Дэвид Эддингс - Последняя игра

— А ты думаешь, это хорошая идея, тетя Пол? — спросил он. — Я говорю о том, что твоя свадьба с Дерником назначена на тот же день, что и моя с Се'Недрой. Я лишь пытаюсь сказать, что ты — самая известная женщина в мире, поэтому не должна ли твоя свадьба стать особым, очень торжественным событием?

— Как раз этого мне и хотелось избежать, Гарион, — ответила она. — Дерник и я решили, что наша свадьба — это личное дело, и мы надеемся, что она пройдет незамеченной в той суматохе и церемониях, которые будут сопровождать твою свадьбу.

— Как Дерник? Я не видел его вот уже несколько дней.

— Он все еще немного странный. Не думаю, что он когда-нибудь станет тем же человеком, которого все мы знали.

— Но он хорошо себя чувствует? — озабоченно спросил Гарион.

— Да, он вполне здоров. Только стал немного другим, вот и все. Ведь с ним случилось нечто такое, что никогда не случалось ни с одним человеком, и это изменило его. Он столь же практичен, как и раньше, но теперь он видит и скрытую от глаза суть вещей и событий. Думаю, мне это нравится.

— А вам на самом деле нужно покинуть Райве? — неожиданно спросил Гарион. — Ты и Дерник могли бы остаться и здесь, в Цитадели.

— Мы хотим иметь собственный дом, Гарион, — ответила она. — Нам нужно побыть наедине друг с другом. Кроме того, если бы я была здесь, всякий раз, как только вы с Се'Недрой поссоритесь, один из вас или оба сразу будете стучаться в мою дверь. Я сделала все, что в моих силах, чтобы вырастить вас обоих. Теперь же вам предстоит самим решать свои проблемы.

— Куда же вы направляетесь?

— В Долину Олдура. Дом моей матери все еще стоит там. Это очень прочный дом. Нужно только перекрыть крышу и вставить двери и окна. Дерник с этим справится, и вдобавок Миссии там будет хорошо.

— Миссии? Вы берете его с собой?

— Должен же кто-то заботиться о нем, а я привыкла, чтобы этот малыш был всегда при мне. К тому же отец и я решили, что ему нужно находиться на некотором отдалении от Ока. Он все еще единственный, кроме тебя, кто может до него дотронуться. Не исключено, что кто-нибудь попытается похитить Миссию и использовать его так же, как это сделал Зидар.

— Какой в этом смысл? Я имею в виду, что с Тораком теперь покончено. Кому еще может понадобиться Око?

Она очень серьезно взглянула на него, и ее белый локон, казалось, засветился.

— Я не верю, что это единственная причина существования Ока, Гарион. Что то еще не завершено.

— Что же? Что еще остается сделать?

— Этого мы не знаем. «Кодекс Мрина» не кончается на встрече Дитя Света и Дитя Тьмы: Теперь ты хранитель Ока, посему не убирай его на дальнюю полку в шкафу и не забывай о нем. Будь бдителен и не давай мелочам притуплять твой разум. Охрана Ока все еще является твоим первостепенным долгом, а я не собираюсь оставаться здесь, чтобы каждый день напоминать тебе об этом.

Гариону не хотелось об этом думать.

— А что ты будешь делать, если в Долину явится кто-нибудь и попытается забрать Миссию? Ты не сможешь защитить его теперь, когда… — Гарион запнулся, ведь он еще не говорил с ней об этом.

— Продолжай и скажи все, Гарион, — напрямик сказала она. — Давай посмотрим правде в глаза. Ты хочешь сказать, что теперь у меня больше нет прежней силы.

— На что это похоже, тетя Пол? Похоже это на утрату чего-то… какую-то пустоту, быть может?

— Я чувствую себя как всегда, дорогой. Конечно, я не пыталась совершить что-либо, с тех пор как согласилась отказаться от своей силы. Возможно, мне было бы больно, если бы я попробовала и мне бы это не удалось. — Тетя Пол пожала плечами. — Та часть моей жизни позади, так что мне остается просто попрощаться с нею. Но тем не менее Миссия будет в безопасности. В Долине живут Белдин… и близнецы. Их сил достаточно, чтобы не допустить туда никого, кто может быть опасен.

— А почему Дерник проводит так много времени с дедушкой? — неожиданно спросил Гарион. — С самого нашего возвращения в Райве они всегда вместе, если, конечно, не спят.

Полгара понимающе улыбнулась.

— Мне кажется, они готовят мне какой-то сюрприз, — ответила она. — Какой-то свадебный подарок. Это видно по ним.

— Интересно, что же это такое? — с любопытством спросил Гарион.

— Не имею ни малейшего представления и не хочу даже выяснять это. Что бы это ни было, они оба так стараются, что я не хотела бы испортить им настроение, подглядывая за ними. — Она взглянула в окно, где начали появляться первые проблески рассвета. — Может быть, сейчас тебе лучше уйти, дорогой, — предложила она. — Мне нужно приготовиться. Для меня этот день особенный, поэтому я действительно хочу выглядеть как можно лучше.

— Ты не можешь выглядеть менее прекрасной, тетя Пол, — искренне сказал он.

— Ну что ж, благодарю тебя, Гарион. — Она улыбнулась ему с почти девичьей застенчивостью. — Но лучше не рисковать и привести себя в порядок. — Она бросила на него внимательный взгляд и дотронулась до щеки. — Почему бы тебе не сходить в баню, дорогой, — предложила она, — помыть волосы и попросить кого нибудь побрить тебя?

— Я сам могу это сделать, тетя Пол.

— Не лучшая идея, Гарион. Ты сегодня немного нервничаешь, а если дрожат руки, то лучше не подносить бритву к лицу.

Гарион довольно уныло рассмеялся, поцеловал ее и направился к двери. Затем остановился и снова повернулся к ней.

— Я люблю тебя, тетя Пол, — просто сказал он.

— Да, дорогой, я знаю. Я тоже люблю тебя.

После бани Гарион отправился на поиски Леллдорина. Среди проблем, которые наконец-то удалось разрешить, был вопрос о семейном положении молодого астурийца и Арианы, брак которых с официальной точки зрения выглядел сомнительным. Ариана в конце концов отчаялась ждать, когда Леллдорин сделает первый шаг, и просто переехала в его апартаменты. Действовала она при этом весьма решительно. Гарион узнал, что Леллдорин сдался довольно быстро.

Выражение его лица в последнее время стало более глуповатым, чем обычно, а Ариана вся светилась и выглядела немного самодовольной. В этом отношении они весьма напоминали Релга и Таибу. После их свадьбы на лице у Релга застыло какое-то удивленное выражение, в то время как у Таибы отражалось то же самодовольство, что и у Арианы. Гарион задавался вопросом, а не проснется ли завтра утром и он, чтобы увидеть ту же самодовольную улыбку на губах у Се'Недры.

Гарион искал своего астурийского друга с определенной целью. Се'Недра потребовала, чтобы вслед за их свадьбой состоялся грандиозный бал, а посему Леллдорин обучал Гариона танцам.

Идея была с энтузиазмом воспринята всеми дамами, но мужчины, однако, разошлись во мнениях. Особенно страстно выступал против этого Бэйрек.