Юлия Бойцева - Подвиг Мирославы

- Ууу, собственник, - шутливо прокомментировала я.

Он задумался, а потом уверенно ответил:

- Да. Именно так.

Даже понимая, что, скорее всего, его ответ - шутка, в моей груди разлилось тепло, от чего губы расплылись в улыбке.

- И что же дальше? - спросила я, поежившись от резкого порыва ветра. Какая-то неуравновешенная погода в этом междумирье…

- А дальше, я не отходил ни на шаг. Пытался узнать о тебе как можно больше, и наверстать упущенное за одиннадцать лет. Я был счастлив, Мира. Когда приходилось оставлять тебя на несколько дней, сходил с ума, не понимая, что мне говорят и чего хотят, - улыбнулся Тим. - Единственное, что очень волновало - твоя личная жизнь и Эртон, о котором ты вспоминала каждый день. Да, ты об этом не говорила, но момент, когда ты снова погружалась в воспоминания и думала о нем, я четко видел. Ты страдала. Порой мне хотелось найти его и притащить за уши назад, к тебе, чтобы ты снова стала счастливой, как стал счастливым я. И лишь моя ревность останавливала…

- Ревность? - удивилась я.

- Да. Обычная мужская ревность. Когда ты поняла, что влюблена в него, я был готов провалиться на месте. Как же мне хотелось быть на его месте. Хотелось, чтобы обо мне ты думала мечтательно улыбаясь, меня ждала по выходным, меня хотела видеть… Я стал просто одержим тобой и не нашел ничего лучше, чем посоветоваться с "начальством", но он развел руками. Сказал, что ты сама определяешь свою судьбу, и даже если освободить меня от обязанностей и дать жизнь, то никто не даст гарантию, что мы будем вместе. Я смирился, потому что боялся тебя потерять, но видеть твои метания не было сил, из-за чего начал потихоньку подталкивать тебя к другим людям, в надежде, что хоть кто-то развеет твои мечты и осуществит мои. Но и это было для меня испытанием…

Это признание выбило меня из реальности. Я смотрела на Тимофея не моргая, было страшно закрыть глаза, потому что услышанное не может быть правдой. Потому что этого я слишком долго ждала.

- Прости меня. Знаю, все это некрасиво, я и сам себе не рад… - он так страдал… Его мука очень четко отражалось на лице.

- Но как же шкаф? - прошептала я, не веря своим ушам.

- Шкаф? - не понял он.

- Да, шкаф. Я тебя поцеловала, а ты так разозлился… - с трудом выдавила я из себя, стараясь не разрыдаться.

- Ах, это… Когда мы увидели друг друга, я был в растерянности, но в душе зародилась надежда. Объяснить, почему это произошло никто не смог, мы решили, что виной тому твоя связь с другим миром. В этом есть доля правды. Ты довольно легко восприняла мое существование, но взяла за основу наших отношений именно мой статус ангела. Я и с эти смирился, не хотелось давить на тебя. Порой в твоем взгляде проскальзывало что-то странное, но наши взаимоотношения скорее напоминали дружбу близких людей, чем нечто большее. Да, Мирослава, меня раздражали твои выходки с поцелуями и объятиями, потому что я знал, что это лишь часть игры, не более. Мне же хотелось большего или совсем ничего. Мне стыдно, но ничего не могу поделать, - виновато улыбнулся он. - Ты шутила, смеялась, страдала, плакала, а я лишь наблюдал, не в силах вторгаться в твою личную жизнь. Я перестал совсем понимать твой внутренний мир. Когда Эртон к тебе приближался, ты отталкивала его и находила этому множество нелепых причин, когда он отдалялся - ты страдала. Я просто запутался…

У меня кружилась голова, в ушах звенело. Я устало потерла лоб.

- Тебе нехорошо? - Тимофей аккуратно дотронулся до моей руки.

- Нет, все нормально. Дальше, Тим, рассказывай дальше.

- Дальше… - он тяжело вздохнул, устремив взгляд куда-то за мою спину. - А дальше я понял, что тебя надо срочно вернуть домой. И с этого момента наше с тобой общение начали ограничивать. Постоянные совещания ни о чем, мелкие задания в других мирах, где я вообще тебя не слышал. Было трудно понять, что происходит. Я места себе не находил, пытался улизнуть при малейшей возможности. Мне стало страшно. Появление всадников просто ввергло в ужас. Пока ты не рассказала про путника с птицей, я думал, что точно потеряю тебя… А потом появилась надежда, но только помочь я был не в силах. А еще этот Эртон. Знаешь, когда ты сказала, что вы просто друзья, я очень обрадовался.

- Я заметила, - шепнула, онемевшими губами.

Тим улыбнулся.

- А потом поцелуй… - опустил он глаза. - Я разозлился на себя, за то, что пошел на поводу у своих чувств. Ты была так соблазнительна в тот момент, что устоять не было сил. Но, знаешь, возвращаясь назад, я бы сделал это вновь.

- Ты поцеловал? - глупо захлопала я глазами.

- Да, поцеловал, - виновато улыбнулся он, посмотрев на меня исподлобья. - Извинишь?

- Не за что, - пожала я плечами, - а я-то думала, что я поцеловала.

- Что? - поднял он голову, широко распахнув глаза.

- Да, представляешь, - прошептала я, снова срывая травинку. - Но я поясню, расскажи, что было дальше.

Мне не хотелось говорить, потому что это могло вызвать огромный поток слез. Я смотрела на яркую траву и чувствовала на себе его растерянный взгляд.

- Потом меня вновь отправили на задание, причем на длительный срок. А когда я вернулся, тебя везли на небольшой телеге в гробу, - мне показалось, что эти два предложения дались ему с большим трудом.

- Что было дальше нам обоим известно, - сказала я, подняв на него глаза.

- Да, - ответил он.

Я тяжело вздохнула. Снова навалилась сумасшедшая усталость, вытеснив истерику и, желающие выйти на свободу, слезы. Хотелось пересесть к Тиму поближе, чтобы он меня крепко обнял и никогда больше не отпускал. Потерев пальцами глаза, я сказала:

- Мы с тобой - два дурака.

- Что? - улыбнулся он.

- Ну да. Как ты думаешь, о чем я хотела тебе рассказать в то утро в селении, когда нам Эртон помешал.

Тим призадумался, а потом пожал плечами:

- Не знаю, прости.

- Угу. А как ты думаешь, почему я стала такой скрытной, почему ты перестал чувствовать мое настроение, почему я тебя поцеловала?

- Это я тебя поцеловал, - возразил он, как мне показалось, чисто автоматически.

- Нет, Тимофей, я. И ни капли об этом не жалела. Единственное, мне стало страшно. Я боялась, что после этого тебя вообще ко мне не пустят. Мои представления о хранителях были иными. То, что я услышала сейчас - это нечто невероятное.

Чтобы Тим меня лучше слышал, в конце приходилось чуть ли не кричать. Ветер и шум моря - как взбесились. Я аккуратно подвинулась ближе к хранителю. Он напряженно за мною наблюдал.

- Знаешь, Тим, - я взяла его лицо в ладони и посмотрела в глаза, - нам несказанно повезло.

- Повезло?

- Да. Представь двух людей, любящих друг друга, но боявшихся в этом признаться из лучших побуждений. Они мучаются по отдельности, стараются общаться как друзья, решают проблемы окружающих, оставляя свои на потом. Мгновение… и "потом" уже никогда не наступит. Один из них умирает, не признавшись. Второй существует, мучаясь вечность.