Гленда Ларк - Та, которая видит

— Это было всего лишь прикрытием. Я заплатила им за то, что они меня увезут. Все устроила дворцовая служанка, моя старая няня, которая мне сочувствовала. Она отнесла к ростовщикам кое-что из моих драгоценностей, чтобы добыть денег. Работорговцы, правда, вознамерились меня обмануть и заработать еще раз, продав меня отцу, но Руарт услышал, как они сговаривались, и я отвела им глаза своей магией. В конце концов, они все-таки доставили меня на косу Гортан.

Я усмехнулась. Знали бы работорговцы, в какую передрягу попадут, связавшись с Флейм и Руартом!

— Но один из них проговорился Янко — Мортреду? — спросила я.

— Да, наше везение кончилось. Кто-то, должно быть, сказал ему, кто я такая и что я — силв.

— И тогда Янко наложил на всех, кто тебя видел, заклятие, чтобы они молчали. Он собирался превратить тебя в злую колдунью, а после этого вернуть на Цирказе.

Флейм поежилась:

— Да. Я стала бы пешкой в его руках. Через меня он в один прекрасный день получил бы власть над Цирказе и Бретом. Блейз, ты говорила, что Мортред лишился своей силы. Сколько времени пройдет до тех пор, когда он снова сможет превращать силвов в дун-магов?

— Как я могу судить? Тут даже и догадаться невозможно. В первый раз ему на это потребовалось около сотни лет. Теперь же… Недели, месяцы, годы? Могу сказать одно: я чувствую, что когда-нибудь это случится. Мортред слишком могуществен, чтобы остаться калекой навсегда. И мне кажется, что на этот раз ему столетие не потребуется.

— Значит, он слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Я никогда не буду чувствовать себя в безопасности. А, кроме того, раз он способен подчинять себе силвов, он рано или поздно захватит власть над хранителями и их островами.

Я сразу поняла, к чему она клонит.

— Ты собираешься отправиться в погоню за ним, — уверенно сказала я. — Вместе с Руартом. Ах ты, глупая, самонадеянная креветка…

Флейм кивнула:

— Ага. Все это я знаю. Но у меня нет выхода, потому что Мортреда нужно остановить. И еще потому, что, пока он жив, Руарт останется пленником своих милых перышек. — На лице Флейм отразилась ярость. — Он мне нужен, Блейз, — Руарт, я имею в виду. Он нужен мне как мужчина. Мне безразлично, если он окажется горбуном или с лицом как у медузы. Я хочу, чтобы он стал человеком. Я хочу держать его в объятиях, делить с ним ложе, родить от него детей. Ты любишь Тора, ты должна понимать, что я чувствую. — В голосе Флейм звучала храбрость отчаяния, рожденная несбыточным желанием и теми страданиями, что выпали ей на долю на косе Гортан.

Сказать на это было нечего, поэтому я просто кивнула. В душе, правда, я задавалась вопросом: так ли безоглядно я люблю Тора, как Флейм — своего Руарта?

— Что заставляет тебя думать, что Мортред отправился на Мекате?

— То, что он однажды сказал мне, — еще когда считал меня полностью покорной своей воле. У него там имеются приспешники — еще одно селение дун-магов.

— И ты думаешь, что своими силами разделаешься с чем-то вроде Крида?

— Конечно, нет. Если я их найду, я просто сообщу хранителям. Самой мне нужен только Мортред. Он мой, Блейз.

Ее свирепость была устрашающей. Потом, немного успокоившись, Флейм улыбнулась:

— Да, кстати, Руарт говорит, что если когда-нибудь дастелцы получат обратно свои острова, он позаботится о том, чтобы ты стала самой первой их почетной гражданкой.

Я была тронута.

— Передай ему, что я очень высоко ценю его предложение. Нет другого государства, гражданство которого я предпочла бы гражданству Дастел. — Я коснулась левой мочки. — Будем надеяться…

Мы обе умолкли, думая о том, как много всего должно случиться, прежде чем я получу заветную татуировку.

Вдруг Флейм нахмурилась, словно неожиданно подумав о чем-то еще.

— Ты знала, что я — Дева Замка, еще до того как мы отправились на «Гордость хранителей» просить Датрика о помощи. Ты могла выдать меня. Ты могла заработать свои две тысячи сету и спасти мне жизнь — и руку, — рассказав ему все.

Я снова кивнула.

Флейм склонила голову набок:

— Ты — настоящая леди, Блейз Полукровка. Такое решение, должно быть, нелегко было принять.

Я отвела глаза:

— Да, нелегко. И каждый раз, как я вижу твою культю, я об этом вспоминаю. Только когда дошло до дела, я не смогла продать тебя даже ради спасения твоей жизни, когда ты предпочла смерть отказу от свободы. Это было бы с моей стороны предательством. — Я посмотрела Флейм в глаза; говорить мне стало трудно. — Я отказалась от возможности заработать кучу денег — ну и что? Ты предложила Датрику Деву Замка в обмен на немедленное нападение на Крид. Ты была готова пожертвовать всем своим будущим, чтобы спасти Тора и меня, хотя отказалась сделать это ради собственной жизни. Этого я никогда не забуду. Никогда в жизни.

Флейм ничего не сказала, только подошла и обняла меня — насколько ей удалось сделать это одной рукой. Мы постояли, прижавшись друг к другу, и ни у одной из нас, по-моему, глаза не остались сухими.

Потом Флейм ушла, закинув на плечо свою сумку. Это была Лиссал, наследница престола Цирказе, но я знала, что для меня она навсегда останется Флейм Виндрайдер.

Глава 26

Я отправилась на поиски Тора. Он был в своей комнате и тоже укладывал вещи.

Тор поднял голову, когда я вошла, и в уголках его глаз возникли морщинки, как бывало всегда, когда он улыбался. Бороду он сбрил и теперь ничем не отличался от того островитянина, которого я увидела в зале «Приюта пьянчуги» в день моего прибытия на косу Гортан.

— Я договорился с капитаном торгового судна, отправляющегося на Спатты, что он захватит меня с собой. У меня там дела, — сказал Тор.

— А я думала, что ты, возможно, будешь сопровождать Рэнсома. — Несмотря на то что я сказала Флейм, я вовсе не была уверена, что Тор захочет взять меня с собой. Я старалась говорить равнодушно и в результате проявила несвойственную мне нерешительность.

— Хранители позаботятся о том, чтобы он вернулся к отцу, — Тор нервным жестом, которого раньше я за ним не замечала, провел рукой по волосам. — Знаешь, я хотел бы чтобы ты поехала вместе со мной.

— Я знаю.

Тор взглянул на меня со странной робостью:

— Я… э-э… заплатил капитану за двоих. Я улыбнулась.

Его лицо просветлело, и он озорно ухмыльнулся:

— Ты уверена, что не пожалеешь? Мне так много нужно тебе рассказать. Есть вещи, которые тебе следует знать…

Похоже, будущее рисовалось ему в радужных красках. Я поспешила вернуть его на землю:

— Никаких больше разговоров о супружестве, Тор. Это невозможно.

— Ну, поговорить о будущем все-таки нужно. А сейчас я просто радуюсь, что ты пришла ко мне. Я так боялся, что ты решишь вернуться на острова Хранителей на их корабле… что захочешь по-прежнему им служить.