Николай Чугунов - Per aspera ad astra II B

— Ненависть, месть, отлично! — незнакомка скользнула в сторону, легко уворачиваясь от растопыренных рук Браско. — Но ты потерял над собой контроль, а это никуда не годится, так что, пожалуй, хватит.

Она отвесила десантнику легкий подзатыльник, отчего тот кубарем полетел в угол.

— Встань, воин!

Сержант с ужасом почувствовал, как его тело, вырвавшись из-под его воли, встало в стойку «смирно».

— Ты… ведьма!!! — Браско вспомнил рассказы научников о специфике жизни аборигенов. В голове оцепенело билась одна-единственная мысль: «Вот попал… Знал же, нельзя в людные места заходить!»

— Ну, такой недостаток воображения вполне простителен для воина, — комнату на миг затянул алый туман. — Можешь звать меня Виверой, — девушка поправила на голове давешнюю шляпу. — Пошли, нам предстоит долгий путь.

Уланов лежал на краю пажити и меланхолично наблюдал за пасущейся скотиной. В его душе впервые за много дней воцарился покой. Здешняя местность оказалась на удивление уютной — невысокие горы гигантскими зелеными ступенями спускались к реке, где стоял Новиград, отсюда похожий на детскую игрушку.

— Все, что ни случается — к лучшему, — едва слышно прошептал паладин, почесав очередной комариный укус — местная мошка безо всякого почтения грызла знатного драконоборца и потенциального зятя бургомистра. Впрочем, от последней участи Уланов отчаянно хотел ускользнуть.

— Здоров будешь, господин, — из густых кустов бузины выглянула неприлично волосатая рожа. — Что скучаешь?

— Отдыхаю, — буркнул паладин.

— Тоже хорошо. А у нас к тебе дело.

— У нас? — паладин положил правую руку на рукоять кладенца — единственную вещь, которую у него не отобрали заботливые хозяева под предлогом «починки».

— Ну да, — на миг контуры лица расплылись, секундой позже сменившись нормальным человеческим лицом. — Можешь считать меня полномочным представителем.

— Как интересно, — хмыкнул Уланов. — А где остальные?

— Это неинтересно, — сразу поскучнел оборотень. — В общем, давай слушай, или разбегаемся.

— Ну, излагай, — судя по активному шевелению кустов, за спиной собеседника сидело еще трое и как минимум парочка пряталась за коровами.

— Ты дракона победил?

— Вроде как.

— А ты в курсе, что, во-первых, он жил не один, а во-вторых, у него имелась отличная сокровищница?

— Да ну.

— Вот тебе и ну. Надо бы закончить дело. А то сам представь — ты, в парадном камзоле, выходишь из ратуши — и тут дракон! Неудобно может получиться.

— Действительно… — Уланов хихикнул: с одной стороны, такой поворот событий наверняка бы избавил его от женитьбы, а с другой — он все-таки подряжался избавить жителей от драконьих набегов… — Только у меня условие.

— Ты же и так герой! Без пяти минут бургомистров зять — чего тебе еще надо! — возмутился оборотень. — А мы люди маленькие, нам и золотишка хватит.

— Так и я из простых, — хмыкнул паладин. — Во-первых, у меня нет доспехов. Во-вторых, я возьму из сокровищницы все, что захочу — то, что смогу унести в руках. Остальное — ваше. Идет?

— А если нет?

— Не хотите — как хотите. Думаю, мы с бургомистром и без вас справимся. Вам же хуже.

Собеседник едва слышно выругался.

— Никогда не умел торговаться. Ладно, согласен. Только идти надо прямо сейчас.

— А доспехи?

— Если пойдем прямо сейчас — они не понадобятся. Я так думаю.

— Что-то меня это не слишком обнадеживает…

Драконья пещера располагалась всего в получасе хода от пастбища — очень удобно, если охота перекусить, не особо утруждая себя поисками еды. Впрочем, замаскирована она оказалась знатно — местами иллюзии сплетались в совершенно непроницаемую пелену, и если бы не помощь затесавшегося в банду чародея, Уланов бы в жизни не нашел правильного пути.

— Теперь — тихо, — едва слышно прошептал оборотень. Похоже, он был в шайке главным — по крайней мере, главным по работе с «посторонними». — Дракон должен спать — но сон у них очень чуткий. Мы отыскали по помету и запаху — за три дня он уполовинил коровье стадо в одной деревушке, где мы столовались. Когда он так много ест — наверняка носит кладку, а это значит — через полгода тут будет не продохнуть от этих рептилий. Лови момент, герой!

— Пещера-то хоть глубокая? — мрачно поинтересовался Уланов, разглядывая циклопическое жерло пещеры, откуда несло тухлятиной и нечистотами.

— Кто ж его знает? — философски отозвался оборотень. Он прищелкнул пальцами, и чародей торопливо вложил ему в руку плоскую фляжку. — На, натрись.

— Что это за гадость? — из емкости разило еще хуже, чем из пещеры.

— Маскировка. Там темно, так что тварь, если, а точнее, когда ты ее все-таки разбудишь, будет искать тебя по запаху. А это отлично отбивает запах человечины.

— Хоть смывается? — уныло буркнул паладин. Ему очень не хотелось лить на себя вонючую жидкость, когда лучшими средствами гигиены в этой местности было самодельное мыло и баня.

— Потом узнаем, — оборотень кинул опасливый взгляд на небо и нырнул в кусты. — Давай уже, не тяни!

В пещере оказалось куда светлее, чем казалось снаружи. Приглядевшись, Уланов заметил, что свод был плотно усеян крохотными кристалликами, которые источали рассеянный зеленый свет. В памяти паладина шевельнулись размытые образы, источавшие смутное чувство опасности, но, стоило Уланову сосредоточиться, как они исчезли бесследно.

— Ладно, разберемся, — едва слышно прошептал паладин, отчаянно пытаясь не шуметь. Последнее получалось с трудом — судя по количеству костей и мятого железа на полу, выкурить драконов отсюда пытались неоднократно, но безуспешно.

Метров через двадцать после входа ход распадался еще на три — одинаково темных и вонючих. Там не светили даже странные кристаллы, а стены и свод оказались до блеска отполированы. Впрочем, из среднего отверстия периодически доносилось сонное взрыкивание и дул теплый влажный ветер — вероятно, пока живой дракон обитал именно там.

Этот ход окончился буквально через десяток метров — к огромному сожалению паладина, крутым обрывом, под которым плескалась ледяная вода. В глубине, похоже, били родники — левую ногу Уланова свело жестокой судорогой, и он едва выбрался на отмель.

К счастью, нештатный плеск не разбудил хищную рептилию — она продолжала спать, свернувшись клубком вокруг доброго десятка огромных яиц — полупрозрачных в густом синем свете целых розеток странных кристаллов. Судя по остаткам каменной лестницы, уходящей куда-то под потолок, резьбе на стенах, и причудливым обломкам у ложа дракона пещера была явно искусственного происхождения.