Анна Ллиотар - Волшебники в бегах

— Я начала делать его много лет назад. — Голос Орис был почти беззвучен. — Очень трудно подбирать камни так, чтобы цвета точно совпали. Видишь, в некоторых местах пока пустота. Но я не теряю надежды его закончить. Тебе нравится?

— Это слово не способно в полной мере отразить отношение к… такой красоте, — очень серьезно проговорил Тайриэл. — Разве можно сказать, что тебе нравится солнечный луч?

— Тайриэл…

Неожиданно непонятно почему погасли все свечи, словно сметенные порывом ветра. Огоньки далекого фонаря золотистыми точками вспыхнули в темных глазах Орис, замерцали и потерялись в пепельных волосах. Он шагнул вперед, протянул руку, ощутив ладонью не шелк платья, а теплую кожу, и провалился в пахнущую нагретым янтарем бездну.

Проснулся Тайриэл в постели, хотя совершенно не помнил, как в ней очутился. Потоки солнечного света падали из окна, наискось пронизывая комнату; кремовые занавески легонько колыхались. Рядом, раскинувшись, спала завернутая в простыню Орис. Кроме тесемки с кулоном, обвивавшей шею, на ней не было ничего. Лицо эльфийки наполовину скрывали длинные спутанные пряди, поэтому он не сразу заметил открытый карий глаз. Он потянулся было отвести пепельное колечко в сторону, но Орис увернулась и вскочила, кутаясь в простыню.

— О, darn! У меня на голове, наверное, даже не мышиное гнездо, а улей!

— Больше похоже на лисий хвост, — возразил Тайриэл, имея в виду серебристое растение с длинными тоненькими травинками, действительно напоминавшее пушистую шубку северных лис. Орис запустила в него подушкой. Эльф поймал ее левой рукой и незамедлительно отправил обратно. Девушка заплела шевелюру в небрежную косу (простыня при этом, к великому огорчению Тайриэла, не свалилась) и умчалась, бросив:

— Я распоряжусь насчет завтрака!

— Может, оденешься сперва? — крикнул он вслед.

Бесполезно. Пожав плечами, он нашел собственное одеяние, аккуратно сложенное в кресле, и отправился на поиски хозяйки дома.

— Садись, садись, — пригласила Орис, когда эльф вошел в столовую. — Я сейчас налью нам чари.

— Что это?

— Это вкусно, не беспокойся. А в графствах его не пьют?

— Нет, — ответил он, принимая чашку с густой темной жидкостью, пахнущей цикорием. — М-м-м, действительно вкусно.

— Ты ешь, Тайриэл.

— А где слуги? Не сама же ты управляешься со всем этим хозяйством…

— Я их отослала. Кое-кто вчера, между прочим, весь день повторял, что не любит лишних глаз и ушей! Но могу позвать, если хочешь.

— Не надо. Я просто поинтересовался. Орис, не покажусь ли я дерзким, если обращусь к тебе с просьбой?

— Конечно, спрашивай, я сделаю все, что в моих силах.

— Мне нужно отправить письмо. Ты умеешь пользоваться поисковым импульсом?

— Разумеется. А почему ты сам не можешь… ах да, твоя магия. Но, послушай, тогда и я в твоем присутствии не смогу ничего сделать…

— Необязательно посылать его сейчас, можно и позже, когда я уйду и тебе ничего не будет мешать.

— Ну хорошо, давай его.

Тайриэл улыбнулся.

— А еще я хотел попросить у тебя перо и бумагу.

— Сзади тебя, руку протяни. Давай я уберу тарелку.

Эльф прикусил кончик пера, окунул его в чернильницу и начал писать письмо Кеннету. Несколькими фразами он обрисовал положение, в котором очутился, и сообщил, что как только найдет способ выбраться из Ксеен-а-Таэр, сразу же известит. «Тогда, — писал Тайриэл, — нам всем нужно будет встретиться, к примеру, в Эрве, чтобы обсудить дальнейший план действий». Эльф хотел в конце ехидно осведомиться, как Кеннет уживается в одном доме с Лориссой, но сдержался. Ариданский маг плохо воспринимал подобные шутки. Сложив листок хитрым способом, он запечатал письмо одолженной у Орис печатью и отдал его девушке.

— Кому я должна его передать? — спросила она, беря письмо. — Ой, и как… я ведь совсем не знаю этого человека.

На этот счет у Тайриэла была одна идея. Он вынул спрятанное в одежде письмо Кеннета с предложением о контракте, возблагодарив богов за то, что до сих пор его не уничтожил, и положил на стол.

— Это написал тот, кому предназначается послание. Сумеешь почувствовать, откуда оно пришло?

Эльфийка провела рукой над бумагой.

— Думаю, сумею.

— Отлично! — кивнул он. — Ты представить себе не можешь, как я тебе благодарен…

— Не спеши. Мне кажется, я в состоянии оказать тебе более серьезную помощь. У меня есть несколько знакомых среди моряков. Возможно, кого-нибудь я смогу уговорить взять тебя на борт…

— Орис… если твоя затея увенчается успехом, я навеки перед тобой в долгу.

— Не надо говорить об этом с такой мрачной миной, — прыснула она. — У меня в погребе молоко скиснет!

— Надеюсь, такого огорчения я тебе не доставлю.

Когда Тайриэл вернулся в гостиницу, солнце клонилось к закату. Истеан, на своем неизменном месте за стойкой, встретил его добродушной усмешкой.

— Коллекция оказалась такой обширной, или общество ее несравненной хозяйки перевесило твою тягу к прекрасному?

— Скорее, усилило ее, — парировал эльф, и не подумав обидеться на несколько бестактный вопрос. Мимо с ужасно расстроенным лицом прошествовал Найре. Полотенце в его руке было буквально раздергано на ниточки.

— Ты не видел Мерен? — хмуро спросил он Тайриэла.

— Кого?

— Да крысу он свою потерял, — объяснил Истеан, наклоняясь и шаря под ногами. — После вчерашнего она куда-то убежала, и теперь вся таверна прыгает на ушах, разыскивая Ее Зубастую Милость…

Найре хлюпнул носом и ушел.

— Думаю, крыса найдется… — сказал Тайриэл.

— Я тоже так думаю… если ее не сожрал один из котов или хорек его младшей сестрицы.

— Послушай, Истеан, — не удержался Тайриэл, — а змей в этом доме никто не держит?

— Хвала богам, пока нет, — скривился хозяин.

— Я, пожалуй, пойду к себе…

— А, погоди! Я хотел тебя спросить.

— Да?

— Раз уж пока ты остаешься в Ксеен-а-Таэр, намерен ли ты и дальше жить в моем заведении?

— Что? Конечно… о, проклятье, извини, мне следовало помнить, что я заплатил только за три дня… Подожди.

— Это ты подожди. Забудь о деньгах, я готов вообще не брать с тебя плату, только не съезжай отсюда.

— Не рассчитывай, что я откажусь, — фыркнул эльф. — Лишние деньги мне не помешают, но откуда такая щедрость? Я ценю твою доброту, Истеан, однако меня удивляет…

— Не удивляйся. В таверне каждый вечер битком набито. Приходят даже с других концов города, чтобы посмотреть на загадочного северного эльфа. Ты пользуешься немалой популярностью… особенно среди юных девиц, кхм. Одним словом, такой выручки у меня уже полсотни лет не было! Поэтому я могу позволить себе побыть щедрым. Не убудет.