Игорь Дравин - Рейнджер

Моя ладонь хлестнула эльфу по щеке. Да, избивать до полусмерти женщину я не могу, но наказывать могу. Еще как могу. Особенно если наказание идет женщине на пользу. Не надо строить из себя невесть что. Ты — враг. Ты — эльфа, а я — охотник. Нам нужно поскорее найти точки соприкосновения. Разговаривать мы с тобой будем. Мне не нужно, чтобы ты сделала глупость и я тебя убил при попытке к бегству. При настоящей попытке к бегству. Мангусту нужны сведения. Друиду нужна твоя жизнь, а я смогу убить тебя позже.

— Ты все поняла? — опять спросил я. — Не заставляй меня опять тебя бить. Я это умею хорошо. Если будешь запираться, то я вновь сделаю с тобой то же, что сделал днем. Тебе нравится, когда тебя бьют ногами?

— Не нравится, — тихо сказала эльфа. — Я все поняла. Меня зовут Кенара.

Вот, первая точка соприкосновения найдена. Я хмыкнул. М-да, а если бы она знала, что в смерче жизни я бил мужчину? Если бы я знал, что там находится повелительница, а не повелитель, то я бы тебя просто убил, несмотря на смерть Гила. Кстати, временную смерть. А то, что тебя зовут Кенара, вообще хорошо. Ты из другого клана длинноухих, чем те, кого я рубил в Диоре и на поле Мести.

— Я рад, что ты умная девочка, — улыбнулся я. — Мы будем с тобой общаться на отвлеченные темы. Допрашивать тебя я не буду. А теперь раздевайся.

Ненависть на секунду мелькнула в ее глазах. Мелькнула и пропала. Нет, она затаилась в глубине зеленых омутов. Опасная девочка.

— Охотник, — равнодушно начала эльфа, — я не буду ушами ласкать твой член. Я не умею этого делать. Тебе нужно, ты меня и раздевай.

Узнала меня — хорошо, не зря я снял салад. Еще одна точка соприкосновения найдена. Еще легче нам будет понимать друг друга. И позиция у тебя хорошая. Скрытое сопротивление. Делайте со мной, что хотите, я вам помогать не буду. Для гордости хорошая позиция и для здоровья правильная. Сейчас я тебя с нее сшибу и заодно успокою свою паранойю, да и не люблю я спать с грязнулей

— Ну, если ты настаиваешь... — усмехнулся я. — Придется мне заняться твоим гардеробом. Встань.

Хорошие палатки подогнал друид. В сложенном состоянии они занимают очень мало места. Вернее, это полупалатки-полушатры. В центре можно стоять не сгибаясь

Так, ее куртку к черту. Грязную и не совсем хорошо пахнущую рубашку к черту. Расстегнуть и спустить штаны, контролируя ее ноги на всякий случай. Вдруг решит коленом обидеть мою челюсть? Конечно, это дурость, но кто его знает! А теперь сорвать нижнее белье, кстати, тоже не очень чистое. Я встал, одновременно проведя ладонями по телу эльфы. М-да. Эта паранойя меня когда-нибудь доконает. Ведь леди Ловия мне сказала, что эльфы прибыли на следующий день! Тело похоже на тело моей жены. Похоже, но не оно. Ладони указывают на это четко. Я на мгновение отвернулся и протянул эльфе полотенце.

— Сама приведешь себя в порядок, или мне тоже это сделать самому? — осведомился я. — Я с плохо пахнущими грязнулями не сплю. Еще подцеплю что-то. Кстати, ты точно ничем не больна?

Эльфа с тщательно скрытым бешенством взяла у меня полотенце и начала протирать свое тело. А фигурка у нее отличная. Да и личико великолепное. Усталое, но великолепное.

— Ты так долго провела в обществе четырех мужчин, — я провел ладонью по ее лицу. — Ты развратница. Ничего, общество десяти мужчин тебе понравится еще больше. Ты ведь с вампирами наверняка еще не пробовала?

