Джеймс Стоддард - Обманный Дом

Открыв глаза, Лизбет увидела, что Даскин смотрит на нее с ожиданием и надеждой. Они покинули Комнату Дня и теперь стояли в темной нише в сумрачном коридоре.

– Я видела Камень, – сказала Лизбет. – Теперь нужно только найти дорогу к нему.

Она снова зажмурилась и увидела за спиной Даскина вход – потайную дверь с серебряной ручкой. Открыв глаза, Лизбет протянула руку, и пальцы ее коснулись холодного металла. Девушка радостно рассмеялась, когда потайная панель открылась. Она была поражена тем, как легко сотворила этот потайной ход.

– Все так, как ты говорил, – сказала она Даскину. – И это получилось так легко!

– Ты возводила этот дом столько лет, – улыбнулся Даскин. – Ты сама не знала об этом, но приобрела огромный опыт.

Они шагнули в потайной ход, и тогда Лизбет рассказала Даскину о своем видении. А потом, осознав наконец всю силу своего дара, она открыла себя для могущества Краеугольного Камня и впервые поняла, что это колоссальное здание принадлежит ей. Дом оказался намного более громаден, чем могла предполагать Лизбет. Анархисты держали ее в одном его крыле, но теперь он предстал перед ней весь, целиком, она четко видела каждый его уголок, каждый засов, каждую замочную скважину, арку, стропило, каждую лестницу, каждый камень. С поразительной ясностью она осознала, что она настолько же пленница здесь, насколько захватчик, и что все это время разум ее был одурманен ложью Человека в Черном.

Лизбет вновь закрыла глаза, и перед ней предстали двери и комнаты, миновав которые, можно было попасть в золоченый зал, еще более прекрасный, чем Комната Дня. Затем она нашла выход, и за дверью открылся самый короткий путь к цели. Двери, лестницы, залы и коридоры возникали по велению Лизбет. Она видела, каким восторгом и страхом полны глаза Даскина. Она улыбнулась ему и сказала:

– Я говорила тебе, что нам предстоит пройти по самому темному пути. В конце странствия нас может ожидать мрак, если нас схватит Леди Порядок. Но теперь я могу провести нас гораздо быстрее светлым путем.

Они торопливо зашагали по Обманному Дому. Вскоре Лизбет подвела Даскина к потайной панели – белой, сверкающей, с восьмиугольным глазком посередине.

– За ней – коридор, в котором стоит Краеугольный Камень, – сказала Лизбет. – И стеклянные двери – единственные, через которые я могу уйти из Дома. Но Леди Порядок там, и она попытается остановить меня.

– Картер говорил, что она необычайно могущественна, – проговорил Даскин. – А другого выхода нет?

– Нет. Теперь я это ясно вижу, потому что этот выход я сотворила сама.

– Если так, то мы пойдем вместе, – решительно заявил Даскин и храбро улыбнулся Лизбет.

Лизбет бесшумно открыла панель и шагнула в коридор. Краеугольный Камень оказался позади, а двери – впереди. Ветер раздувал занавеси, в лица Лизбет и Даскина пахнуло прохладным ночным воздухом.

И вдруг между ними и дверьми воздвиглась непроницаемая стена. Они резко обернулись. Перед Краеугольным Камнем стояла Леди Порядок. Теперь она ничем не напоминала Верховного Анархиста. В одеждах цвета слоновой кости, расшитых серебром, она была прекрасна и светла, словно богиня.

– Ты пришла, – безмятежно проворковала она. – Теперь ты будешь служить мне.

Лизбет захлестнуло волной могущественной силы – совершенной энергии Порядка, гармонией тиканья часов, чудом вращения планет. На миг ей показалось, что эта сила поглотит ее, но Лизбет подняла руку и отразила удар Леди Порядок, сама не понимая, как это у нее вышло.

Отвернувшись, Лизбет нахмурилась… и в стене возникла дверь. Схватив Даскина за руку, она опрометью кинулась к двери. Миновав ее, они очутились в лабиринте комнат и коридоров, но все они заканчивались тупиками. Иногда вдалеке мерцали стеклянные двери, к которым так стремилась Лизбет, но от них беглецов отделяли слои цветного стекла.

Не отпуская руки Даскина, Лизбет бежала и бежала вперед, создавая двери там, где мгновение назад их не было и в помине, заставляя коридоры обрываться и изгибаться. Она отчаянно стремилась прорваться к заветным стеклянным дверям. В какой-то миг перед ними разверзлась бездна – и Лизбет перебросила через нее мостик. Потом угрожающе опустился потолок – Лизбет выгнула его аркой. Сдвинулись стены – Лизбет проложила туннель. Она сама не знала, как ей удается все это.

Неожиданно из-за угла появился один из Превращенных. Даскин уложил его ловким ударом и выхватил из его рук пистолет. Они с Лизбет поспешили дальше.

– Лизбет! – зазвучал вдруг голос в сознании девушки. – Не беги от меня. Я – Порядок и Покой, я – конец страданий. Останься со мной в Доме, и я сделаю тебя такой же, как я сама – неизменной, несравненной, совершенной. Мы покончим со смертью и печалями. Все будет подвластно прекрасному плану. Ты увидишь, каково твое могущество. Если ты покинешь Дом, ты погибнешь, а здесь ты никогда не познаешь смерти. Отдайся мне. и я подарю тебе все, о чем ты мечтаешь.

Но Лизбет бежала и бежала, не останавливаясь, и думала только о малиновках и солнечном свете и о зеленых равнинах Иннмэн-Пика.

Перед ней встала стена, но она мысленно разрушила ее, и со стены вниз с отчаянными воплями рухнула орда Превращенных. Они с Даскином перескочили через них и бросились дальше. На миг Лизбет вновь увидела желанные стеклянные двери и сотворила длинный коридор, ведущий к ним, и наделила этот путь отвагой, и наполнила его надеждой.

С грохотом обрушился потолок, но Лизбет успела спасти себя и Даскина, сотворив заслон из оникса и стали.

Еще трое Превращенных возникли на их пути, и Лизбет сделала так, что коридор изменил очертания, и стены поглотили врагов. В следующее мгновение задрожал и начал выгибаться пол. Ноги плохо слушались Лизбет, они с Даскином начали спотыкаться и вскоре упали. Но когда они поднялись, Лизбет воздвигла лестницу, которая, извиваясь вокруг колонн, вела к стеклянным дверям. Гулко звучало эxo шагов Даскина и Лизбет, позади слышался топот ног Превращенных.

Даскин выстрелил в двоих. Остальные открыли пальбу. Пули полетели во все стороны вместе с осколками мрамора. Лизбет метнула взгляд назад, и позади них с Даскином встала стена. Пальба утихла.

Они снова оказались в коридоре, сотворенном Лизбет. По обе стороны горели свечи и мелькали бутоны роз. До стеклянных дверей оставалось совсем немного.

На мгновение в коридоре показался Грегори, выбежавший из бокового перехода. Он сжимал пистолет, и лицо его было озарено странной печалью. Но в следующий миг он исчез за сотворенным Лизбет изгибом стены.

Лизбет не спускала глаз со стеклянных дверей, а они вдруг стали отдаляться, и вскоре совсем исчезли, и коридор стал бесконечным.