Пола Вольски - Жена чародея

Верран посмотрела на своего малыша и вновь изумилась его совершенству. Удивляла ее и страстная любовь, которую она уже испытывала к этому крошечному, созданию. Младенец насытился и уснул у нее на груди. Вздохнув, она легла на спину. Маленького Террза она по-прежнему держала на руках. Скоро она уснула и безмятежно поспала, однако совсем без присмотра ее не оставили, потому что многие вардрулы заглядывали сюда полюбоваться на женщину и ее новорожденного сына.

Она и понятия не имела о том, сколько проспала. В отсутствие как солнечного, так и лунного света она не могла следить за ходом времени. Методов, применяемых вардрулами, она еще не знала. Разбудило ее мелодичное пение, доносящееся откуда-то с порога. Проснувшись, она поняла, что чувствует себя куда лучше прежнего и гораздо сильнее. Приподнявшись на локте, она решила посмотреть, чем занимаются хозяева.

Четверо из них втащили в пещеру большую и тяжелую ношу. Верран не видела, что это такое, до тех пор, пока на пол неподалеку от нее не положили еще одну, точно такую же, как ее собственная, циновку, а на циновку не опустили знакомое тело, покрытое густой шерстью. Это был Нид.

— Живой, — прошептала она.

Он спал на боку, и ей было видно, что раны у него на спине тщательно промыты и перевязаны лентами из плетеной травы.

Верран села, затем осторожно поднялась на ноги. Ей было немного не по себе, но в остальном она чувствовала себя превосходно. Когда она медленным шагом направилась к Ниду, вардрулы отпрянули от него — из деликатности или из робости, этого она не знала. Она присела возле спящего мутанта и с облегчением обнаружила, что его грудь мерно вздымается во сне. Он был без сознания, однако дышал глубоко и ровно. Положив руку ему на грудь, Верран почувствовала мощное сердцебиение. Он пошел на поправку, было ясно, что уже скоро он оправится полностью.

— Я так рада, — сказала Верран спящему мутанту. — И лорд Грижни будет так гордиться тобою!

Она легонько погладила его по щеке. Нид шевельнулся во сне и издал какой-то звук. Услышав это, вардрулы тут же принялись переговариваться на своем языке.

Одно из белых существ приблизилось и подало Верран резную каменную чашу. Верран удивленно посмотрела на него, но чашу взяла. Чаша была полна густого супа, чуть ли не каши, с запахом травы и лекарственных растений. Только тут Верран в полной мере осознала, насколько она голодна. Она принюхалась — и ее аппетит разыгрался еще сильнее. Неужели вардрулы едят человеческую пищу? Приподняв чашу, Верран осторожно отхлебнула. «Грибы», — поняла она. Вкус был странный, но не лишен приятности, и она выпила порядочно, прежде чем улыбкой дала понять вардрулам, как она им благодарна. И вновь они ответили ей таинственным миганием всего тела.

Младенец проснулся и заплакал. Верран вернулась к циновке, взяла сына на руки и принялась баюкать до тех пор, пока он не уснул снова. Вардрулы продолжали мигать. Бесчисленное количество раз их тела вспыхивали и гасли. В молчании они удалились из помещения, оставив своих гостей наедине друг с другом.

— Они нас знают, крошка Террз, — объяснила Верран новорожденному. — Твой отец пообещал, что мы найдем здесь друзей, и он оказался прав. Он почти всегда бывает прав, как ты скоро поймешь и сам. — Террз протянул крошечную ручонку и схватил ее за волосы. Верран улыбнулась. — Вардрулы странный, но добрый народ, и мы все втроем, оставаясь у них, будем в полной безопасности. Но мне кажется, надолго это не затянется. Лорд Грижни прибудет сюда уже очень скоро, возможно, через два часа, а он наверняка намерен вернуться в Ланти-Юм. Там у него по-прежнему много приверженцев, и почти все маги на его стороне — Джинзин Фарни, Чес Килмо, да и многие другие. Однажды я видела весь список, и он был очень длинный. А еще Бренн Уэйт-Базеф! Мне кажется, он нам тоже поможет. Так что сам видишь: пройдет совсем немного времени, прежде чем мы с тобой, с твоим отцом и с нашим другом Нидом вернемся в Ланти-Юм. Вернемся к себе домой.

Она все еще не понимала, что ее дом отныне здесь.

— Нид, тебе не следует вставать. Ты еще недостаточно силен для этого.

Ноздри Нида затрепетали, он чихнул. А затем протестующе зашипел.

— Нет, пожалуйста. Тебе сейчас следует отдыхать. Поверь мне.

Нид нетерпеливо забарабанил ногами по полу.

— Если не поостережешься, то опять заболеешь. Прошу тебя, ляг!

Нид вновь забарабанил по полу и потянулся огромными лапищами к малышу.

— Террза ты можешь взять на руки и позже — после того, как хорошенько поспишь. Обещаю тебе, после этого я дам его тебе. А если будешь себя хорошо вести, разрешу даже искупать его, — посулила Верран.

Нид несколько растерялся.

— Для тебя сейчас главное отдыхать и восстанавливать силы. Ты ведь понимаешь, что именно этого потребовал бы лорд Грижни.

В горле у нее встал комок, лицо напряглось, что, как правило, предвещало слезы. Так обстояло дело уже не меньше двух недель: стоило ей упомянуть имя мужа, и она плакала, хоть и старалась разорвать эту странную зависимость. До сих пор ее разум отказывался поверить тому, что подсказывала интуиция. И вот Верран принялась нашептывать себе самой привычные слова утешения: «Прошло всего две недели с тех пор, как мы выехали из дому, так что ни о чем пока нельзя судить окончательно… Но ты ведь на самом деле не знаешь, сколько прошло времени. Здесь нет ни солнца, ни луны, ни звезд — так откуда же тебе это знать?.. Отсутствие и молчание лорда Грижни можно объяснить множеством причин. У него, он сам говорил это, есть важные дела. И он не сказал тебе, сколько времени понадобится ему, чтобы с ними управиться… А у тебя недостало решимости задать этот вопрос… Мало ли что могло задержать его! И не исключено, он сам решил немного помедлить с отъездом, чтобы усыпить подозрения… Какие еще подозрения? Что за вздор?.. Он мог послать письмо, которое тебе так и не доставили. Гонец заболел, или письмо потерялось… Если бы такое случилось, он определил бы методом Познания. И, так или иначе, нашел бы способ известить о себе… Он мог остаться с тем, чтобы помочь своим сторонникам… Но и в этом случае он известил бы тебя… В любом случае приходить к преждевременным выводам просто-напросто глупо. Я не хочу об этом и думать. Я подожду еще немного, а тут он и вернется, и тогда все снова будет в порядке. Так что я еще немного подожду».

Нид опять начал проявлять признаки недовольства, и это вернуло Верран к более насущным делам.

— Ложись, прошу тебя, — ласково сказала она. — Я буду очень рада, если ты ляжешь.

Нид подчинился без дальнейших возражений. Едва ему удалось немного оправиться, он перенес свою циновку в коридор, к дверям помещения, в котором жила Верран. Скорее всего, он поступил так из деликатности, и Верран никакими уговорами не удавалось заставить его вернуться. Заметив, что гости ведут себя как-то странно, вардрулы предложили Ниду перебраться в отдельное помещеньице, специально приготовленное для него, но мутант категорически отказался. В конце концов он поместил свою циновку в сухой и теплой нише, прямо напротив входа в пещеру Верран, с тем чтобы охранять ее и услышать, если она его позовет. В эту нишу он сейчас и удалился.