Терри Брукс - Потомки Шаннары

— Я нашел Эверлинда на заднем дворе у человека, который ведет расчет со сборщиками налогов Федерации. Он очень быстро и точно считает, лучше любого из своих сослуживцев. Когда-то он был советником в Городском совете, но город не мог платить ему столько, сколько платит Федерация, поэтому он перешел на службу к ней. Весь день он работает в здании, где считают деньги и налоги, а потом вечером возвращается домой, к своей жене и дочери, ей раньше и принадлежал Эверлинд. На прошлой неделе он купил дочери игрушечного котенка с шелковистым белым мехом и зелеными глазами-пуговками. Купил на деньги, собранные у горожан. И его дочь выбросила Эверлинда. Она решила, что новый котенок гораздо красивее. — Он посмотрел на них. — Ни отец, ни дочь не поняли, чего они лишились. Все видят только то, что находится на поверхности, а не то, что скрыто в глубине. Вот в чем опасность жизни наверху.

— Верно, — мягко согласилась с ним Дамсон. — Но как раз это мы и должны изменить… те из нас, кто хочет и дальше жить на поверхности.

Крот снова потер руки и уставился на них, словно забывшись в своих размышлениях. Комната, где Крот и его гости сидели посреди того, что выбрасывают в другом мире, жила своей собственной странной жизнью. Крот снова поднял глаза и остановил взгляд на Дамсон:

— Очаровательная Дамсон, скажи, что тебе нужно?

Гибкое тело Дамсон выпрямилось, она откинула прядь огненных волос, упавшую ей на глаза.

— Когда-то под дворцом королей Тирзиса проходили туннели. Если они еще существуют, нам надо попасть в них.

Крот застыл:

— Под дворцом?

— Под дворцом, и ведут они в Преисподнюю.

Наступило напряженное молчание. Крот не мигая смотрел на нее. Его руки протянулись к зверьку, которого он только что держал, и нежно погладили его.

— В Преисподней обитают порождения чернее самой черной ночи, — мягко сказал он.

— Порождения Тьмы, — уточнила Дамсон.

— Порождения Тьмы? Да, такое название им подходит.

— Ты видел их когда-нибудь, Крот?

— Я видел все, что живет в городе. Потому что я — глаза земли.

— А эти туннели, ведущие в Преисподнюю?.. Ты можешь провести нас по ним?

Лицо Крота словно застыло, он отодвинулся от стола и исчез в темноте. Пару показалось, что он ушел совсем.

Но Крот спрятался, чтобы в успокаивающей его темноте обдумать то, о чем его просили. Игрушечный зверек исчез вместе с ним, долинцы и девушка остались одни, как будто этот маленький чудак и в самом деле покинул их. Но они терпеливо ждали.

— Расскажи им, как мы с тобой встретились, — внезапно подал голос Крот из своего укрытия. — Расскажи, как это было.

Дамсон послушно повернулась к братьям:

— Я гуляла вечером по парку сразу после заката, когда звезды только начали появляться на небе. Летний воздух был теплым и пах цветами и молодой травой. Я присела отдохнуть на скамейку, и тут рядом со мной появился Крот. Он видел мои представления на улицах и спросил, не могу ли я показать какой-нибудь фокус специально для него. Я показала ему несколько. Он попросил меня прийти сюда на следующий вечер, я так и сделала. Я приходила в парк каждый вечер на протяжении недели, потом он взял меня под землю и познакомил со своей семьей. Мы стали друзьями.

— Хорошими друзьями, дорогая Дамсон. Лучшими друзьями. — Лицо Крота снова вынырнуло из тени на свет, на нем было восторженное выражение. — Я не могу отказать тебе ни в чем, что бы ты у меня ни попросила. Но я хотел бы, чтобы именно этого ты у меня не просила.

— Это очень важно, Крот.

— Твоя жизнь еще важнее, — коротко ответил Крот. — Я боюсь за тебя.

Она медленно протянула руку и коснулась его ладони:

— Все будет в порядке.

Крот подождал, пока она уберет руку, потом быстро сунул свои руки под стол и с явным нежеланием заговорил:

— Под дворцом королей Тирзиса проходят туннели. Они соединяются с камерами и темницами, сейчас пустующими. Один или, возможно, два выходят в Преисподнюю.

Дамсон кивнула:

— Нам надо, чтобы ты провел нас туда.

Крот вздрогнул:

— Там могут быть темные существа — порождения Тьмы. Что, если они обнаружат нас? Что мы будем тогда делать?

Дамсон остановила взгляд на Паре:

— Этот парень владеет магией, Крот. Но эта магия не такая, как моя, моя годится только для фокусов и уличных представлений. Его магия — настоящая. Он не страшится порождений Тьмы. Он защитит нас.

Пар почувствовал при этих словах судороги в желудке — он вовсе не был уверен, сумеет ли оправдать доверие.

Крот пристально уставился на него. Потом его темные глаза моргнули.

— Ну что ж… Завтра я пройду по этим туннелям — проверю, можно ли еще по ним ходить. Будьте здесь завтра вечером в это же время, и, если это возможно, я проведу вас.

— Спасибо, Крот, — сказала Дамсон.

— Выпейте чаю, — тихо попросил Крот, не глядя на них.

Они сидели в тишине в обществе игрушечных зверей и пили чай.

Когда они выбрались из лабиринта подземных туннелей и сточных канав и бесшумно двинулись обратно по пустынным улицам, все еще шел дождь. Дамсон уверенно находила дорогу в тумане и сырости, словно кошка, видящая сквозь завесу дождя. Она привела братьев обратно в склад садового инвентаря и оставила отсыпаться. Сказала, что будет после полудня, потому что нужно еще кое-что сделать.

Но Пар и Колл не спали. Они сидели у окон и наблюдали за улицей, затянутой пеленой тумана, сквозь нее будто вырисовывались силуэты движущихся существ, которых на самом деле не было. Уже почти наступило утро, и небо на востоке посветлело. Братья закутались в одеяла, пытаясь прогнать беспокойные мысли о том, что ждет их впереди.

Оба молчали. Наконец Пар спросил брата:

— О чем ты сейчас думаешь?

Колл какое-то время молча размышлял, потом просто помотал головой.

— Ты думаешь о Кроте?

Колл кивнул:

— И о нем тоже. — Он слегка ссутулился под своими одеялами. — Вероятно, мне следовало бы сейчас беспокоиться о том, что моя жизнь оказалась в руках чудака, живущего под землей среди обломков чужих жизней в компании игрушечных зверей, но это меня не волнует. Я даже не могу точно сказать почему. Может быть, потому, что Крот кажется не более странным, чем большинство из тех, с кем мы сталкивались после бегства из Варфлита. И уж конечно, он безумен не более, чем остальные.

Пар ничего на это не ответил. Все, что он мог бы сказать, он уже сказал. Мысли и чувства брата были ему известны. Он поплотнее завернулся в одеяло и стал вглядываться в туман. Ему хотелось, чтобы ожидание наконец закончилось и пришло время действовать. Он ненавидел ожидание.

— Почему ты не спишь? — услышал он голос Колла.