Ирина Бондарь - Последний дракон Паутины

В лицо моментально ударил колючий ледяной ветер со снегом, я поскорее натянула на голову меховой капюшон своего плаща.

— Ненавижу холод! — сквозь зубы прорычала я друзьям.

— Держись! — Марко придержал меня за локоть, когда я почти по колено провалилась в сугроб, отчаянно ругаясь.

Лизка уточнила у персонала Врат, где ближайший населенный пункт и 'обрадовала' меня, что нам идти сквозь вьюгу два дня до городка с названием Льорд, там можно будет нанять транспорт и найти кров на первое время. Здорово, ну почему никто не позаботился о бедных путниках и не организовал продажу лошадей возле Врат? Марко покопался в памяти и выудил чудесное заклинание Поступи Стража, которое помогло нам хотя бы не увязать в снегу, а уж от вьюги кое-как спасала одежда, к которой я добавила легко переделанную из боевого заклинания согревающую вязь волшебства. От холода, знаете ли, и не на такое пробьет! И мы отправились в самое сердце непогоды.

Мы шли весь день и часть ночи, сопротивляясь порывам коварного ветра, который то затихал, то ударял с новой силой. На кристально-чистом небе не было ни одного облачка, заснеженные деревья в лесу двигались под напором вьюги, создавая жутковатое впечатление. Когда стемнело, и на небе появился тонкий серп серебристой луны, ветер, наконец, утих.

— Ребята, а что это за темные пятна там?

Мы разбили небольшой лагерь, с помощью магии укрыв его от холода и непогоды, теперь грелись у костра, попивая чай с эльфийскими лепешками.

— Где?

— Да вот, и вон там тоже, — я махнула рукой вглубь леса, где между деревьями на фоне искрящегося в свете луны снега висели клочья темного тумана.

— Я ничего не вижу, — Марко всматривался в указанном направлении. — Да и чужого присутствия не чувствую, хотя ощущение общей дисгармонии не покидает меня с момента прибытия в Айселон.

— Может, тебе кажется? — я скептически посмотрела на подругу.

— Более вероятно, что это мои странные глаза позволяют рассмотреть что-то, чего не видят остальные.

— Это называется глюк, — захихикал Кьен, потом закашлялся, не успев увернуться от моего снежка в лицо.

— Давайте спать, нам еще идти весь день завтра, — Марко помог мальчишке отряхнуться от снега, а мы с Лизкой уже завернулись в свои меховые накидки и улеглись недалеко от костра.

Друзья затихли, ночь была тихой и спокойной, лишь изредка поскрипывали голые ветви деревьев. А наутро нас ждал сюрприз.

— Друзья, у нас, кажется, гости! — голос Лизы выдернул меня из объятий сна, заставляя автоматически принять боевую стойку.

Вокруг нашего небольшого лагеря по контуру охранного заклинания стояли волки. Огромные, в половину моего роста, снежно-белые звери с серыми подпалинами и пронзительными синими глазами. Я выругалась сквозь зубы.

— Товарищи, сворачивайте лагерь, сквозь охранку они все равно не пройдут. А я пока подумаю, что делать, — друзья начали с рекордной скоростью собирать вещи.

Я оглядела волков, выделила среди них одного крупнее остальных с надорванным ухом, который, очевидно, был вожаком, и подошла к самому краю границы. Стая вскочила и заволновалась, а мы с белым гигантом смотрели друг другу в глаза. Волк вздернул губу и зарычал сквозь зубы.

— И что? — спросила я зверюгу.

Тот сверкнул на меня синими глазищами, зло тявкнул и зарычал снова, оглушающее громко, от чего растрепанные спросонок волосы у меня на голове зашевелились.

— Ах так?! — я разозлилась, присела на корточки почти нос к носу с оскаленной волчьей пастью и зарычала в ответ, вкладывая в мощный рык свою злость и каплю магии.

Эффект был потрясающий: как и в прошлом году в Астане из глубин моего тела поднялся рокочущий звук, заполнивший каждую частичку меня, вырвался сквозь зубы мощной звуковой волной, загрохотал как горный обвал, наполняя поляну и лес. Друзья застыли в неудобных позах, волки попятились, прижав уши, зажав хвосты между лап, жалобно скуля. Вожак стаи припал брюхом к земле и завилял хвостом, как домашняя собака, радостно взвизгивая, будто перед ним стоял лучший друг волков с куском парного мяса.

— Брррыссь! — прорычала я, и через мгновение на поляне остались только до чрезвычайности удивленные двуногие.

— Лея, это что за хмырь? — Лизка пялилась на меня во все глаза. — Я подумала, что вместо тебя на поляне какой-нибудь медведь-гигант очутился!

— Лея, а порычи еще! Вот это мощь! — восторженно скакал вокруг меня Кьен, забыв, что он уже взрослый бывалый воин.

Один Марко ничего не сказал, бросив на меня один из своих странных изучающих взглядов. Я улыбнулась друзьям, заплетая пламенные волосы в косу. Надо было идти дальше.

Мы пересекли казавшийся бесконечным лес, поднялись в невысокие заснеженные горы, прошли через неглубокое ущелье, когда второй день пути начал близиться к концу. Странные темные пятна, которые я показывала друзьям еще несколько раз, были повсюду. Такое ощущение, что яркую картину реальности закапали расплавленным воском или жиром, потому что в местах скопления непонятного тумана краски меркли, температура была еще ниже, насколько это возможно, и от них веяло пустотой. Убедившись, что друзья не видят ничего этого, я перестала обращать на пятна их внимание, раздумывая над природой этого явления. Как всегда какая-то часть мыслей вертелась вокруг Даррена, потом зацепилась за те странности, которые происходили со мной после смерти каждого Отражения, и вдруг меня осенило.

— Марко, я знаю, что это за пятна! — мы только что спустились с горы и обходили один из гигантских каменных обломков, спеша попасть на открытую местность.

— Какие есть догадки?

— Это прорехи в магическом эфире! В защите миров! Как раз те места, где Хаос начал пробиваться в этот мир. Явственные разрывы, из которых появлялись твари, я видела и раньше, просто теперь я чувствую близость Хаоса гораздо сильнее! Его потусторонний мертвый холод, его пустоту в этом тумане.

Марко, а вместе с ним и остальные спутники, несколько минут переваривали информацию.

— Ты уверена?

— Да. Другого просто не может быть. Кроме того, я заметила, что смерть каждого Отражения оставляет после себя какое-то изменение во мне, не считая очевидной боли, конечно. Думаю, на этот раз во мне усилилась способность чувствовать проявление…

Я резко замолчала, поскольку совершенно неожиданно увидела непредвиденное подтверждение моей правоты. Мы как раз оставили позади обломок горы, припорошенный снегом, который скрывал от взглядов заснеженную долину с несколькими кривыми деревцами, большим круглым озером и лесом, видневшимся вдали. Возле одного из деревьев висела в воздухе черно-серая туманность, разбухавшая на глазах, наливавшаяся тьмой и колышущаяся так, словно кто-то с той стороны мира пытался пробить, процарапать себе дорогу сюда. Пятно черноты росло с угрожающей скоростью, мертвенный пустой холод подполз к нашим ногам, вызывая дрожь.