Анатолий Нейтак - Камень и ветра 4. Поход за радугой

– Хорошо. Продолжай.

– Третий – также по весу. Экари в засаде нельзя обнаружить напрямую, но воздух, вытесненный плотным телом, тоже имеет вес.

– А это не слишком сложно? Стволы, ветви, листва – всё это тоже вытесняет воздух.

– Сложно и невозможно – не синонимы. Сложность можно обойти…

– Как?

– Делением на слои и сложением результатов. Там, где затаились экари, у древесных стволов обнаружатся неестественные вздутия строго определённых размеров. Четвёртый способ – аналог второго, только надо замерять общую энергию огненной стихии в определённых объёмах воздуха. Экари укрывают себя от прямого обнаружения, но при этом в однородной картине остаются "дыры". Да ещё с пиками по краям. Температура тела у экари ниже человеческой, но всё же она выше, чем у воздуха в северном лесу в преддверии осени…

– Хорошо. Ты вспомнил все четыре стихии. Теперь предположим, что среди сидящих в засаде нашёлся искусник, который сгладил стихийные возмущения. Земля "не чувствует" их веса: засада расположилась на деревьях. Помянутые "дыры" в ровной глади воздушной и огненной стихий сглажены, замаскированы. Экари пользовались амулетами, далёкими от совершенства, а вот если бы в засаде сидели люди, обнаружение по возмущениям стихий стало бы куда сложнее. Ментальные и витальные следы присутствия засады также скрыты качественной "маской". Но ты знаешь или предполагаешь, что в этой части леса прячутся разумные живые существа. Более того: маги. Как ты станешь их искать?

– По эху магии.

– Сам придумал или подсказали?

– Подсказал, – не стал таиться Клин. – Стилет. Любое заклятье оставляет на сотворившем след. Можно спрятать ауру магической силы, но спрятать ауру завершённых действий куда сложнее. Правда, её и обнаружить сложнее. Но любые сложности…

– …можно обойти. Очень хорошо. А что, если… так. Перерыв. Рессар, открой!

Рессар повиновался, и в гостиную (одну из немногочисленных гостиных цитадели Шинтордана) заглянул командор.

– Игла, откуда ты взяла посмертного слугу?

– Перетащила из Тральгима. Контрабандой. Доброго дня, Сухтал. Что случилось?

Не отходя от двери, командор протянул к ней руку и постучал. В знакомом ритме.

Сигнал о помощи.

– Клин, Лурраст, Рессар. За мной.

– Ты хотела сказать – за командорром?

– Я привыкла говорить только то, что хотела сказать. Идём.

По дороге я попыталась добиться ответа на вопрос "что случилось?", но Сухтал отказался отвечать. Сказал, что мне лучше взглянуть "на это" самой. И уж тогда сказать ему, командору, что я увидела. А ещё – что "с этим" делать.

Если учесть, что Сухтал имел вид весьма мрачный и одновременно испуганный…

Веселье продолжается, ага. Я охотно обошлась бы без него, да только никто меня не спросил, хочу ли я повеселиться.

…то самое эхо магии, о котором начали говорить мы с Клином, я почувствовала за десятки шагов. Без каких-то специальных усилий, непроизвольно. Где-то впереди было грязно. Очень грязно. Такое может оставить только что-то очень мощное, которое к тому же плохо контролируется. Заклятья, творимые живыми магами на конкретный объект, как правило, не оставляют настолько ярких следов.

Воздействие артефакта? Возможно. Надо посмотреть.

…посмотрела. Чуть не вывернуло. Пришлось поспешно и наглухо экранироваться, а потом изучать обстановку послойно, медленно смещая область фокусировки и воссоздавая происшедшее исключительно мысленно. Если бы я попыталась воспринять это всё напрямую, точно опозорилась бы. Как Лурраст и Клин. Одной только вони было достаточно, чтобы… ладно.

Сухтал остался за дверью. Сберёг свой желудок, молодец.

