Тая Ханами - Дракон по имени Малыш

– Не может быть! - Чуть было не приземлился напротив нас Борис Иванович.

– Почему - не может быть? - Вышел из ступора металлист.

– Потому что еще никому не удавалось сдвинуть замок хотя бы с места, - растерянно ответил волхв. - Стены разрушить - да. Сплошь и рядом. Но сдвинуть с места…

– А почему? - В свою очередь почемучкнула я.

– Магия. Долго объяснять, - отмахнулся от меня Борис Иванович. - Меня беспокоит совсем другое…

Он умолк, а в его голове, не скрываемые защитой (!) крутились тревожные мысли о Книге Правосудия.

– А что с Книгой?

– Она должна быть в этом… - на автомате начал отвечать волхв, и возмущенно уставился на меня: - Подслушиваешь, хоть не мели язы…

Он не успел договорить: взревела сирена, что-то случилось у эмпатов. И, судя по характеру завывания, это "что-то" было очень и очень серьезным. Я думала, что начальство сорвется места, но он только вслушался в пространство. Остался сидеть на месте.

– Пойдите ребята, отдохните, - повернулся он к бывшим уголовникам.

Тех как ветром сдуло. Лишь Зуб обернулся в дверях:

– Если понадоблюсь - зови.

Волхв как сидел, так и остался сидеть - даже головы не повернул. Ушел в себя человек, и, судя по выражению его лица, внутри у него сейчас было безрадостно. Я рискнула отвлечь начальство от грустных дум:

– А нам что… То есть, мне что делать?

– Останьтесь, ребята. И ты, Волк, останься.

– Хорошо, вожак. Чует мое сердце, я вам еще пригожусь.

Землю сотрясала чья-то недетская поступь.

Я, кинулись к окну. Оторопели: по поляне шагали, взявшись за руки, половинки корпуса эмпатов, мрачное готическое здание и архетипический храм.

– Все-таки он тоже Тролль! - Ахнула я. - То есть, Брут. То есть…

– Подожди сеять панику, Лиса. Еще не вечер.

Это была правда. Было светло, и посреди бела дня по направлению к нам топал наверное все же инопланетянин. Тот, кого даже мое всезнающее начальство считало своим в доску. Как-то раз, поддавшись сильнейшему приступу ностальгии по родному измерению, волхв с ним, троллем, квасил (и сейчас я читала его "охи" и "ахи" по этому поводу). Точнее, пил только Борис Иванович, а тролль ему помогал соответствующей гаммой эмоций.

И вот теперь он шел к нам навстречу. Точнее, уже пришел.

– Начальник Заповедника у себя? - Осведомился корпус эмпатов приятным рокотом.

– А то ты не знаешь, - распахнул окно Борис Иванович.

Впустил морозный ветер и целую стайку веселых снежинок.

– Знаю, - засмущался тролль. - Но мне надо было начать разговор.

– Я весь внимание.

– Меня призывают, - "переступил" половинками себя тролль.

– Кто? - Встряла я в чужой разговор.

Я думала, что он не ответит. Но я ошиблась:

– Наш… Командующий, - виновато покосился на меня корпус светлых эмпатов.

– Выражайся яснее, - с интонацией готового ко всему человека сказал Борис Иванович.

– Я не могу яснее, - снова пророкотал и снова виновато корпус светлых. - Он э-э-э… Скажем так, королевского рода. И он всегда был главным среди нас - тех, кто переселился на вашу планету.

– Планету? - Переспросил волхв.

– Планету, - утвердительно наклонил левую верхушку здания тролль. - Тогда ваш мир представлял собой только одну планету.

"Значит, теория начальства относительно постепенного сотворения изнаночного мира оказалась чистой правдой!"

"Похоже, что так, Лиса. К сожалению", - подумал телепат, и сказал вслух:

– И что ты намерен предпринять?

– Ты станешь меня удерживать? - Потупил вторую макушку тролль.

– Нет. Зачем?

"Это правильно", - постучалась мне в голову металлическая мысль. - "Зачем нам супостат в Заповеднике?"

"Так-то оно так", - подумало в ответ начальство. - "Но он прекрасно осведомлен о том, что из себя представляет Заповедник. Больше того, он сам служил звеном в его обороне".

Но вслух волхв, разумеется, ничего не сказал. Стоял, смотрел на тролля. И мы все смотрели. А там было на что поглядеть!

Здания осели на снег - ни дать, ни взять, два человека собрались поговорить. "Руки" разъединились, убрались в толщу половинок корпуса. Наружу не выходило ни звука. Я, как ни силилась, не смогла уловить ни одной, даже самой слабой эманации. А вот начальство так и подалось вперед, и, судя по его облику, оно понимало, о чем идет речь у половинок одного тролля. Уже потом я узнала, что шел спор, достойный внутреннего диалога любого современного невротика. Корпус светлых эмпатов, "архетипический храм", утверждал, что "заповедные" люди были добры к нему, и поэтому он не станет объединятся с врагом Заповедника. Готическое "сооружение" приводило тысячу и один довод в пользу объединения с "командующим". И главным из них был не долг перед "королевичем", отнюдь. Главным была обреченность планеты 14856747. То есть, Земли.

"Почему обреченность?" - Спросил чуть позже волхв Борилий.

"Потому что наш командующий смог получить большую порцию энергии из нашей Вселенной", - ответил ему тролль. - "Он подпитался, и стал практически всемогущим".

А мы все узнали, что никогда раньше ни один портал, ведущий на "шесть галактических сотых", не был настолько огромным, как в этот раз. И располагался он в этот раз возле самого Источника, то бишь, древнего накопителя, тогда как до этого он был совсем в другом месте. Узнали мы и о том, что тот самый Тролль, которого я имела счастье (или несчастье) лицезреть в районе подземной обсерватории в Приэльбрусье, тихо-мирно дрыхнет где-нибудь в горах, и просыпается один раз в две тысячи лет. И что его спросонья заедают мысли о захвате планеты, на которой живут столь никчемные в массе своей создания, как люди.

"Но мне показалось, что ему нравился один человек!" - Завопила тогда я.- "Там, на подземной обсерватории!"

"Все правильно", - отвечал мне корпус светлых эмпатов. - "Нам очень нравятся стоящие, горячие сердцем, добрые…"

"Или хладные умом люди", - продолжил корпус темных развивать мысль своей половинки. - "Мы получаем от вас эстетическое удовольствие".

Узнали мы и о том, что и "командующий", просыпающийся ненадолго один раз в две тысячи лет, и сам корпус эмпатов - мутанты. И что нормальных гуманоидов в его родном мире уже дано не осталось…

…Но все это было уже сильно после. А сейчас медленно тянулось время - тролль решал, на чью сторону ему встать. А начальство все так же стояло столбом, вслушиваясь в чужой внутренний диалог. Наконец, половинки тролля взялись за руки:

– Я пришел к согласию с самим собой, - объявил Архетипический Храм приятным баритоном.

– Я понял направление своего дальнейшего пути, - молвило Готическое "сооружение".