Ксения Чайкова - Светлым по Темной

Светильник Мастера, в отличие от моего — хиленького, дохленького, готового погаснуть в любую секунду — сиял ровно и мощно, распространяя вокруг себя уверенные волны лимонно-желтого света. — Отчего вы шатаетесь по коридорам, ведь уже глубоко за полночь и вам полагалось бы спать в своей постели?! Подобные нарушения внутреннего распорядка Светлой Школы недопустимы даже для искусницы-преподавательницы!

О, как ловко и многозначительно он подчеркнул словосочетание «спать в своей постели»! Однако я на провокации не поддалась, а совершенно спокойно и мирно ответила:

— Я с удовольствием бы предалась этому приятному занятию, но увы — обнаружить данную постель не представляется возможным, во всяком случае, моими скромными темными силами. Я, видите ли, заплутала в том лабиринте, что зовется Светлой Школой. А что, ученики в этих коридорах никогда не пропадали?

Наверное, не стоило так уж откровенно нахальничать, но в тот момент мне и впрямь было не до расшаркиваний и поклонов — голова, перенасыщенная впечатлениями, слегка кружилась, очень хотелось спать, руки тряслись, а ноги подкашивались.

У Мастера, кажется, просто недостало слов, чтобы выразить свое отношение к стоящей перед ним темной девице, поэтому он только бестолково похлопал глазами и, выдохнув:

— Прошу следовать за мной! — едва ли не бегом ринулся по коридору в ту сторону, откуда пришла я. Подхватив подол, я поспешила за ним, меланхолично размышляя, куда же это Мастер намерен меня препроводить. Хорошо еще, если до вышеупомянутой постели доведет и ретируется, а то ведь может и на ночь попытаться напроситься. А то и в жертву своим богам принести, с этих светлых станется…

А интересно, что он сам делал посреди ночи в темных безлюдных коридорах?

…Но мои мрачные подозрения не оправдались. Мастер довел меня до шестого этажа, втолкнул в коридор с квартирами искусников и, издевательски поклонившись и выразив искреннюю надежду, что теперь я не заблужусь, величественно ретировался. Не сдержав глупого детского порыва, состроила рожу и показала его спине язык, после чего неспешно двинулась по коридору, разглядывая двери и вспоминая, какая из них моя.

Первая попытка обнаружить свою обитель окончилась неудачей — опрометчиво дернутая дверная ручка тут же раскалилась и едва не обожгла мою поспешно отдернутую ладонь. Нет, мне явно не сюда, охранные заклинания узнали бы свою создательницу. Зато следующая дверь радушно распахнулась, едва я к ней приблизилась. Войдя в комнату, я с радостью поняла, что это именно те чудесные покои, что выделены мне, и едва удержалась от ликующих восклицаний и восторженных прыжков по мягкому ковру. Впрочем, на такое выражение торжества сил уже просто не было.

Я прямиком прошла в спальню, разделась и завалилась на перины. Правда, до этого я сбросила на пол бархатный, тяжелый от пыли, балдахин, красующийся над кроватью, не желая во сне дышать пылевыми клещами и продуктами их жизнедеятельности.

ГЛАВА 10

Часы на каминной полке показывали почти полдень, когда я наконец продрала глаза и сощурилась, вглядываясь в положение ажурных стрелок. Полежала, подумала, вставать или нет, потом с обреченным вздохом все-таки привела себя в вертикальное положение и принялась перебирать наряды, висящие в шкафу, раздумывая, какой надеть.

При полном параде (то есть в синевато-сиреневом платье, вуали и туфлях на каблуках) я полюбовалась на себя в зеркало, отметила, что выгляжу прекрасно, и вышла в коридор. А там пришлось притормозить: я и понятия не имела, куда идти. Наверное, логичнее всего было спуститься в столовую и позавтракать, но я, к сожалению, не помнила, где она находится. Вроде бы второй этаж… А может, и третий. Хотя нет, там, кажется, шерринарская кафедра управления стихиями. А на четвертом — моя. А на пятом — жилье школяров… Или кафедра прорицания? Ой-ой-ой… Я где стояла, там и села, с головой ухнув в пучину мрачных раздумий и беспомощного негодования на зодчих Светлой Школы. В таком состоянии меня и нашел Шерринар, стремительной летящей походкой пришагавший откуда-то стороны лестницы. При виде меня он заулыбался:

— О, Дивейно! С добрым утром! Как спалось на новом месте?

— Нормально, — отозвалась я, обрадовавшись искуснику. — Ты откуда?

— С места происшествия, — весело отозвался он. — Дорогие детки с утра пораньше влезли в кладовку лаборатории по приготовлению зелий, разыскали там мышиные кости и вознамерились оживить их. Мышиных лап не хватило, зато черепов было в избытке. Но детки не растерялись и сотворили с десяток шестиглавых безногих монстров, магией приклеив черепа к позвоночникам, потом оживили их и выпустили всю эту костлявую рать в коридор. Жуткие производные богатой детской фантазии поползли по полу, наткнулись на искусницу Фионену и напали на нее. Крику было… А уж как она ругалась, когда поняла, что бывшие мыши костяными зубами попортили ей подол жутко дорогого платья…

— И какую же роль сыграли в этом происшествии Айрэк и Инната? — засмеялась я, вставая с пола.

— Самую непосредственную. А откуда ты знаешь, что они участвовали в проделке? — удивился Шерринар, подхватывая меня под руку.

— Потому что если где запахло какой-то пакостью, то Инната и подобные ей этого развлечения ни за что не упустят, — пожала я плечами. — Сама такая. А Айрэк… Ну, он за своей дражайшей невестой хоть во Тьму бросится.

— А ты куда, собственно, шла? — вместо комментария к моему высказыванию поинтересовался искусник. Видимо, возразить на эти справедливые слова ему было нечего, а соглашаться очень не хотелось.

— А то ты не видел, что никуда я не шла, а на месте сидела. Хотя вообще-то собиралась в столовую.

— Так почему тогда сидела на полу? Неужели опять плохо стало? — тут же не на шутку встревожился Шерринар.

— Да нет. — У меня не было желания признаваться в своей беспомощности, но выхода не было. — Просто я, честно говоря, не помнила, куда идти, и боялась заблудиться.

— Пошли, отведу тебя, — предложил пребывающий в самом радужном настроении искусник. — Но на будущее — привыкай всюду ходить одна. Не век же мне тебя за руку по всей Школе водить.

— Может, путеводитель какой-нибудь поэтому памятнику архитектуры написать? — всерьез призадумалась я. — Наверняка подобная книженция будет иметь оглушительный успех у первокурсников, их родителей и новых искусников-преподавателей. Кучу денег заработаем!

— Ты сама сначала освойся, а потом уж о путеводителе думай, — фыркнул Шерринар, — Алчные вы, темные, жадные, ради денег на все готовы.

— Так уж и на все, — не согласилась я, краем глаза заглядывая в распахнутые настежь двери какой-то аудитории, мимо которой мы как раз проходили. Стоявшие ровными рядами столы меня не впечатлили нисколько, этого я и в Темной Школе насмотрелась, а вот многочисленные портреты каких-то неизвестных искусников заставили невольно вздрогнуть — их спокойные величественные лица, казалось, пристально следили за окружающими, — Вот я бы, например, ни за какие деньги жабу не согласилась съесть.