Константин Мартынов - Брызги зла

— Мне показалось, что он тоже зашевелился, ну я и ляпнул. — Кольцов, похоже, собирался извиниться за самовольство.

— Ляпнул, говоришь? — спросил я сурово, нахмурив брови, но не выдержал и хохотнул. — Вовремя ляпнул. И качественно.

Кольцов вздохнул с облегчением и заулыбался.

Может, и впрямь из парня выйдет что-нибудь толковое. Надо бы с ним позаниматься на досуге — командир обучать не станет, неинтересно ему это.

— Напомнишь мне потом, чтобы показал, как правильно энергию распределять, иначе так и будешь «ляпать» со всей дури, пока не выдохнешься… И ты, оболтус, можешь поприсутствовать, — обратился я уже к Зайченко, — а то только и способен, что детишек жуткой мордой пугать да кулаками размахивать.

— Как скажешь: ты — босс, — угодливо осклабился в ответ баламут и поклонился.

Перед возвращением я восстановил барьер вокруг поселка. Получилось так себе, но и упыри, десятки лет не имевшие пищи, тоже на хороших бойцов не тянули. Должен был сдержать.

Форт заброшенным уже не выглядел — Антоныч не поленился подремонтировать стены одной из примыкавших к валу комнат и натянул вместо потолка тонкий пластиковый тент. Крышка колодца, положенная на каменные глыбы, превратилась в стол, а Наталья успела сервировать на нем ужин.

Командир встретил меня внимательным взглядом. Без сомнения, он мог и незримо поприсутствовать в разведке или даже проверить все без нашего участия… если бы захотел. К сожалению, желать или не желать чего-то было моей привилегией и моим бременем. Разделение обязанностей сложилось еще во времена нашей жизни в подземельях Гринхилла: Ворон, как Атлант, держал на плечах мир, а я в этом мире распоряжался. С переходом на его родину почти ничего не изменилось, разве что набор команды Ворон организовал самостоятельно, руководствуясь ему одному понятными мотивами — псиэнергантов и людей, обладающих зачатками магических способностей хватало с избытком, однако выбрал он далеко не самых мощных… Значит, будем работать с теми, кто есть.

Командир наконец отвел взгляд, и я понял, что инспекция моей оперативной памяти закончена. Можно расслабиться и поужинать. Я присоединился к сидящим за столом. Зайченко, размахивая вилкой, страшным голосом описывал увиденное в поселке. Судя по рассказу, без его, Сергея, усилий, никому из нас живым вернуться было не суждено. Олег слушал его версию с удовольствием, Наталья — затаив дыхание, а Свиридов старательно сдерживал усмешку. Я вздохнул и самостоятельно налил себе тарелку супа — Наталье было не до меня.

День, потраченный на разведку, подходил к концу, и отбрасываемая холмом тень вытянулась к востоку длинным острым клином, напоминая уходящий в бесконечность темный путь…

Мне выпало дежурить последним, но сон бежал от меня. Я покинул комнату и направился к смотрящему на утонувший в ночи поселок Свиридову.

— Все-таки карантин или концлагерь для упырей? — спросил он, возвращаясь к разговору о назначении занятого нами форта. — Расплодились они здесь, вдали от цивилизации, или их сюда специально собирали?

Обернуться Антоныч не соизволил, хотя подошел я абсолютно бесшумно. Чуткий мужик.

— Расплодились, наверное, — поддержал я разговор, — иначе зачем армии в осиное гнездо соваться?

— К примеру, бунт подавить или массовый побег.

Я задумался, облекая в словесную форму возникшее ранее ощущение:

— Есть в этой истории одна маленькая неясность — что за черепа наколоты в яме-ловушке и в центре поселка? И где остальное костье?

Знать бы в тот момент, что разгадка уже приближалась к нашей стоянке!

— Мне кажется, нами хотят закусить, — раздался в мозгу бестелесный голос Ворона, — разберись на досуге.

— Командир сказал, что к нам идут гости, — поделился я со Свиридовым и просканировал местность.

К подножию холма, обтекая его по окружности, подкатывался вал изголодавшейся нечисти. Похоже, мой барьер рухнул, не выдержав объединенного натиска. Паршиво — одному мне всю ораву не перебить, а Ворон, полагаясь на меня, решил не вмешиваться. Надо поднимать бойцов.

— Зайченко! Кольцов! — громко выкрикнул я. — На выход!

Оба выскочили из комнаты, даже не потрудившись одеться. Я окинул придирчивым взглядом покрывшиеся "гусиной кожей" бледные торсы уроженцев севера.

— Есть возможность отличиться, — сообщил я им, не скрывая раздражения, — местные жители решили нанести ответный визит. Всем поселком. Однако у вас еще есть время привести себя в приличный вид.

Олег тут же нырнул в комнату, а баламут только радостно ухмыльнулся:

— Так для драчки мне, наоборот, трусы снимать положено — чтоб не рвались на чешуйчатой заднице!

— Тогда снимай, — согласился я.

Зайченко с готовностью подчинился, тут же окутавшись маревом трансформационной дымки.

— Не суетись, — одернул я его, — им еще в гору четверть часа топать, успеешь обернуться.

Он замер, непонимающе повернув ко мне утратившее большую часть человечности морду. Оригинально: задержаться на середине превращения — трюк не из последних. Я бы не сумел.

— Заканчивай уж, чудо, — отмахнулся я от него.

Он тихо рыкнул, словно выматерился, отвернулся и, закончив трансформацию, обосновался в западном проломе стены, настороженно вглядываясь в темноту. Правильно. Оттуда можно ждать больших неприятностей.

Тем временем рядом со мной возник уже одетый Кольцов.

— Настало время для занятий по специальности, — обратился я к нему, напомнив свое обещание подучить правильному расходованию энергии. — Для начала усвой: человеческое тело — концентратор энергии. Расходуя ее, ты освобождаешь место для поступления новой порции. Для обычного человека достаточно хорошо поесть; для мага необходим более мощный источник. Любой мир насыщен рассеянной энергией — от тепла нагретой земли до звездного света. Откройся им, и твои возможности многократно возрастут.

— Обычно наработка навыков занимает достаточно много времени, — продолжил я после некоторой паузы, решив не упоминать, что речь идет о неделях и месяцах, — но у тебя еще есть минут десять, чтобы потренироваться. Можешь приступать.

Олег с готовностью вылез на бруствер и метнул к подножию холма лохматый коптящий огненный шар. Шар упал в гущу валом катящейся нечисти, испепелив десяток упырей и исторгнув из глоток прочих злобный скрежещущий вой. Парень вздрогнул от неожиданности, но раскинул руки, стараясь впитать в себя весь мир. Что ж, посмотрим, как это у него получится.

Следующий выброс залил склон ослепительно-голубым сиянием. От бруствера до самого поселка протянулась широкая выжженная полоса. Отдача отбросила смертельно бледного Кольцова прямо в объятия Антонычу.