Королевства Эльфов - Лиза Смедман

Наемник ударил первым. Прорычав слова зловещего заклинания, он вскинул руку и запустил в певчего клинков черный болт с трещащей силой. Но Дэрид все еще был защищен заклинанием парирования, которое он использовал, чтобы отклонить огненный шар, брошенный в него первым колючим дьяволом. Он успел выставить свой тонкий клинок и отбить угольный луч обратно в Сартоса. Луч зацепил наемного мага сбоку и закрутил его пополам, его ледяная тьма высасывала силы и жизненную энергию.

Сартос с трудом отбивался от воздействия собственного заклинания, и Дэрид увидел свой шанс. Он подбежал к чондатцу вплотную и успел сильно порезать его руку и лицо, прежде чем Сартос отшатнулся, и кровь хлынула из его ран. Певчий клинков продолжал атаковать, напрягая последние силы, а его клинок сверкал и летал, сплетаясь в сложные и совершенные узоры, которым учили мастера меча Эвермита.

Но Сартос был почти так же искусен в работе с клинком, как и Дэрид. В течение пяти ударов сердца он отражал атаки Дэрида, сталь прыгала навстречу стали, и Дэриду удался быстрый спиральный рипост, который поймал лунный клинок в руках человека и отправил его вращаться в воздухе. Он приземлился острием вниз в лесной суглинок и застыл там, дрожа.

Повелитель чондатцев упал назад от удара Дэрида и закричал на резком, шипящем языке, от которого у эльфа заложило уши. - Невархем! Шеор! Помогите мне! - прокричал он.

В мгновение ока еще два колючих дьявола появились в облаках серного дыма, рассекая воздух сдвоенными раскатами грома, когда телепортировались на помощь своему хозяину.

Певчий клинков смотрел на своих новых противников без страха. У него не было сил, чтобы встретиться с ними, но он все равно попытался бы, а смерть приходит ко всем в свое время, не так ли? Он мог лишь встретить ее как можно лучше. Он обернулся к Сартосу и холодно улыбнулся сквозь боль и усталость.

- Похоже, мы определили, кто из нас лучший фехтовальщик, - заметил он.

- Тебя это мало утешит, когда ты будешь мертв! - прорычал чондатец. Он махнул рукой дьяволам, и те двинулись на Дэрида, протягивая к нему когти и шипы.

- Ты будешь предшествовать ему, убийца! - воскликнула Нильса.

Она встала рядом с лунным клинком Морваерила, поднесла тетиву к уху и прицелилась в военачальника. Но колючие дьяволы, преследовавшие Дэрида, прыгнули на нее так стремительно, что она не успела выстрелить. Она крутанулась и вонзила свою белую стрелу в грудь первого чудовища, сбив его с ног. Потом, когда стрелы кончились, она бросила лук и схватилась за рукоять меча, лежавшего перед ней на земле.

Как только ее рука коснулась рукояти, лунный клинок Морваерила ожил. Из древней эльфийской стали хлынул яркий белый свет, а ряд раскаленных рун, начертанных на клинке, вспыхнул так ярко, что Дэрид был вынужден отвести взгляд.

- Невозможно, - вздохнул он. - Этот лунный клинок был мертв. Мертв!

Сартос и остальные дьяволы колебались, ослепленные и пораженные не меньше, чем сам Дэрид. Нильса и сама стояла, тупо уставившись на меч в своей руке, пораженная изумлением. Но тут последний из дьяволов оправился от удивления. С пронзительным визгом он бросился на Нильсу, когти и шипы потянулись к ее сердцу.

- Нильса, дьявол! - закричал певчий клинков.

Девушка подняла голову как раз вовремя, чтобы поднять острие меча. Хаматула прекратил свой безумный бросок и попытался оббежать клинок, но Нильса одним ловким движением снесла его голову с плеч. Белый огонь лунного клинка пронзил его адскую плоть, словно солнечный свет, пробивающийся сквозь туман. Первый хаматул, тот, которого она подстрелила, вскочил на ноги и бросился на нее, но Нильса быстро отступила на два шага и отсекла его когтистую руку, когда он потянулся к ней. Чудовище закричало и споткнулось. Она вонзила лунный клинок в сердце дьявола и отправила его обратно в ад, из которого он был призван.

Сартос побледнел, а затем начал произносить слова смертельного заклинания против нее. Но Дэрид нашел в себе силы для последнего рывка. Крутанувшись в низком приседании, он подсек ноги Сартоса и повалил чондатского военачальника на землю. Волшебник смотрел на него в шоке и изумлении, а тонкий клинок Дэрида пригвоздил его к земле.

- Это за отца Нильсы, - сказал певчий клинков.

Сартос вытаращился на него, изо рта у него потекла кровь. Затем, к удивлению Дэрида, черты его лица словно расплавились и изменились, став более худыми и угловатыми. Из плеч умирающего мага выросли крылья с черными ребрами, а его покрытое пятнами человеческое лицо стало алым и покрылось мелкой чешуей. Его уши из округлых превратились в заостренные, а глаза приобрели эльфийский разрез.

- Будь я проклят, - пробормотал Дэрид. - Ты - фей'ри.

Неудивительно, что Сартос показал такое мастерство владения клинком и заклинаниями. Скорее всего, он был таким же мастером певчих клинков, как и сам Дэрид, ведь фей'ри были древними солнечными эльфами, в крови которых текла демоническая кровь. Они владели магией и клинками с тем же мастерством и традициями, что и Дэрид или любой другой сын Эвермита.

- Дэрид! - Нильса поспешила к нему. - Ты ранен.

- Ничего страшного, - сказал певчий клинков. - Иди, помоги своему народу, если можешь.

Он стоял над своим врагом и смотрел, как умирает повелитель фей'ри. Затем его собственные силы тоже иссякли, и он рухнул на землю на расстоянии вытянутой руки от своего противника.

Последнее, что видел Дэрид в этой битве, - как Нильса подняла лунный клинок Морваерила навстречу заходящему солнцу, а чондатцы, пошатываясь, отступали из смертоносного леса.

На рассвете второго дня после Битвы при Глене, Дэрид и его оставшиеся в живых воины медленно выехали из города. Из его небольшой компании их осталось только одиннадцать. Хиселин выжила, но друг Дэрида Тириандилн пал в бою на хребте, убитый дьяволами фей'ри, когда он из последних сил бросал заклинание за заклинанием.

Эльфы нашли Нильсу и Эрека, которые ждали их у Белой Лошади, стоя вдоль дороги, чтобы проводить их. Нильса была одета в простое синее платье и выглядела как простая деревенская девушка, а не опытная воительница и героиня своего народа. Она стояла неловко, с прямой, как железо, спиной - под блузкой у нее была тугая повязка на ребрах, где она получила сильный удар мечом во время боя в лесу. Но кроме слабого вздрагивания от дискомфорта, она не показала своей