Кристофер Раули - Меч для дракона

Кесептон присвистнул:

– Эти императрицы, похоже, и впрямь любили поразвлечься.

– А еще рассказывают, будто построившая этот туннель Императрица повелела убить всех рабов, которые его рыли. Для того чтобы никто не узнал о ее тайне.

– Но тайну, похоже, все-таки не удалось сохранить.

– Этот туннель обнаружил первый Император династии Шогимиссаров. Евнухи просто забыли предупредить нас о существовании этого потайного хода.

– Зато враг нашел его без труда, – с горечью сказал Кесептон.

Ох уж этот невыносимый, упрямый, самолюбивый, реакционный, чванливый, не терпящий чужеземцев императорский двор. У Кесептона, надо сказать, сложилось самое неприглядное впечатление о древней цивилизации Урдха.

– Я хотел перебить этих проклятых евнухов, но меня остановил драконир Хэтлин.

– Он правильно поступил. Мы не должны убивать наших союзников без веской на то причины.

– Капитан, да мы просто ненавидим этих паразитов. Да и остальных жителей этой страны, что греха таить, не больно-то жалуем.

– Я понимаю, – кивнул Кесептон. – Но это ничего не меняет. Мы убиваем только тех, кто активно сотрудничает с врагом.

– Да, капитан, – кивнул Свейн.

– Пошли, – сказал Кесептон, устремляясь в глубь туннеля. – Если мы хотим кого-то найти, не стоит терять времени.

Они двинулись за ним. Трое юношей, три боевых дракона и громадный крылатый дикий дракон.

– Наверно, это была очень маленькая карета.

– И везла ее маленькая лошадь, – проворчал Базил.

– Лошадь я съем потом, – фыркнул Пурпурно-Зеленый. – Клянусь ревом предков, ну и тесно же здесь, в этой человеческой норе.

       Глава 54      

уннель протянулся на много миль под речным руслом. Сперва это вызывало смех. Легионеры шутили о том, на какие жертвы шли древние императрицы Урдха, чтобы в тишине и покое встретиться со своими любовниками. Но подобный юмор быстро приелся. Было сыро и холодно. Бесконечная мостовая уходила во тьму. Сотни, тысячи людей рыли этот туннель. Неимоверный труд, который сложно даже и оценить.

Но вот проход закончился. Каменные ступени круто поднимались к массивной высокой двери. Северяне прислушались. С той стороны было тихо.

Кесептон отдал приказ, и Чектор несколькими ударами своего топора развалил дверь на части. Прочная и тяжелая, она все же не могла противостоять дракону. Наконец легионеры вышли наружу. Они очутились посреди развалин какого-то большого дома. Крыша и верхние этажи успели куда-то исчезнуть.

А за руинами начинался густой лес из сосен и пальм. Уже светало, и по едва заметной тропинке северяне двинулись через чащу. По веткам над их головами с тревожными воплями скакали разбуженные шумом обезьяны. Вскоре путники очутились на берегу реки. Темные пенистые воды тянулись до самого горизонта, над которым уже розовел восход.

– Это восточный берег, – сказал Кесептон. – Давайте поглядим, что у нас с другой стороны.

Остров оказался длиной всего около мили и шириной в треть мили. Это в самой широкой точке. Крохотный пятачок земли, притулившийся на песчаных мелях.

Добравшись до южной оконечности островка, северяне сразу увидели на воде свет. Потом он исчез, но тут же появился снова.

– Это корабль, – сказал Кесептон, доставая подзорную трубу.

Это и впрямь был корабль, застывший примерно в миле от острова. Он не нес никаких парусов. Казалось бы, его должно сносить течением, но он не двигался с места.

– Птичка села на мель, – с удовлетворением объявил Кесептон. – Сейчас отлив, а они слишком близко подошли к острову.

Он продолжал изучать корабль в трубу. Потом тихонько присвистнул.

– Как я и думал, – ухмыльнулся он. – Это «Орех».

– Интересно, здесь глубоко? – с сомнением спросил Моно.

– С этой стороны острова, скорее всего, довольно мелко. Тут все-таки мели.

– Трудно плавать в доспехах и со щитом, – заметил Базил.

– И то и другое оставим на берегу, – решил Кесептон. – Если все будет хорошо, потом мы их заберем.

– Скоро станет совсем светло, – сказал Релкин, указывая на стремительно светлеющее небо на востоке.

– Значит, надо поторопиться. Еще час, и нас не смогут не заметить.

Без лишних слов они полезли в реку.

Через полмили вода уже была драконирам по пояс. Отсюда они слышали гремевшую на корабле ругань. Потом до них донеслись топот ног, вопли и чей-то отчаянный, предсмертный крик.

– Похоже, они там перессорились, – с откровенным злорадством заметил Свейн.

– Если мы поторопимся, то сможем забраться на борт незамеченными.

Чтобы добраться до корабля, им все же пришлось проплыть последнюю пару сотен ярдов. Люди держались за спины драконов – драконы, как известно, плавают куда быстрее людей.

И вот они добрались до зарывшегося носом в песчаную мель корабля. На палубе все еще ругались. Похоже, там, осыпая друг друга оскорблениями и обвинениями, выясняли отношения две группы. В промежутках между криками звенела сталь, и время от времени что-то тяжелое с плеском падало в реку.

Затем с корабля спустили на воду лодку, к счастью, с дальнего от берега борта. За ней в воду градом посыпались люди. Пару минут спустя они уже уплывали, продолжая посылать проклятия оставшимся на «Орехе».

К этому времени дракониры успели подняться на палубу. Быстро высвободив штормовую спасательную сеть, они скинули ее за борт. Теперь их подопечные тоже смогут поучаствовать в общем веселье. Сеть с плеском рухнула в воду, и это не могло не привлечь внимания. Кто-то крикнул:

– Пираты!

С мечами в руках дезертиры бросились к мальчишкам.

– Это не пираты! Это драконопасы!

– Какого дьявола?!

Появился капитан Кесептон, и нападавшие замерли.

– Это же вонючий штабной капитан, – раздался чей-то голос из заднего ряда.

– Вы дезертиры, – спокойно сказал Кесептон, и видно было, что он ничего не боится. – По вам плачет виселица. Но если вы сейчас же сложите оружие и поможете мне выполнить мою миссию, я обещаю замолвить за вас словечко.

– Этот щенок – сын старого Кесептона.

– Любимчик Пэксона. У него большие связи.

– А что если нам взять его в заложники? – предложил дезертир в офицерской форме.

– Капитан Рокинсек, если не ошибаюсь? – прищурился Кесептон. – Почему вы не на своем посту, со своими людьми?

– Потому, глупый марнерийский евнух, что я здесь, – оскалился Рокинсек. – Потому что я не хочу подохнуть в этой дыре. А ты, почему ты здесь?