Алекс Орлов - Каспар Фрай (авторский сборник)

– Немного лучше? – улыбнулся Каспар, доставая из кошеля четыре золотых.

– Немного лучше, – серьезно ответил Аркуэнон.

– Ну тогда хватай свои вещи, вот тебе золото на дорогу, и прощай.

– Конечно, но сначала мы поможем вам отплыть.

Аркуэнон что-то крикнул своим сородичам, те спустились к воде, и впятером эльфы помогли Каспару, Бертрану и мессиру Маноло развернуть и оттолкнуть плот от берега.

122

Река буйствовала до самого заката, то убыстряя, то замедляя свое течение, наталкиваясь на подводные камни, однако ловушек со скалами больше не встретилось. И хотя плот мчался, как резвый жеребец, и все его пассажиры были мокрыми от брызг, ничего более опасного с ними не происходило.

К вечеру река вышла на равнину и сразу усмирила свой норов. А ночью от волнения никто не спал. Только разговаривали, стараясь держаться приятных тем.

Мессир Маноло вспоминал о днях своей юности, Бертран рассказывал о том, как торжественно у фон Марингеров обставлялись турниры, а Фрай только слушал и вспоминал о Генриетте. Как она там? Ждет ли его и подсказывает ли ей сердце, что он скоро вернется?

В свете утренней зари перед путешественниками возник из туманной дымки город Ливен. Со старой крепостной стеной, со зданиями ратуши и полуразрушенными башнями на холмах вокруг города, которыми в древние времена пользовались маги.

– Ну вот мы и дома, – произнес мессир Маноло.

– Да уж, – согласился Каспар.

В прежние времена город часто казался ему мрачным, неприветливым и грязным, но теперь выглядел родным.

На груди завибрировал, напомнив о себе, золотой единорог. Иногда талисман беспокоил Фрая во время плавания, однако ничего страшного при этом не происходило, и он привык.

На самом деле вибрация талисмана говорила о том, что это мессир Дюран или его конкурент – мессир Кромб пускали в ход все свои магические силы, просеивая время и пространство, чтобы узнать, где находится Фрай. Однако им и в голову не пришло поискать на реке. Они были уверены, что пускаться в путешествие по кишащей озерными чудовищами реке – полное безумие.

Плот пристал к берегу недалеко от моста. Путешественники взяли свои сумки и, сойдя на сушу, поднялись на дорогу, ведущую к городу.

– Куда отправитесь вы, мессир? – спросил Каспар.

– Думаю, прежде всего к герцогу.

– Ну так и я с вами.

– А ты, Бертран?

– Я тоже могу составить вам компанию. Я много слышал о нашем герцоге и думаю, лишний меч вам не помешает.

– О нас не беспокойся, – улыбнулся Фрай. – Пока у тебя нет собственного дома, отправляйся лучше в «Кот и Ботинок».

Фрай достал из похудевшего кошеля еще четыре золотых.

– Вот твое выходное пособие, только не следует прогуливать его сразу. Примешь горячую ванну, потом тебя побреет цирюльник, закажешь обед с фруктами. Затем купишь дюжину новых рубашек, шляпу… – Каспар вздохнул. – Одним словом, человеческая жизнь. А деньги я завезу тебе, как только герцог со мной рассчитается…

– Идет, – согласился Бертран.

Они прошли мимо построек торговца лошадьми Табриция, дальше потянулись прядильные и красильные мастерские, возле которых уже в такую рань было довольно оживленно.

За серебряный рилли Фрай нанял одну из освободившихся телег, что возили на покраску холсты, и на ней путешественники въехали в город.

На улицах привычно пахло из сточных канав, а на рыночной площади ругались торговки, пришедшие пораньше, чтобы занять лучшие места. Все это было Фраю знакомо.

Бертран сошел возле гостиницы, а Фрай повез мессира Маноло к себе домой.

123

Видимо, сердце подсказало Генриетте, потому что она распахнула ворота, едва телега остановилась напротив дома. Генриетта была уже одета и, бросившись на шею Каспару, поцеловала его в щеку.

– Вот я и вернулся, дорогая, – сказал он и вдохнул исходивший от Генриетты запах свежей сдобы.

– Какой же вы бородатый, ваша милость, – утерев слезы, произнесла Генриетта.

– А это, познакомься, – мессир Маноло, – сказал Фрай

– Здравствуйте, мессир. Пожалуйте в дом. Я как чувствовала, напекла булочек…

– Мы еще куда-нибудь поедем? – спросил возница, которому казалось, что серебряного рилли слишком много для проезда от городских ворот до улицы Бычьего Ключа.

– Нет-нет, езжай. Ты свою работу уже сделал, – махнул рукой Каспар.

И возница, хлестнув лошаденку, уехал.

– А как же мы доберемся до герцога? – удивился мессир Маноло.

– Об этом не беспокойтесь, мессир. Можете быть уверены, что герцогу уже доложили о нашем возвращении. У его светлости отлично поставлена разведка.

И действительно, не успели Каспар и мессир Маноло, наскоро умывшись и сбрив бороды, сесть за стол, как с улицы донесся цокот копыт. Разгоняя прохожих, по брусчатке промчались гвардейцы в красных мундирах, а за ними на полном ходу – запряженная шестеркой лошадей карета герцога Ангулемского.

Каспар намеренно оставил ворота незапертыми. Он понимал нетерпение его светлости и опасался, что ворота ему просто вышибут.

Гвардейцы заскочили во двор, и его светлость, проскочив ступеньки лестницы, ворвался в дом, едва не сняв с петель дверь.

– Ну?! – воскликнул он.

Каспар и мессир Маноло сейчас же поднялись из-за стола, Каспар вынул из кармана нового камзола драгоценный футляр и молча протянул его герцогу

Герцог сдернул перчатки и, с трудом сдерживая дрожь в пальцах, стал развязывать шнурок. Наконец он достал свиток, развернул и принялся читать арамейские письмена.

Пока его светлость читал документ, Фрай, Генриетта и мессир Маноло стоя ждали.

Дочитав, герцог свернул свиток и, прижав его к груди, на мгновение прикрыл глаза.

– Ну наконец-то… – прошептал он. Затем он спрятал свиток обратно в чехол и, улыбнувшись, спросил: – Почему же вы прежде расположились здесь на отдых, а не поехали ко мне в замок?

– Если бы мы поехали на старой телеге, ваша светлость, то прибыли бы к вам не раньше обеда. Разумеется, если бы нас еще не ограбили по дороге.

– Именно так мы и рассуждали, ваша светлость, – подтвердил мессир Маноло. – Надеюсь, вы не приняли это за проявление неуважения к вам?

– Да ни в коем случае, мессир, – уже совершенно спокойным тоном произнес герцог, надевая перчатки. – Едемте же, господа. Нам с мессиром еще о многом следует переговорить, а ты, Фрай, наверное, хочешь получить свое золото…

– Конечно, ваша светлость.