. Я тут же принялся собирать – косточка к косточке, жилка к жилке – её кисть, одновременно пытаясь понять, что произошло с её двойственным сознанием и разобраться с тем, что вокруг. Вот последнее-то и служило источником матерного "во-вторых".

Мы очутились в бреду.

"Небом" здесь служила слизистая внутренняя поверхность какого-то пищеварительного органа. Бугристая, розоватая, не очень-то презентабельная на вид. Под ногами ползал песок. Да, я знаю, что песок – предмет неодушевлённый, но это в нормальном мире. Здесь песок именно ползал. Более того, временами он ненадолго складывался в осмысленные узоры.

Ну, или почти осмысленные.

"Кам-ням сюси?"

"Уняля вырушку лю".

"Сюся хоси!"

И так далее, и тому подобное. Смотрелось жутковато.

А ещё по песку бродили, окутанные уже опостылевшей мне аурой божественной мощи, гигантские и донельзя нелепые с виду фигуры. Пёстрые, как игрушки и по своей основной функции тоже, наверно, бывшие игрушками. Вот только соседство безголового "жирафа", самоходного сердца и кубика, который был и не был октаэдром, раскрашенным во все цвета радуги…

Бред. Тяжёлый наркотический бред.

А если это площадка для детских игр… ой-ой. Что-то заочно мне не нравится ни дитятко, ни его добрые родители, дарящие чаду ТАКОЕ.

Но гораздо, гораздо больше не нравится мне скотина Ленсаро с его неохватной мудростью и божественной проницательностью. Потому как именно по его "милости" мы и оказались здесь. А Луна пришла в своё нынешнее состояние.

По чьей ещё-то? Других кандидатур просто нет.

Кое-как долечив ладонь аватары, я положил её голову к себе на колени, а сам, переведя все нити машинально раскинутой "сигналки" на контроль Параллели, на мгновение заколебался. Что делать в первую очередь: разбираться с состоянием Луны, так и не пришедшей в себя, или же с нашим текущим местонахождением? Хоть монету подкидывай, право слово!

"Монету? У меня на руках женщина, потерявшая сознание, а я ещё раздумываю, не заняться ли мне ориентацией на местности?

Да, но если не сориентироваться вовремя, я могу попасть с Луной в такой переплёт, что мы оба не выберемся…

А могу и не попасть. Мои интересы – против интересов моей спутницы.

Зря я всё-таки её взял.

Ну, как бы то ни было, ответственность за неё теперь на мне".

Вздохнув, я поспешно сотворил Стража-наблюдателя и кинул дополнительный сигнальный контур среднего радиуса, после чего положил пальцы на виски аватары и сосредоточился, для лучшей концентрации сомкнув веки.

Ничего… ничего… тишина и пустота, мглистая пропасть, в которой без следа исчезают пробные импульсы. Даже следов постоянной памяти нет, как будто рядом со мной – не живая женщина, а просто кукла, никогда не являвшаяся разумной. При этом следы старых травм, пусть сглаженные и практически исцелённые, никуда не исчезли. Это тело принадлежало именно Луне, это не какой-нибудь плод экспресс-клонирования… разве что это самое экспресс-клонирование произведено по оч-чень оригинальной методике.

Но нет. Приму как факт, что сейчас и здесь находится настоящая оболочка Луны, а не копия. Раз так, то отсутствие информации на этом носителе даже несколько обнадёживает. Есть шанс, что личность была не стёрта (что оставило бы свои следы в тонких структурах мозга), а просто… ну, попала не по тому адресу. Я даже хмыкнул, подумав об этом: Омиш привыкла, что её часть соседствует с Луной – каково-то теперь ей ощущать, что уже Луна соседствует с нею?

Откуда я знаю, что личность аватары воссоединилась с богиней? А вот знаю откуда-то. Опять заработала моя странная предпамять? А что ещё она подскажет?

Только одно. Луну надо срочно вытаскивать из сущности Омиш. Вспомни рассказ Сьолвэн о пребывании в океане разделённой памяти Сообщества! Как полагаешь, Луна легче перенесёт полный контакт с божественной сутью без такого якоря, как плотное тело, чем Сьолвэн некогда перенесла погружение в отнюдь не дружественный информационный океан?

Хорошо, что я уже входил в теснейший ментальный контакт с аватарой. И хорошо, что я всё-таки овладел азами магии подобий. А ещё надо признать очень, очень удобным то, что я не так уж плохо владею искусством ламуо.

- Вернись, – сказал я. – Возвращайся в свой дом, Луна. Возвращайся, Айнельди.

На языке хилла Айнельди – это и есть Луна. Но в этом слове неизбежными отзвуками смысла звенит множество дополнительных значений. Я воззвал к стойкости аватары, потому что знал, какими воистину безграничными запасами её обладает Луна. Воззвал к её верности, чистоте, способности светить ярче всего именно тогда, когда иного света мало или вообще нет; воззвал к щедрости, открытости, умению с равной доброжелательностью обращаться к каждому, от вопящего младенца до страдающего старика, от гордого воина и до затюканной служанки. Я воззвал к неложной святости, воззвал к красоте души и гармонии мысли – одним словом, ко всему, чем была для меня и для себя самой Луна.

Да. Очень точное выражение: одним словом.

Айнельди.

С опозданием я понял, что, кажется, нарёк аватару истинным именем… или, по меньшей мере, чем-то, что очень сильно походило на таковое.

- Возвращайся, Айнельди! – повторил я ласково и твёрдо.

Не заскрежетали, проворачиваясь, мировые шестерни. Не грянул гром и не ударила молния. Не раскатилось по просторам астрала гулкое ментальное эхо. Не разверзлась земля.

Но неподвижное тело, голова которого покоилась на моих коленях, судорожно вздохнуло и вспыхнуло божественным присутствием в сотню раз ярче, чем когда-либо ранее.

- Омиш? – спросил я с запинкой.

Я что, ухитрился превратить Луну в Полное Воплощение? Не-ет, быть того не может. Я звал не Омиш, да и суть смертной женщины я чувствовал в очнувшейся даже яснее, как прежде. Не произошло поглощения смертного божественным, а значит, о превращении из старшей аватары в полную аватару речи быть не может.

Но тогда ЧТО произошло?!

- Сам не понимаешь, что сделал, – мягко констатировала женщина. И я понял, что впервые не могу точно определить, кто это сказал: Луна или Омиш. – Даже совершаемое по неведению ты обращаешь в чудо, Рин Дегларрэ.

- Как ты назвала меня?

Аватара быстрым текучим движением, живо напомнившем о божественной манере менять реальность, оказалась сидящей напротив, лицом ко мне. Увиденное заставило меня машинально проверить одно наблюдение, пустив в ход диагностические чары. И чарам было позволено пройтись по телу женщины, хотя я очень ясно ощущал: именно позволено. Пожелай аватара их блокировать или вообще развеять – это не составило бы для неё особого труда. Потому что в её душе сейчас бурлило на порядок или даже два больше Силы, чем мог наскрести внутри себя я сам.