Диана Марселлас - Зов Колдовского ущелья

— Граф Гайлс? — удивленно спросил Мелфаллан. — Насчет герцога я не удивляюсь, но граф Гайлс? Он всегда считался другом и, насколько мне известно, любит Теджара так же «страстно», как мы.

— Гайлс был другом твоего деда, а сейчас относится по-дружески к тебе как к наследнику Одрика. А меня он не любит, — ответила Ровена. — Я, по его мнению, недостаточно женственна в поведении и манерах. Если бы я жила в Мионне, меня тоже давно бы назвали ведьмой. Итак, мы опять подходим к Сари.

Ровена многозначительно взглянула племяннику в глаза.

— Не могу сказать точно, что я чувствую, но не переживай, тетя, — ответил Мелфаллан. — Я не собираюсь отставлять Сари в сторону. Даже не думал об этом. Она не заслуживает подобного. — Он разочарованно вздохнул. — Если бы Сари хоть иногда была такой же решительной, как ты… Такой же дерзкой, то…

— Не продолжай, я и так все поняла! — перебила его Ровена, поднимая руку. — Сари — не Ровена, несмотря на то, что тебе хочется видеть в ней мои черты. Я права?

Она склонила голову набок.

Мелфаллан умиленно улыбнулся: «Заботливая моя тетя! Как обычно, хочет помочь мне».

— Итак, не реагируй на мои намеки и подозрения болезненно, Мелфаллан, — продолжила Ровена. — А я ни в чем тебя и не подозреваю, потому что знаю: ты не дурак и слишком любишь свой Ярваннет. Я сама выступала за ваш союз с Сари и не жалею об этом. — Она помолчала. — Я прекрасно знаю, какие у вас могут быть проблемы, мой милый. Я сама прошла через все это. Недопонимание, отчужденность, различное воспитание, недомолвки…

Мелфаллан взял ее руку и поднес к губам, благодарный за столь чуткое к себе отношение.

Ровена посмотрела на него, потом, не убирая руки, отвела взгляд в сторону.

— Ральф был гораздо старше меня, — вновь заговорила она несколько странным голосом, будто вернулась душой в далекое прошлое. — До меня у него была еще одна жена, его ровесница. Когда мы поженились, он все еще скорбел по ней, хотя к тому моменту прошло десять лет со дня ее смерти. Я родила ему троих детей, их всех унес из жизни зимний мор. Потом я подарила ему Акселя, наследника. Скажу тебе откровенно, мой муж всегда хотел видеть во мне что-то другое — Она опять вздохнула. — Такова уж участь людей, рожденных в благородной семье. Мы должны достойно мириться с этим. Родственные связи Сари нужны Ярваннету. Кстати, отчасти в заключении вашего брака виноват тот же самый Теджар. Два графа договорились о вашем союзе в тот период, когда герцог грозил расправой Аирли.

— Это меня нисколько не удивляет. Два графа могут объединиться в союз, чтобы противостоять герцогу, если он в своем правлении переходит допустимые границы. Чтобы сохранить мир в своих землях, — ответил Мелфаллан, задумчиво и печально глядя во тьму. — Я читал учебник, тетя.

— Я знала, что ты все понимаешь. Мой отец научил тебя многому. Хотя подобные вещи частично передаются по наследству. — Ровена грустно улыбнулась. — Что же касается Теджара, он действительно переходит некоторые границы. Но ему мало и той власти, что он уже имеет. — Она пожала плечами. — А Гайлсу ты всегда нравился. Внук Одрика, будущий граф Ярваннета! Лучшей пары для его младшей дочери было бы не найти. Он всегда боялся, что кто-то из его девочек останется ни у дел, что кого-нибудь из них не удастся выгодно пристроить. Какую пользу может принести отцу болтающаяся при дворе старая дева?

— Тетя… — запротестовал Мелфаллан.

