Людмила Безусова - Каждый выбирает по себе

— Эй, Родослав, — Антон пощелкал пальцами перед застывшим, точно истукан, ведьмагом. Лицо того походило на непроницаемую маску, но парень, казалось, видел, как мечутся мысли в его голове. — О чем замечтался? Глянь, что я нашел…

Он положил перед ведьмагом подвеску с изломанной оправой, похожей на клубок оплавленных серебристых нитей, в которой едва проглядывал потускневший камень.

— Где нашел? — внезапно охрипшим голосом переспросил Родослав, хотя и без того знал ответ. Украшение со звездчатым сапфиром Тиса не снимала никогда, независимо от того, шло оно к её наряду или нет. Арийка, смеясь, сказала как-то, что этот камень усиливает её способности. А потом, посерьезнев, добавила: — "Это накопитель магии, дар наставника, сомневающегося в моем умении. И будет со мной, пока я не умру, а значит, вечно".

— Да заглянул вниз, смотрю, недалеко что-то блестит вроде, попросил лешего, он достал… Благо руки намного длиннее моих были…

— Блестит, говоришь? — ведьмаг сжал в кулаке кулон. Сейчас в нем не было ни капли магии, но скорее всего, именно из-за него озеро обладало таким необычными свойствами. Пока камень накапливал энергию, вытягивая её откуда только можно, и из живых созданий в том числе, озеро было мертвым, ну а когда вместилище переполнялось, отдавал без жалости… Значит, он ошибся, посчитав Антона прирожденным магом… Не суждено было парню по крови стать чародеем, а вот как судьба обкрутила — оказался в нужном месте в нужное время. Тут впору согласиться с котом, так превозносящим выверты судьбы и уверенного в непогрешимости именно её выбора. Но что бы там не было, Тиса мертва… Теперь уже ясно, что безвозвратно. И камень умер вместе со своей владелицей.

— Мальчики, — заглянула Людмила, сияя, точно майское солнышко, — вы чего нахохлились? Поругались, что ли?

— Нет, все нормально, — отозвался Родослав, выходя из ступора. Чародейка недоверчиво нахмурилась и присела рядом с ним.

"Мальчики? Мы? — Антон только сейчас заметил, какими взглядами обменялись сестра и ведьмаг. Внимательно глянул на Родослава, из-за своей характЕрной отчужденности казавшегося не человеком, а роботом. — Да тут похоже, пока меня не было, все сладилось… Ишь ты, а Людмила-то! Прямо расцвела… Ну ещё бы, мужика, видать, крепко к рукам прибрала, даже кожаный прикид снял… Чувства, однако, сильная вещь, — он встал, оглянулся на сестру. На талии её уже вполне по-хозяйски лежала рука ведьмага. — Мне бы самому о себе подумать, пока милые тешатся…".

— А Чернава где?

После неловкой паузы Люмила коротко ответила:

— Нет её…

— Совсем? — Антон не мог поверить, что девушка вот так вот вдруг скоропостижно скончалась. Все сиюминутные дела как-то вдруг стали неважны. Только острое чувство сожаления кольнуло сердце, сбило дыхание. Такая молодая. И красивая… Жить да жить… Впрочем, после перенесенных потрясений все могло статься. — Но как же…

Глядя на вытянувшееся лицо парня, ведьмаг сочувственно произнес:

— Ушла она…

— Черт! — Антон со всего маху саданул по стене и выскочил в коридор, заметив, как ведьмаг удержал кинувшуюся за ним Людмилу. Там от всей души пнул дверь и, прикрыв глаза, сполз по стене на пол. — "Почему не дождалась? Я же обещал вернуться… Где теперь искать её? Куда можно податься в этом мире?". — Он, скрипнув зубами, стукнулся затылком о стену.

— Ииии, милок, дом тут ни при чем… Зачем добро портить?

Парень открыл глаза, глядя на дергающего его за штанину Кимрю:

— Чего тебе?

— Я тебе вот что скажу, — тоненькая домовиха поманила его к себе сухоньким пальчиком, приглашая наклониться. — Она так или иначе ушла бы… Две ведьмы в одном доме отродясь не уживались. Плохо ей тут было, но держалась. А потом, когда горшки сгоряча побили, сбёгла.

— Ну, сестрица, ну, удружила…

— Только ты не кручинься, она не одна ушла. — Антон поднял голову, сверху вниз глядя на Кимрю. — С ней кот ушел. Его и ищи… Или жди, пока сам объявится…

— Нет уж! — парень распахнул жалобно скрипнувшую дверь на улицу, с наслаждение вдохнул морозный воздух. — Я пойду за ней… Заодно и мир посмотрю. А то сколько я уже тут, а ничего так толком и не видел. А мне жить здесь…

ВСЕ…

КОНЕЦ.