Толстова Татьяна - Песнь молчаливых камней.

Это страшно - лететь в одиночестве через тьму космоса (Меч не в счет) с одной-единственной мыслью в голове - любимого больше нет… Словно заезженная пластинка, перед глазами вновь и вновь всплывал эпизод его гибели. Вот он стоит и, улыбаясь, машет мне, вот я падаю и… Не-е-ет… Слезы обжигали лицо, хотелось умереть.

Мысли ходили по кругу, вновь и вновь заставляя душу корчиться от боли.

Тюк, Дар… Мальчишку-то за что? Сволочь…

"Феликс, почему ты не сказал, что ощутил его смерть?" Я не могла простить себе, что позволила другу умереть. Ведь почувствовала ледяную волну в сердце, почувствовала! Почему не придала этому значения?

Оправдания типа "я такого раньше не ощущала и не знала, что это может означать" - не в счет. Коричневая Леди должна знать такие вещи, должна интуитивно чувствовать, а не полагаться на здравый смысл. Почему я с легкостью списала ночной страх на волнение от предстоящего полета и не кинулась разбираться? И Феликс промолчал ночью…

"Хочешь услышать правду? Мотивацию наших поступков? Хорошо, я тебе объясню, раз уж сама не в состоянии догадаться. Только учти, легче от услышанного не станет".

"Да, хочу".

"Тогда начнем с меня. Да, я почувствовал, что Тюка убили, но не сказал тебе. Во-первых, потому что не знал, где конкретно в то мгновение находился парень. На поиски ушли бы минуты, плюс пока бы мы добрались - время для воскрешения было бы утеряно. Мы с тобой можем возвращать к жизни, но только в течение первых пяти минут после смерти. Запомни, ты и я - не боги. Нам дана определенная сила и небольшие возможности, но тягаться с самим Создателем не имеем права. Дарить жизнь и забирать ее - его прерогатива. Время было упущено. Во-вторых, скажи я тебе, и ты вновь бы отложила полет, начав искать его убийцу. Так?" Я лишь кивнула.

"Скажи, ведь в последнее время ты чувствуешь странное волнение, словно вот-вот что-то должно случиться?" Опять кивок.

"Я тоже. И уверен - лететь надо безотлагательно. Порой приходится жертвовать малым, чтобы сохранить большее".

"Тюк - не малое, он был другом, - с горечью произнесла я. - А что относительно меня?" "Сама не хочешь подумать? Ладно, скажу. О чем ты думала в последнее время? О встрече с драконой? Отнюдь. Ты рисовала в сознании картины, как будешь лететь в челноке с Даром, как раскроешь ему свое сердце, и он ответит взаимностью. Как будете сидеть, прижавшись друг к другу, и целоваться. И не только. Разве я не прав?" Что Феликс хотел услышать от меня? Что это не так? Так, именно об этом я и думала в последние дни, а в ночь перед отлетом - тем более.

"Ты настолько погрузилась в свои иллюзии, настолько стремилась к ним, что напрочь отметала реальность. Ты на подсознании рвалась к этому, убирая с пути все преграды. И ночью, когда смерть Тюка заглянула тебе в сердце, ты попросту прогнала ее. Обрати ты на нее внимание - и полет пришлось бы отложить, а этого ой как не хотелось. Так?" "Я не специально… " - у меня не хватало духу признаться самой себе, что я смалодушничала.

"Никто и не говорит, что специально, это банальная халатность. Желание вывести на первый план личный интерес".

"Феликс, убей меня. Я не имею право называться Коричневой Леди, не имею права распоряжаться судьбами людей. Я мерзкая и подлая дрянь! И должна умереть!" "Да? А еще что придумаешь? Нет уж - неси свой крест до конца. То, что случилось, будет тебе уроком, жестоким уроком. Умереть легче всего, сложнее пройти через испытание и сделать правильные выводы. Измениться самой и научиться расставлять точки над "i". Так что - живи, Нина, страдай, плачь, борись, но живи".

"Но ты же сам сказал, что лететь надо срочно…" "Сказал, но, тем не менее, я тоже совершил подлый поступок, и еще понесу за это наказание".

Если Меч думал, что после разговора мне станет чуточку легче, то он ошибался.

Ненависть к самой себе въедалась в душу, словно плесень. Было настолько тошно, что хотелось просто удавиться…

Челнок находился под контролем искина, и мне ничего не оставалось, как сидеть и оплакивать Дара и Тюка. Дня два или три прошли в боли и скорби. Есть не хотелось совсем, только пить иногда. Меч позволил мне расслабиться и не дергал нравоучениями. Душа превратилась в серый, мерзкий сгусток, вызывающий адскую боль и нестерпимое желание уснуть навсегда. Тот, кто терял близких и любимых, меня поймет.

На шестой день полета Феликс решил, что я достаточно настрадалась, и пора бы уже брать себя в руки. До Регнала осталось совсем немного, и меня надо выводить из амебообразного состояния. Хоть и с трудом, но Меч это сделал. Подобрав правильные слова, Феликс заставил понять, что жизнь продолжается. Я вернулась в реальность…

"До зоны контроля день полета, - сообщил Феликс. - Ты подумала, что будешь говорить драконе, когда она выйдет на связь?" "Правду. Я не собираюсь лгать и изворачиваться. Захочет убить - пусть".

В ответ Меч вздохнул. На панели постоянно мигала какая-то лампочка, но я не решалась до нее дотрагиваться. Кто его знает, для чего она тут и зачем все время призывно попискивает.

На следующий день челнок вошел в зону пограничного контроля Регнала. С космической погранбазы пришел запрос данных. Искин ответил, как полагается. Меня пропустили, решив, что в челноке летит Дар. Через несколько минут вспыхнул экран, и я увидела Ши'А - Мать драконов. Естественно, что она давно уже почувствовала мое приближение, еще задолго до подлета челнока к Регналу. Просто я не включала видеосвязь.

- Где Дар? - прорычала дракона, сверля меня ненавидящим взглядом.

- Убит…

- Что?! Ты, ничтожество, убила Дара, и осмелилась прилететь сюда? Искин, - обратилась дракона к бортовому компьютеру челнока, - включить самоуничтожение.

- Ти'Рей, Уэн'Ши, Кор, малышка Ла'Рей и Ни'Ра, - только и сказала я.

- Подтвердите команду, - потребовал искин.

Дракона смотрела на меня, открыв пасть, и не могла произнести ни звука.

- Мы любим тебя, мамочка и всегда будем любить, - пропела я строчку из песни дракончиков.

- Искин, - сдавленным голосом произнесла Ши'А, - отмена команды.

Нельзя сказать, чтобы я с облегчением выдохнула, по большому счету, в тот момент мне было все равно. Но какая-то часть души успокоилась. Значит, дракона дает мне шанс, значит, не все потеряно.

- Откуда ты знаешь их имена? - глядя на меня в упор, спросила Мать драконов.

- При встрече расскажу.

- Сажай челнок. Поговорим.

"Лихо у тебя получилось, - подал голос Меч. - Спокойно, без истерик. Молодец".

Дракона ждала меня на взлетно-посадочной площадке. Она запретила кому-либо подходить к челноку, и выжидала, пока я выберусь сама и подойду к ней.

- Приветствую тебя, Мать драконов.