Сергей Радин - Лёхин с Шишиком на плече

— Лехин, ты так и не ответил. Все закончилось?

— Я и сам не знаю. Глеб Семенович, что вы скажете? Вы здесь единственный специалист по таким делам.

Призрак нырнул вперед, и Лехин невольно отодвинулся в кресле, уступая часть сиденья. Агент, как будто так и надо, спокойно "уселся" на край.

— Ничего определенного сказать не могу. Соболев вернулся. Дверь в иной мир закрыта. Вроде все. Дело завершено.

Лехин повторил для Олега слова агента, а затем спросил:

— Глеб Семенович, в вашем голосе слишком явно прозвучала нотка сомнения. И?.. Уж будьте добры продолжить.

— Ах, эти музыканты! Все-то они расслышат. Да ладно. Да, прозвучала. Я не понимаю, почему соболевский домовой попросил у нас номер телефона.

Сказал — и намертво замолчал. Лехин пересказал Олегу последнюю реплику и упрямо переспросил:

— Эти слова больше подходят герою детектива с элементами боевика. Ну и что тут такого, что Вавила записал этот номер? Что здесь сомнительного? Кстати, откуда вы вообще знаете про это? Вас же в подъезде не было?

— Шишик сказал. Меня смущает, что Вавила попросил сам. Домовые не очень-то любят якшаться с людьми. Одно дело — к ним обратиться. Другое — они в основном сами справляются со своими проблемами. Не верю, Алексей Григорьич, чтобы вы сами хоть на секунду не задумались, зачем домовому нужна связь с нами.

— Может, он хочет узнать подробности вызволения своего хозяина'

— Может… Будто у него своего Шишика нет… А может, он ищет своего проводника в мире людей? Единственного человека, который и видит, и слышит?

— А эта способность останется? — спросил проинформированный Олег. — Ведь, по логике вещей, теперь, когда все закончено, Лехин должен потерять свой дар?

— Какая наивность! — поморщился агент и велел Лехину: — Не говорите ему этого. Вырвалось. Скажите следующее: дар видеть и слышать — это определенный талант. Его можно сравнить с ездой на велосипеде. Получилось один раз, удержался на двух колесах — дальше будет все легче и легче. И это не по логике вещей дар может исчезнуть, а по логике современных книг и фильмов. Якобы случилось что-нибудь среди паранормального народца — без человека не выпутаться, вот и выбирается герой и на время геройства наделяется даром. Нет. В данной конкретной ситуации это оказалось стопроцентным совпадением: мы нуждались в помощи — вы увидели нас.

Хотя призрак специально говорил, делая паузы, Лехин не успевал и озвучивать для Олега, и переваривать содержимое монолога. Но главного он все-таки держался.

— Вернемся к Вавиле, — предложил он. — Посоветуйте, как разгадать загадочную просьбу соболевского домового.

— Очень просто. Спросите у Елисея. Он-то наверняка знает.

Шишик изловчился и прыгнул с трясущейся зверюшки на край переднего кресла, прямо в середину призрачной тени агента. Глеб Семенович не возмутился, а — у Лехина ком подкатил к горлу — сунул руку в себя и ласково погладил "помпошку". Довольная "помпошка" прокатилась по Лехину и привычно юркнула в его нагрудный карман. А Лехин некоторое время размышлял, почему ему вдруг вспомнился Савва из подпольного ресторанчика для привидений. Что-то такое говорил он там о том, что Шишики для привидений как кошки для людей.

— Я тебе точно не нужен? — с тревогой спросил Олег, когда пассажиры освободили машину и Веча, не прощаясь, улепетнул через дорогу.

— Почему же! — усмехнулся Лехин. — Как человек проверенный, ты мне даже очень нужен. Согласись, не каждого пригласишь прикрывать спину в таких драках, как сегодняшняя… Да понял я, что ты имеешь в виду. Отдыхай, а утром созвонимся. Сам же видишь: у нас тут сплошная сказка, а значит и жить будем по сказочным законам. Как там? Утро вечера мудренее?

— Тебе бы все шуточки.

— Это не шутка. Дай событию отстояться. А там посмотрим. Если что — звякну.

— Тогда ладно, — с сомнением сказал Олег. — Счастливо оставаться, Лехин.

— Ага, счастливо.

Дом стоял тихо и торжественно, растворяясь верхними этажами в звездном небе. Прикусив нижнюю губу, Лехин всматривался в махину и размышлял, что в ней не так. Ну да, света нет. Это понятно: время позднее, и жильцов мало — домовые с призраками постарались. И все-таки… Вот оно! Тучи нет! Вот что надо было показать Олегу, чтобы не беспокоился.

— А защита осталась, — заметил Глеб Семенович.

— Насколько я понимаю, это была очень кропотливая работа — создавать ее. Наверное, позже разберут, — предположил Лехин, — или что там они сделают. Ломать не строить.

— Боюсь, дела обстоят несколько иначе.

— Глеб Семенович, не вы ли предложили сначала обратиться к домовым за разъяснениями, если мы сами чего не знаем. Давайте не будем заранее паниковать.

— Я не паникую. Мысли вслух.

— Хозяина, пока вы тут язик чесите, я это тело домой отведу. Хоросо? Хор-рошо? Идем, а?

— Дожили, Глеб Семенович. Линь Тай нам замечание делает, да еще как деликатно.

Один человек пошел, один Шишик поехал, одно тело послушно принялось перебирать конечностями, один призрак поплыл — через дорогу по "зебре", к бордюру, на котором громоздилась какая-то темная куча. Куча оказалась Джучи, поджидающим хозяина. Лехин присел перед котом — Джучи потянулся понюхать его: "Хозяин! Ты хозяин? Или только похож на него?"

— Доброй ночи! Доброй ночи котяре, который гуляет сам по себе, — погладил его Лехин.

Джучи обрадованно сорвался с места и заспешил впереди странной компании. Распушив толстущий хвост, кот мягко подпрыгивал и часто оборачивался, будто боялся, что без пригляда оригинальная компания собьется с лучшего на свете пути — домой, и придется разыскивать неразумных и силком доставлять оттуда, куда им захотелось, — туда, куда надо.

Не под всеми крышами подъездных дверей светили лампы, протягивая желтые дорожки к ступенькам. Около такого темного подъезда и остановились агент и Вован.

— Заскочим на минутку, — вздохнул агент. — А то останется один, напьется от ужаса и опять будет канализационные люки обнимать…

Вован то ли заблеял, то ли подавился чем — и придушенно закашлялся. Похоже, у Линь Тая были трудности с управлением голосовых связок человека, и обычное мягкое хихиканье мальчика-призрака превращалось в нечто жутковатое на слух.

— Заскакивайте, — согласился Лехин и чуть усмехнулся. — Надеюсь, не заблудитесь потом, квартиру найдете?

Попытка мимоходом пошутить привела к тому, что Лехину пришлось подхватить падающего от смеха Вована: смешливый Линь Тай на любое проявление юмора реагировал очень остро. Сейчас, судя по всему, у него, а значит и у Вована, просто ослабли ноги — и контроль над телом. Так что даже неизвестно, кто падал — призрак, у которого подгибались человеческие колени, или возвращенный к свободе сознания пьяница.