Кэтрин Куртц - Властитель Дерини

Келсон хмурился, надевая поверх туники золотую цепь.

— Это смешно, Аларик. Вы говорите, что мы не должны брать никакого оружия; Но ведь когда я боролся с Кариссой, такого условия не было.

Арилан покачал головой и слегка улыбнулся, глядя на Моргана и Дункана. Они были сейчас одни в палатке, чтобы без посторонних подготовиться к предстоящему поединку. Кардиель уже отслужил для них мессу в присутствии Нигеля, Варина и нескольких особо приближенных советников короля.

Но сейчас они остались одни, это было им необходимо, и каждый понимал, что другого случая не представится. Вздохнув, Арилан поправил завязки на епископском плаще и, подойдя к Келсону, положил ему руку на плечо.

— Я понимаю, для вас все это странно, Келсон. Но вспомните — вы тогда не находились под покровительством и наблюдением Совета. Кроме того, для групповых поединков правила строже — здесь больше возможностей для какого-нибудь вероломства.

— Да уж без вероломства не обойдется, — вздохнул Морган, накидывая на плечи черный плащ. — После того, что Венцит сделал с Дерри, я не удивлюсь ничему.

— Зло будет наказано, — твердо сказал Арилан. — Пойдемте, эскорт ждет нас.

Нигель и генералы ждали всех четверых возле королевского шатра. Келсон вышел из палатки последним, и при его появлении все опустились на колени и склонили в поклоне головы. Келсон был тронут. Сняв красную кожаную перчатку, он поприветствовал приближенных взмахом руки и, кратко кивнув, дал им знак встать.

— Благодарю вас, милорды, — учтиво сказал он. — Я не знаю, увижу ли я вас вновь. Если мы победим, угрозы с востока больше не будет. Могущество Венцита будет сокрушено навеки. Если мы потерпим поражение… — Он сурово сжал губы. — Если мы проиграем, вас поведут за собой другие, и им придется нелегко. Мы согласились на этот поединок потому, что настоящая битва обескровит обе армии; ни Венцит, ни я не хотим править мертвым королевством, потерявшим лучших своих сынов — цвет рыцарства. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы победить, а больше не могу обещать вам ничего. Молитесь за нас!

Закончив говорить, он опустил глаза, но Морган наклонился и прошептал ему что-то на ухо. Келсон, выслушав, кивнул.

— Я забыл о последнем своем долге, милорды. Прежде чем уйти, я должен назвать своего преемника. Знайте, что мой дядя, принц Нигель, наследует трон Гвиннеда, если мы не вернемся. Затем трон перейдет к его сыновьям и далее к их детям. Если мы… — Он помолчал и продолжил: — Если я не вернусь, служите ему так же верно и чтите так же, как меня и моего отца. Он будет славным королем.

Наступила тишина. Нигель подошел к Келсону и упал перед ним на колени.

— Ты наш король, Келсон. Так было, так будет. Храни Господь короля Келсона!

— Храни Господь короля Келсона! — отозвались воины.

Келсон посмотрел на своего дядю, на преданные лица собравшихся и, кивнув, вскочил в седло. Черный конь зафыркал, заиграл, нетерпеливо перебирая ногами, когда Келсон тронул красные кожаные поводья.

Нигель медленно повел их через лагерь, к границе боевого расположения армии, где ждала наготове группа всадников. Здесь был молодой принц Конал с королевским гвиннедским штандартом, Гамильтон из Корвина, епископ Вольфрам, генерал Глодрут и еще дюжина человек. Здесь же рядом с Кардиелем стояла со склоненной головой леди Риченда, закутанная в голубой плащ. Она не взглянула ни на Моргана, ни на короля, проехавших мимо, посмотрела только на Дункана. Морган почему-то знал, что она здесь будет. Он заставил себя не думать о ней и полностью предался мыслям о поединке.

Со стороны вражеских позиций в полумиле отсюда тоже выехала группа воинов, освещенных редкими солнечными лучами. Морган посмотрел на Келсона, на Дункана, который, казалось, обрел душевный мир за последний день, на Арилана, спокойного и невозмутимого в своем фиолетовом епископском одеянии. Потом он краем глаза уловил, что Келсон медленно поехал вперед, и тоже двинулся с места. Справа от него был Дункан, слева — Келсон, левее Келсона — Арилан. За ними на почтительном расстоянии ехали Нигель и другие с королевским гвиннедским знаменем. Впереди были враги и их эскорт.

Когда между ними оставалось двести ярдов, они натянули поводья. Келсон секунд десять неподвижно, как статуя, сидел на коне, глядя на четырех враждебных всадников. Потом он и три его спутника спешились, отдав поводья кавалерам, которые отвели коней назад. Теперь четверо стояли в одиночестве, кутаясь от утреннего холода в свои тяжелые плащи. Ветер шевелил иссиня-черные волосы Келсона, прикрытые золотым венцом.

— Где же Совет? — прошептал Морган, на ходу оборачиваясь к Арилану, они уже двинулись навстречу врагам.

Арилан слегка улыбнулся.

— Они в пути. Они нашли тех, кем их собирались подменить. Судьи появятся вот-вот, только не те, которых ждет Венцит.

Келсон нахмурился.

— Надеюсь, это поможет. Возможно, я не должен говорить это вам, всем вам… Но мне немного страшно.

— Всем нам страшно, мой принц, — мягко прошептал Арилан. — И остается только делать то, что в наших силах, и довериться Воле Божьей. Господь не оставит нас, если мы боремся за благое дело и наша вера сильна.

— Ваши слова да Богу в уши, — прошептал Келсон.

Четыре врага стояли уже в пятидесяти ярдах от них, и Келсон видел их лица.

Венцит был суров и выглядел сегодня почти как воин. Он был одет скромнее обычного, в простой лиловой тунике со своим гербом — бегущим оленем — на груди; его корона была немногим богаче простого венца Келсона.

Лионель, стоявший слева от него, был одет, как обычно, в черно-серебряные одежды; сегодня при нем не было его блестящего кинжала. Брэн стоял справа от Венцита, он был бледен, и эту бледность усиливали еще голубые тона одежды. Ридон, стоявший по правую руку от него, был в простой тунике и темно-синем плаще; его темные волосы были перехвачены серебряным обручем. Он и Венцит посматривали на холмы на севере, ожидая чего-то, и Келсон понял, что они ждут появления Совета. Ему подумалось, не заподозрили ли они чего-нибудь?

Долго ждать не пришлось. Прежде чем все восемь оказались в тридцати шагах друг от друга, на севере появилось облако пыли и вскоре показались четыре богато одетых всадника. Их прекрасные белые кони выглядели весьма таинственно, казалось, они летят над землей. Когда всадники приблизились, все восемь бойцов замерли, увидев на них белые с золотом одежды древних лордов Дерини. Келсон заметил, как Венцит что-то шепнул Ридону; лицо Венцита посерело, но Ридон ничем не выказал своих чувств.

Четверо новоприбывших спешились: слепой Баррет, доктор Ларан и молодой Тирцель де Кларон, который помог спуститься на землю леди Вивьен. Белые кони стояли неподвижно, как статуи; их наездники торжественно встали перед ними, оправив одежды. Неподвижные глаза слепого Баррета скользили по восьмерым бойцам, пока они, все четверо, приближались к ним.