Саймон Хоук - Железный трон

— Я пытался вспомнить, когда это переменилось, — задумчиво проговорил Микаэл.

— Думаю, после нашего последнего ужасного путешествия через Мир Теней. Во всяком случае, тогда это началось. И потом я все время так ужасно себя чувствовал, а потом, когда я увидел Дервина… Увидел, как он подъезжает ко мне, а я стою над телом его погибшего отца… Я никогда не забуду выражения его лица. Я до сих пор вижу это в кошмарных снах.

— Война могла окончиться лишь со смертью одного из вас, возразил Эдан. Эрвин был на меньшее не согласен. И Дервин знал это.

— И все же, я убил его отца, а потом сделал его герцогом и отдал в жены свою сестру, как будто это может компенсировать его потерю. А теперь мы едем в Сихарроу, где он будет играть роль радушного хозяина во время Саммер-Корта.

Микаэл потряс головой.

— Это кажется каким-то безумием. По крайней мере, с дюжину раз я собираюсь плюнуть на все, развернуться и скакать обратно в Ануир.

— Это ваше право, — сказал Эдан.

— Вы же все-таки император. Никто не посмеет задавать вопросы.

— А как же ты? Не представляю, чтобы ты горел желанием снова попасть в Сихарроу.

— Да, я бы прекрасно обошелся без этого, — сказал Эдан. Это место навевает неприятные воспоминания. Но мы оба знаем, что эта поездка необходима. Если мы не поедем, это оскорбит Дервина.

— Да уж, Лэра об этом позаботится, — сказал Микаэл.

— Я оказал ему медвежью услугу, дав ее ему в жены.

— Как бы то ни было, она сделала его счастливым.

— Так говорят. Но мне верится в это с трудом. Не очень похоже на Лэру, не правда ли?

— Может, она изменилась, — неуверенно произнес Эдан.

— Ты сам-то веришь в это?

— Нет.

— И я не верю. Она всегда была злобной шлюшкой. Не понимаю, что ты в ней нашел.

— Это потому что ты ей брат, — сухо проговорил Эдан.

Микаэл промолчал. Затем он спросил.

— Ариэль знает?

— Да. Я рассказал ей все.

— Действительно? И какова была ее реакция?

Эдан тщательно обдумал ответ.

— Она отнеслась к этому с большим пониманием.

— Что она сказала?

Эдан начал находить этот разговор крайне неловким, но он должен был ответить.

— Она сказала, что прошлое это прошлое.

— И все?

Эдан прочистил горло.

— Ну, она сказала, что Лэра никогда мне не простит, но если она попытается мне навредить, то Ариэль ее убьет.

Микаэл хихикнул.

— Разве это забавно?

— Просто это очень похоже на Ариэль времен наших детских игр. Я помню, один раз она тебя чуть не убила.

— Вас не тревожит то, что моя жена поклялась убить вашу сестру?

— Ну, только если она повредит тебе, — поправил Микаэл.

— А в этом случае я ее сам убью.

Эдан не нашелся, что ответить на это.

— Ну… уж и не знаю, чувствовать мне себя польщенным или обеспокоенным.

— Если она попытается навредить тебе, это будет на уровне государственной измена, — объяснил Микаэл. А затем невзначай прибавил:

— Кроме того, ты мой лучший друг.

— Вы делаете мне честь.

— Нет, это ты делаешь мне честь, — возразил Микаэл.

— Как император я не имею права иметь друзей. Только подданных. Ты единственный настоящий друг, который у меня есть.

— А императрица?

— Это другое. Она моя жена, и я люблю ее. Я никогда не ждал, что будет так. Я смотрел на брак как на долг, а это оказалось мне в радость. И я благодарен тебе за это.

— Это не моя заслуга. Благодарите мою жену. Это Ариэль нашла ее. Она сказала, что Фелина подойдет вам идеально.

— И она не ошиблась, — заметил Микаэл.

— Тебе повезло, что у тебя такая жена, Эдан. Надеюсь, ты это ценишь.

— Да, — сказал Эдан.

— Мы через многое прошли вместе, ты и я. Мы были захвачены гоблинами и чуть не попали в рабство, мы вместе выиграли войну и спасли империю, и мы нашли хороших жен. Теперь нам следует осесть и произвести на свет сыновей, которые продолжат наше дело. — Он устремил взгляд вдаль.

— Я решил, что следующим летом кампаний не будет. Наша армия сражалась долго и храбро. Они заслужили отдых. Я пошлю наемников охранять неприкосновенность наших границ. Империя достаточно окрепла. Позже мы сможем продолжить расширять территорию, но все же думаю, что превратить всю Керилию в один народ от моря до моря предстоит моему сыну.

— Мудрое решение, — кивнул Эдан.

— Для крепкой постройки нужен хороший фундамент. Вы уже сделали больше, чем кто-либо из Роэлей до вас. Ваш отец мог бы гордиться вами.

— Твой так же, — ответил Микаэл.

— Но нам еще многое предстоит сделать. Следует разобраться с Туразором, а то Горванак решит, что мы просто попугали его. Он должен быть наказан за то, что помог Эрвину поднять мятеж. Кроме того, у каждого из нас есть свои личные счеты с гоблинами. Мы долго тянули с этим. Я собираюсь поступить с Горванаком так же, как они поступили со мною. Выпороть до полусмерти, а потом протащить до Ануира волоком.

— Должен признаться, я бы с удовольствием посмотрел на это.

— Ты увидишь это прежде, чем кончится лето, — пообещал Микаэл.

— А как только с Горванаком будет покончено, придется разбираться с Человекоубийцей. Руоб совсем обнаглел. Грабит всех подряд и захватывает все новые земли в лесах Боруина. Он мне как заноза в пятке. И я выдеру эту занозу. А после всего этого можно будет посвятить все свое время семейным заботам и радостям.

— Я был бы счастлив, — сказал Эдан.

— Ариэль опять ждет ребенка, и врачи говорят, что будет сын. В ближайшие несколько лет мне следует почаще бывать дома и заняться его ранним воспитанием, чтобы он был подготовлен к тому, что в свое время ваш сын будет приводить его в такое же отчаяние, как вы меня в детстве.

Микаэл хмыкнул.

— Что, все было так ужасно?

— Говоря словами вашей сестры, вы были невыносимы, — отвечал Эдан.

— Чья бы корова мычала… Что ж, Эдан, я хочу дать тебе торжественное обещание. После того, как у меня родится сын, я сам возьму на себя труд по его воспитанию и постараюсь внушить ему, что следует жалеть и защищать Лорда Верховного Камергера. Я объясню ему, что когда играешь в войну, умереть один раз вполне достаточно.

— Обычно так и есть, — отвечал Эдан.

— Думаю, что этому надо обучать с детства. А теперь с вашего позволения, я хотел бы откланяться и вернуться к моей жене прежде, чем она начнет волноваться, куда я запропал.

Микаэл кивнул.

— Передай Фелине, что я скоро приду. Я чувствую потребность побыть одному какое-то время.

Эдан смутился. В голосе Микаэла звучали странные нотки.