…комната и комната. Допросная. Каменные стены, каменный пол, каменный потолок. Стены и пол полированные, чтобы легче было смывать кровь. Шутка. Здесь не мелких воришек допрашивали, лупцуя по морде и выдирая ногти. Здесь допрос вели менталисты. Им кровь пускать не обязательно. Хотя допрос менталистом вовсе не гарантирует, что объект допроса не обмочится. Или не провоняет всё и вся собственным подавленным страхом. Вот только на этот раз вышла промашка: менталист, который вёл допрос, сам позабыл про свои сфинктеры. Все выделения человеческого тела, какие только бывают, он выделил. Причём эти выделения оказались смешаны с кровью. Пот с кровью, слёзы с кровью, слюна, моча… в общем, всё. Особенно наглядно это смотрелось на старшем мастере Школы Нарш Риконе, потому что он, особо опасный допрашиваемый, был полностью раздет и прикован к специальному гибриду стола и стула.

– Клин. Лурраст. Что скажете?

– Лучше прромолчу!

– Мерзость! – выдавил ученик. С трудом разогнулся, повёл головой с плотно зажмуренными глазами. Нос, однако, не зажимал, терпел. – Не знаю, что могло оставить такую грязь, но это очень похоже на противоестественный сплав магии духа и магии воды. У последней заимствуется энергия, преображается в сверхмощную ментальную волну, и…

– И?

– И у всего живого, в чём было хотя бы несколько капель влаги, буквально выгорают нервы. Побочный эффект – "плач" выжатой заклятьем влагой.

– Магистр, вы подтверждаете мнение ученика? – спросил Сухтал из-за приоткрытой двери.

– Да. Могу добавить, что удар по находившимся в допросной был нанесён издалека, посредством какого-то мощного артефакта.

– Насколько велико было расстояние?

– А это вещи взаимосвязанные: чем мощнее артефакт, тем больше и возможная дистанция. Если били из-за пределов Шинтордана, нам всем пора трястись от страха.

– Да мне уже не по себе! Здесь ведь была стационарная крепостная защита.

– Какого уровня? – спросила я, выходя из допросной.

– Нулевого[21]!

– Значит, минимальный уровень артефакта – первый…

– Артефакт первого уровня не пробил бы защиту!

– Командор, нулевой щит неуязвим только для того, кто не знает структуры щита. Кто бы ни выжег мозги вашему менталисту и Рикону, он эту структуру знал отлично.

Сухтал открыл рот… и медленно его закрыл. Задумался.

– Я полагаю, – продолжала я, – что Рикон был марионеткой. Но не под банальным "тёмным ошейником": его слишком легко обнаружить. Думаю, Рикона подчинили кое-чем поинтереснее. И если это "поинтереснее" – именно то, о чём я думаю…

Вот тут командор не просто задумался, а прямо-таки побелел.

– Лёд Предателей?

– Очень на то похоже. Очень.

– И что это за штука? – спросил Лурраст разом за себя и за Клина.

– Легендарный предмет, – ответил Сухтал. – Которому лучше было бы оставаться мрачной легендой. Изготовлен он был личем Киронной, перебежчиком, примерно пятьсот или шестьсот лет назад. При жизни, до трансформы, Киронна не являлся некромантом, а был магом водной стихии и выдающимся мастером магии духа. Стал личем, дабы умножить своё могущество. Существует мнение, что вовсе не Орфус, а именно он разработал ритуал создания призрачных драконов. А вот о том, что представляет собой Лёд Предателей, хроники молчат, так как после поражения Империи этот артефакт – один из немногих, если не единственный, созданный магами проигравших – так и не был обнаружен. Но именно действием Льда объясняют череду беспричинных предательств южных военачальников, а также ряд загадочных убийств. Признаться, только теперь, после подсказки Иглы, я вспомнил: описания этих убийств очень похожи на то, что произошло… здесь.