Эльфа откинула полотенце, и ее глазищи уставились на меня.

— Скажи, сегодня ты один меня будешь насиловать, или твои друзья тоже будут делать это после тебя? — родила Кенара перл.

— Отлично, — улыбнулся я, — люблю чистеньких девочек. А насчет моих друзей — мысль верная. Только почему после? Ровер! — крикнул я. — Заходи.

Полог палатки откинулся, и внутрь зашел клыкастик.

— Нравится? — я кивнул на обнаженную эльфу.

— Очень, — сглотнул слюну вампир.

— Так займись ею первым, — пожал я плечами.

— Спасибо, командир, — расплылся в улыбке Ровер и, шагнув к эльфе, протянул ей сверток, который прятал за спиной.

Девушка недоуменно посмотрела на не собирающегося валить ее на пол клыкастика и взяла сверток. Ровер развернулся и, давясь смехом, вышел из палатки.

— Что это? — спросила эльфа.

— Новая и, самое главное, чистая одежда, — удивился я. — А зачем ты еще приводила в порядок свое тело?

За стенками палатки грохнуло. Вот черти! Я слышал, как кто-то подбирается, но насчитал двоих. А тут все собрались на это шоу. М-да. Или я теряю квалификацию, или ребята очень опытные. Хотя какое «или»? Ребята великолепные воины. А эльфа, одеваясь в невероятно быстром темпе, как на меня смотрит! Ну выставил я тебя полнейшей дурой, и что из того? Зачем так наливаться бешенством? Я ведь мысленно тебя предупреждал, что я решаю, какая у тебя будет жизнь в ближайший месяц. Не смогла прочитать мои мысли — чьи это проблемы?

— А теперь ложись, сладкая моя, — улыбнулся я. — Сегодня ты будешь без ужина. Наказана за строптивость, да и нельзя тебе еще есть и пить. Я плохой мальчик и люблю сильно бить ногами хороших девочек. Вот завтра, когда ты немного оклемаешься от полного магического истощения, ты сама себя подлечишь. Конечно, под моим чутким контролем. Заклинания лечения я смогу отличить от боевых, и мы опять вернемся к сломанной челюсти и сломанным рукам. Кстати, до кустиков не хочешь пробежаться?

— Нет, — ожгла меня взглядом эльфа, занимая место на полу палатки.

— Понимаю, — кивнул я, — когда я тебя немножко побил, по-маленькому ты сразу сходила. А по-большому потерпишь. Открой ротик.

— Ручки давай, пожалуйста.

— А теперь давай я свяжу твои прелестные ножки. Зачем тебе по лесам ночью бегать? Опасно это. Да ты ведь и так набегалась. Ты не против? Молчишь, значит, согласная.

— Шутник, ну ты и выдал, — опять прыснул Малый.

— Не выдал, а дал одежду, — поправил его я.

— Дал Ровер, — вмешался Райт.

— Наливай, — протянул кружку Средний.

Вот это по-нашему. Березовый сок — отличная штука. Пузырится как шампанское, кисло-сладкий вкус. А как становится легко на душе! Ноги, правда, немного заплетаются. Реталу и Ругино не повезло — они сегодня в дозоре. Ничего, мы им оставим. Да, эльфа, конечно, выдала хохму. Это ж надо было такое подумать, что ее будут насиловать! Дура! Хотя об охотниках и рейнджерах мало что известно. Их правила, обычаи и так далее не являются тайной о семи замках, но с посторонними об этом не сильно разговаривают. Свои знают, а другим незачем. Гниль проникает постепенно, начинается с малого, а заканчивается большим. О вампирах и говорить нечего. Слишком гордые существа. Мне кажется, что все остальные их достоинства происходят от этого смертного греха. Наверняка они считают себя высшей расой. Лгать низшему, унижаться до обмана — им оно надо? Тем более лечь с самкой другой расы. Я зоофил? Века геноцида слегка изменили их позицию. Но стержень характера остался неизменным.