Анастасия Левковская - Лицо некроманта

— Глория, не недооценивай меня. — Друг на миг крепко меня обнял. — На потоке я один из сильнейших. С самоконтролем у меня всегда было все в порядке. Сомневаюсь, что этот Лорейни был настолько силен, чтобы потягаться с таким, как я. В крайнем случае, ты разорвешь связь — я покажу как. Ну поваляюсь недельку в лазарете, получу нагоняй…

— Какой нагоняй, кардан тебе в форсунку! — Я не сдержалась и стукнула его по голове кулаком. — Нас выгонят! Тебя — за несанкционированный вызов духа, меня — за то, что не только не остановила, но и помогала!

— Значит, надо сделать так, чтобы никто не узнал, — даже бровью не повел этот авантюрист. — Глория, мы обязаны узнать, действительно ли Ник подменил сережки. И если он — что именно там было. — Марк взял меня за руки. — Конечно, это может быть что-то вполне безобидное… Но что, если нет? И счет пошел на дни? Думаешь, мне будет легко и весело жить, зная, что я мог помочь, но испугался?

— Слушай, не надо меня хоронить раньше времени. — Я поежилась от пробежавшего по спине холодка и выдернула ладони из его захвата.

— Пусть я утрирую, но может быть все, что угодно, — пожал плечами друг. — Так что, сестренка, провернем и это дельце?

Я посмотрела в горящие предвкушением синие глаза и тоскливо подумала, что, если этому нахаленышу что-то втемяшится в голову, меня он всегда знает как уговорить.

ГЛАВА 20

Подготовка к запретному ритуалу заняла у нас два дня.

Все нужные ингредиенты доставал Марк, я же учила технику безопасности. Ну и способы, как вытащить некроманта из транса, если его жизни и здоровью угрожает опасность.

За это время я несколько раз встречалась с Кайндорфом: один на боевке, и два — в коридорах Ульгрейма. Но, кажется, нервозности своей не выдала и вела себя, как обычно. Только так тоскливо было… Я все еще пыталась верить, что он непричастен к подмене сережек. Или это просто была какая-то шутка.

Для вызова духа Марк снял номер в третьесортной гостинице на окраине Орвиса. В стенах Ульгрейма мы не решились бы на подобную наглость. Да и вычислили бы нас в два счета.

Так что в пятницу после пар мы вышли из ворот и, кивнув друг другу, разделились. Поплутав по улицам столицы, в одном из тупиков я повязала на голову платок и накинула на плечи плащ. Если не присматриваться, вполне потяну на обычную горожанку. Марк тоже должен был замаскироваться.

К нужному месту я добралась уже в сумерках. Не так уж много времени у нас осталось. Ведь надо успеть до закрытия ворот!

Кивнув самой себе, я вошла в гостиницу, едва избавилась от навязчивого хозяина и поднялась на второй этаж.

Марк уже был на месте и вовсю готовился к ритуалу: расставлял свечи, чертил зачарованным мелом некромантские символы, разливал в плошки какую-то жидкость. От моего предложения помочь друг отмахнулся. Мол, сиди, сам все сделаю. Ну я и не настаивала. В конце концов, некромант у нас он, ему виднее.

— Так, я готов. — Марк нервно взъерошил волосы. — Помнишь, когда надо вмешаться?

— Да, если у тебя начнут губы белеть или глаза закатываться, — отозвалась я дрожащим голосом: мне было страшно. Я так и не смогла примириться с собой и доказать для себя лично нужность такого риска. — Если это случится — надо разомкнуть линии на полу, затушить свечи, а тебе — резко вдохнуть в рот воздух.

— Верно, — кивнул он и на миг крепко сжал пальцы. — Свинец… Нервничаю, словно первый раз с некромагией дело имею… Ну ладно, не буду оттягивать неприятный момент.

Глубоко вдохнув, Марк принялся неторопливо дорисовывать линии на полу, затем расставил по углам сложного рисунка плошки и по очереди зажег толстые черные свечи. А после этого негромко заговорил на изначальном языке.

Я даже дышала через раз, про себя молясь Святой паре, чтобы у нас все получилось.

Вдруг Марк резко выпрямился и распахнул глаза. Его немигающий взгляд уставился куда-то в стену над моей головой.

— Кто звал меня? — заговорил он густым басом, которого у него отродясь не было.

— Магистр Лорейни? — тихо спросила я.

— Да, это я.

— Простите, что позвали… Можно задать вам пару вопросов?

— Можно и не пару, — добродушно рассмеялся дух, временно вселившийся в моего друга. — Я, деточка, знаешь ли, соскучился по хорошему общению.

Смотрелось это, честно говоря, жутко. Подвижная нижняя часть лица и полностью неподвижная верхняя. Рот Марка ухмылялся, смеялся, говорил, а глаза по-прежнему невидяще уставились в стенку.

— Я бы с превеликим удовольствием. Но боюсь, больше пары вопросов мой друг не выдержит, — дипломатично ответила я.

— Вот так всегда. — Он вздохнул с притворной грустью. — Ну да ладно… Что у тебя за вопросы?

— Вы ведь принимали роды у графини Кайндорф? — осторожно задала я вопрос.

— О, я так и знал! — опять гулко рассмеялся дух. — Конечно, почему же еще меня позвали… Да, малышка, это был я. И то, что я сейчас в таком состоянии, прямое следствие событий тех дней…

— Вы расскажете, что случилось? — с замиранием сердца выпалила я.

— Отчего не рассказать? — спокойно проговорил он. — Да и врать я все равно не могу… У графа родился сын с четырьмя вспышками дара. Одна была такой силы, что я на миг даже ослеп. Две другие хоть и уступали ей, но не намного. А четвертая была средней силы. Я, конечно же, удивился. Но примерно все записал. После этого показал графу… Видела бы ты его лицо, девочка! — хохотнул дух целителя. — Слово даю — у него натурально глаза на лоб полезли. Ну он и пригласил меня в свой кабинет побеседовать… Сулил мне золотые горы, если я выпишу его сыну другую метрику, с более скромными данными. А я что? Я человек маленький… был. Деньги никогда не бывают лишними. Я и согласился. И не прожил и двух недель после этого. Вот такая поучительная история, — вздохнул он.

— А оригинальная метрика где? — решила уточнить я.

— Граф себе оставил. Еще что-то спросить хочешь?

— Пожалуй, нет, — медленно произнесла я, внимательно рассматривая побледневшее лицо Марка. — Спасибо большое, вы нам очень помогли.

— Если что — зовите! — хмыкнул дух и ушел из тела друга.

Тот со стоном повалился на пол, попутно зацепив несколько свечей. Так что мне пришлось сначала быстро тушить начинавшийся пожар — благо на это моих зачатков стихийной магии хватило. А только потом я бросилась к Марку:

— Ты как?!

— Жить буду, — прохрипел тот. — Дай… в сумке…

И его скрутил жестокий приступ кашля.

Я быстро подтянула к себе его сумку и, покопавшись, извлекла оттуда два флакона с восстанавливающим зельем. А потом помогла Марку выпить, так как его пальцы тряслись, словно ему не двадцать, а все сто пятьдесят.