— А что я такого сказала? Только чистую правду. Ты тоже мужчина, как Гайлс. Он наверняка убежден, что ты разделяешь его мнение о роли женщин в жизни. В беседах с тобой твой тесть когда-нибудь заводил речь хоть об одной из них? Противоположный пол для Гайлса — низшие создания, предназначенные для получения удовольствия и выполнения несущественных заданий. Возиться с детьми и следить за домом — только это, с его точки зрения, достойно женщины. Ты для роли мужа Сари подходил идеально: молодой, здоровый, смышленый. Да и Сари ты нравился. Поэтому ваш брак и состоялся.

— Я и не подозревал о том, что ты так сильно не любишь Гайлса, — пробормотал Мелфаллан.

Ровена поджала губы.

— Мой муж уже находился в тяжелом состоянии, когда до него дошли грязные слухи, распущенные Мионном. На основании чего Гайлс пришел к таким выводам, до сих пор остается для меня не вполне понятным. Хотя я догадываюсь, в чем дело. Женщине, которая ведет себя не так, как ей предписано устоявшимися правилами, по его мнению, ничего не стоит и наставить мужу рога. Он высказал свои соображения вслух, а вскоре об этом стало известно Ральфу. — Глаза Ровены сверкали, отражая свет далеких звезд. — Никогда не прощу ему ни той жестокости, с которой он проводил на тот свет умирающего человека, ни высокомерия и равнодушия. Так он относится к Аирли до сих пор. Видишь, какая у тебя мстительная тетка, Мелфаллан!

— Чепуха!

— Какой ты славный! Спасибо, что относишься ко мне так великодушно. А сказать я хотела вот что: тебе не следует рассчитывать на Мионн как на неизменную поддержку, — ответила Ровена.

— Ты именно поэтому послала Стефана на восток? — спросил Мелфаллан. — Испугалась, что Роберт нападет на след Брилли?

— Я больше опасаюсь Лима, а не Роберта. Он никогда не внушал мне доверия. — Ровена наморщила лоб. — Хотя… В общем, я отправила с ними Стефана так, на всякий случай…

На крыльце вновь появился слуга с кувшином, и Мелфаллан, подняв кубок, безмолвно протянул его. И сразу отхлебнул вина.

— Она мертва, тетя. Зачем еще понадобилось бы Хагану бежать?

— А если жива? — спросила Ровена. — Что бы ты стал делать в таком случае?

Мелфаллан пожал плечами.

— Признаюсь честно, я совсем запутался в своих эмоциях. К тому же я никогда не смогу оставить Сари. Я не из таких. Она ведь не бесчувственный предмет, а я — не Гайлс с его отношением к женщинам.

— Но имей в виду: сам Гайлс может думать, что ты такой же, как он. У него вполне могут возникнут какие-то подозрения насчет ваших с Брилли отношений. Ни для кого не секрет, что ты был настроен бороться за ее освобождение. И не забывай, что Теджар до сих пор ломает голову над тем, почему ты так быстро согласился приехать в Дархель. Ты должен еще раз все хорошенько обдумать. Я имею в виду то, что касается этой девушки из народа.

— Она не просто девушка из народа! — с чувством воскликнул Мелфаллан. — Ты сама призналась, что была влюблена в Джоналин… Ой, прости, я не хотел тебя обидеть, тетя. Я прекрасно понимаю, что между вами не существовало любовной связи. Но о твоей привязанности к Джоналин знали все. Это и повлекло за собой обвинения и грязные слухи. Маргарет ни до кого нет дела, ты права. А тебе есть. Ты хочешь сохранить память о Джоналин светлой и незапятнанной. Память о ее красоте, о чистой душе, какие редко встречаются. Ты не терпишь клеветы. — Он перевел дыхание. — Знаешь, когда я слушал песню Брилли в день рождения нашего сына, я чувствовал невероятное умиротворение. Мне показалось тогда, что весь замок окутала теплая, ласковая пелена. Никогда в жизни я не встречался с подобными чудесами, никогда не ощущал такого уюта.