Александр Тув - Ходок VIIl

На глазах много чего в своей жизни повидавшего, но все же изумленного, мага часть текста сдвинулась на одну строчку вниз, в нужное место добавилось имя Императора и верительная грамота приняла законченный вид:

Лорд Великого Дома «Морской Дракон»

Атос

приветствует

Императора Акро-Меланской Империи

Калликстуса VII

и

Генерал-губернатора города Бакара

Брикуса Валента

и просит принять в качестве консула

Великого Дома «Морской Дракон» в городе Бакаре

наделенного всеми полномочиями и

привилегиями чрезвычайного и полномочного посла

Витуса Иддера

изображенного на прилагаемой фотографии

– Ну, теперь-то все в порядке? – улыбнулся Шэф, глядя на восхищенного мага.

– Все!

– А вот и не угадал – не все. Надо еще исправить его, – командор кивнул на Дениса, – верительную грамоту. – С этими словами он вытащил из кармана еще один смятый серебряный листок, расправил и приложил к груди. Отличался от первого он тем, что вместо Лорда Великого Дома «Морской Дракон» Атоса в нем упоминался Князь Великого Дома «Полярный Медведь» Арамис, а также другими были печать и подпись. Все остальное совпадало.

– Ну, а теперь-то все? – Денис не мог скрыть зевоту. Предыдущая бессонная ночь и большая часть этой давали о себе знать. Спать хотелось зверски.

«А Шэф-то – сук-кин кот, свеж и бодр, как гимназистка на морозе!» – позавидовал он.

Теперь действительно все, – командор небрежно сунул исправленные верительные грамоты в карман. – Спать! А ты, – обратился он к слуге, простоявшему все это время молча, с выпученными от страха, восторга и изумления глазами, – отведи пира в его комнату и уложи! – строго добавил он.

12 Глава

Завтрак накрытый Веньяном в малой гостиной особыми изысками не отличался: свежий, только что испеченный хлеб – «это когда ж он встал – подумал Денис, – чтобы успеть?», копченое мясо, сыр, масло, яичница со шкварками, соки, овощи, фрукты, кофе – все. Никакой пряной ветчины, глубоководных серых крабов, икры пресноводной рыбы свян и прочих деликатесов не было и в помине, но компаньоны и Витус остались довольны – все было очень вкусно, да пожалуй, что и красиво – еда, ханьский фарфор и серебро прекрасно гармонировали друг с другом. Правда, вся эта красота была мгновенна порушена, как только завтрак начался, но тут уж ничего не попишешь – у любой красоты, в особенности женской и сервированного стола, век не очень долог.

Как только завтрак начался, Веньян материализовался неизвестно откуда и принялся старательно изображать из себя жену Лота. Повар застыл соляным столпом около двери с перекинутым через руку полотенцем. Во все время трапезы он ни разу не пошевелился и на его широком, желтоватом лице не отразилась ни одна, самая мельчайшая, эмоция. Вся его жизнь сосредоточилась в глубине маленьких раскосых глаз, где и тлели все непроявленные эмоции и несовершенные движения. Его звездный час настал после того, как верховный главнокомандующий пришел в состояние полного насыщения и, выражаясь высоким казенным слогом, закончил прием пищи. Отвалившись от стола, Шэф глубокомысленно произнес:

– Да-а… умел Змей персонал подбирать, чего уж тут говорить… – в ответ на этот чистосердечное признание, повар немедленно сделал шаг вперед и вопросительно уставился на командора. – Нет-нет, – замахал главком руками, правильно поняв немой вопрос в глазах повара: – Ничего больше не надо, мы сыты, – и он чиркнул себя по горлу, демонстрирую степень насыщения. – Все очень вкусно! Большое спасибо! 

Веньян опять же никак внешне не отреагировал на похвалу, но было видно, что старый ханец доволен. Так оно и понятно – доброе слово и кошке приятно. Да и вообще – любому профессионалу греет душу, ежели даже профаны могут по достоинству оценить его искусство. Хотя, конечно похвала из уст другого профессионала еще более приятна, но ее получить весьма нелегко – таланты завистливы и ревнивы и славословить конкурентов не любят.

– Спасибо! – одновременно, практически хором, поблагодарили Веньяна и Денис с Витусом.

– Что прикажите на обед? – наконец заговорил повар, показывая, что он вовсе и не немой.

– А вот с обедом сложней, – честно признался Шэф, – где мы будем обедать, да и ужинать, пожалуй, одному богу известно. – Веньян молча изобразил недовольство, но комментировать услышанное поостерегся – субординацию понимал. – Ты вот что, – продолжил главком, – готовь обед и ужин на тех кто в доме, и чтобы было чем быстро перекусить: сыр, колбаса, ветчина, буженина там… – командор пошевелил пальцами, визуально демонстрируя то, что еще должно быть в перечне дежурных блюд и, что не удивительно, повар прекрасно его понял:

– Сделаем, – сдержанно, с чувством собственного достоинства, кивнул он.

– Вот и отлично! – щелкнул пальцами, от избытка хорошего настроения, Шэф. – Теперь вот что, скажи пожалуйста, сколько денег нужно на хозяйство в день?

В ответ лицо повара выразило крайнюю степень удивления, граничащего с изумлением:

– А мне-то откуда знать, Господин?

– Действительно… – Шэф смущенно почесал бровь, признавая, что попал со своим вопросом впросак. Но, видимо, вопрос этот интересовал его не от досужего любопытства, поэтому командор не бросил дело на полдороге, а сменил тактику и зашел с другой стороны: – Кто закупает продукты? – В ответ Веньян даже фыркнул – таким дурацким показался ему вопрос. Однако, начальство интересуется – надо отвечать!

– Так кто ж, если не я? – нарушая субординацию ухмыльнулся он. – Ведь готовить-то мне! – доходчиво пояснил он командору. При этом вид у повара был такой, будто он сильно сомневается в интеллектуальных способностях оппонента понять сказанное. А ведь действительно, если человеку необходимо пояснять, что заготовкой продуктов занимается тот, кто их потом готовит, так о чем, вообще, с ним можно говорить? Чтобы не усугублять, верховный главнокомандующий понятливо покивал, но не успокоился:

– То есть, ты идешь на рынок, закупаешь продукты, расплачиваешься и тащишь домой. Так? – продолжал допытываться главком. Цели этого минидопроса были Денису неясны, но они явно имели место быть.

– Нет.

– А как?

– Я иду на рынок, отбираю продукты и их приносят на кухню.

– А платить? – удивился Шэф. В ответ повар лишь пожал плечами.