Труди Канаван - Ученица Гильдии

— Конечно. С удовольствием приду.

Сонеа медленно шла по коридору. Она старалась ступать как можно тише, но звук ее шагов все равно разносится далеко. Она осторожно заглянула за угол и вздохнула с облегчением, убедившись, что там никого нет.

Было поздно. Гораздо позднее, чем обычно. Две недели ей удавалось избегать встреч с Реджином и компанией. Она либо возвращалась из библиотеки вместе с леди Тией, либо выбирала запутанный маршрут. Каждый вечер на выходе ее поджидал кто-нибудь из учеников. Впрочем, атаковать ее прямо в главном коридоре они не решались — риск быть застигнутыми кем-нибудь из магов был слишком велик. По той же причине они никогда не поджидали ее вблизи библиотеки.

Сонеа надеялась, что сообщникам Реджина в конце концов надоест. На всякий случай она оставляла шкатулку в библиотеке. В тот раз, когда им надоело ее мучить, они переворошили содержимое шкатулки и разорвали все ее записи. Тогда ей пришлось оставить шкатулку в коридоре, так как у нее не было сил ее нести.

Идти тихо означало идти медленно, в то время как ей больше всего хотелось наконец-то выбраться из Университета. В который раз она задалась вопросом, почему маги носят такие тяжелые башмаки. Как бы осторожно она ни ступала, шаги все равно разносились по коридору. Сонеа вздохнула. Совсем недавно она с таким удовольствием исследовала университетские закоулки. Теперь, оказавшись в Резиденции Высокого Лорда, она вздыхала с облегчением.

Она услышала подавленный смешок и резко остановилась, путь в главный коридор был закрыт. Но они не знают, что она их услышала. Она может успеть проскользнуть в «комнату-калитку» и скрыться во внутренних коридорах.

Резко повернувшись, она бросилась бежать.

— Беги, Сонеа, беги, — раздался сзади голос Реджина, и весь коридор наполнился смехом и топотом.

Она свернула — раз, другой — и оказалась перед знакомой дверью. Рванув ее, она влетела внутрь и, не останавливаясь проверить, последовали они за ней или нет, пересекла комнату и открыла противоположную дверь. Оказавшись во внутреннем коридоре, она юркнула в первое же ответвление.

Поворот, еще один поворот, другая дверь, коридор… В конце коридора стоял ухмыляющийся ученик.

Сонеа затормозила и в смятении посмотрела на него. Значит, они теперь тоже знают про внутренние коридоры. Тот ухмыльнулся еще шире. Сонеа прищурилась. Его поставили стеречь ее, но он один и она легко с ним справится.

Ученик, казалось, прочитал ее мысли. Его улыбка сменилась выражением тревоги, и он отступил в сторону. Сонеа вернулась в «комнату-калитку», вышла в обычный коридор и бросилась бежать со всех ног. До главного коридора оставалась совсем немного. Она свернула раз, затем другой и попала под дождь красного огня. Она не подняла магический щит, надеясь сохранить как можно больше сил. Боль пронзила все тело, свет померк перед глазами…

Когда она пришла в себя, она лежала на полу. Еще одна вспышка, и она снова скорчилась от боли, но когда прошел первый шок, ей удалось вскинуть магический щит.

Перекатившись на бок, она с трудом поднялась на ноги. Перед ней стояли Реджин и еще четверо учеников. Еще трое закрывали путь в главный коридор. Из-за угла показались еще двое, затем еще трое… Тринадцать человек. Больше, чем в прошлый раз. Она приготовилась к худшему.

— Ну здравствуй, Сонеа, — улыбнулся Реджин. — Как это так получается, что мы все время натыкаемся друг на друга?

Ученики захихикали. На их лицах не было и тени сомнения. В прошлый раз, когда они устроили Сонеа засаду и измучили ее, им это сошло с рук. Как и говорил Реджин, она не пожаловалась Аккарину.

Реджин положил руку на грудь.

— Странная вещь любовь, — сказал он задумчиво. — Я думал, что ты ненавидишь меня, но теперь я вижу, что ты жаждешь встречи со мной!

Один из новичков передал ему бумажную коробочку. Сонеа нахмурилась. В таких коробочках обычно продавались засахаренные орехи или другие сладости.

— А это небольшой подарок, — сказал Реджин, открывая коробочку. — Знак внимания.

Он достал что-то похожее на конфету в ярком фантике. Вонючий запах ударил Сонеа в нос. «Катышки хэррела, — подумала она, — или риберный навоз. Возможно, и то и другое».

— Молодые влюбленные всегда угощают друг друга сладостями, — сказал Реджин. — Но сначала я хочу согреть тебя. — Он взглянул на спутников.

Шквал ударов обрушился на Сонеа. У нее засосало под ложечкой. Их было слишком много. Она попыталась продвинуться к главному коридору, но после нескольких шагов поняла, что теряет силы, а ее противники не ослабляют натиск.

Она остановилась. Путь домой занял в прошлый раз очень много времени. Она тогда жалела, что у нее не осталось хотя бы немного сил. Она может уронить щит немного раньше времени и притвориться измученной.

Но, посмотрев на коробочку из-под сладостей, она передумала. Она будет держаться до последнего. А когда Реджин попытается накормить ее «конфетами», она выплюнет их ему в лицо.

Последние силы покинули Сонеа; Под градом шоковых ударов она застонала от боли. Ее колени подогнулись, и она соскользнула на пол. Придя в себя, она увидела наклонившегося над ней Реджина, разворачивающего «конфету».

— Что здесь происходит?

Реджин вздрогнул и побледнел. Он быстро спрятал «конфету» в карман и выпрямился. Сонеа увидела приближающегося мага, и кровь прилила к ее лицу. В коридоре стоял лорд Йикмо, скрестив руки на груди.

— Ну?! — рявкнул он.

Реджин поклонился. Остальные ученики торопливо последовали его примеру.

— Небольшая игра, господин мой, — сказал он.

— Ах игра! — прорычал Йикмо. — Я вижу, правила этой игры для вас важнее, чем законы Гильдии. Битвы не на занятиях — и не на Арене — строго запрещаются.

— Это не битва, — слабо проговорил Кано. — Мы просто играли.

Йикмо прищурился:

— Вот как? Наносили шоковые удары по беззащитной молодой женщине?

Реджин сглотнул:

— Она уронила щит раньше, чем мы поняли, что она устает, господин мой.

Йикмо поднял брови.

— Похоже, молодой человек, вы не настолько сильны в боевых искусствах, как утверждает лорд Гаррел. Вы только что продемонстрировали полное незнание основных правил ведения битвы. Я уверен, что лорд Балкан согласится со мной. — Йикмо огляделся, отмечая присутствующих. — Быстро по комнатам, все!

Ученики удалились чуть ли не бегом. Йикмо повернулся к Сонеа, и она пожалела, что у нее не было сил потихоньку скрыться, пока тот устраивал разнос. Йикмо выглядел очень взволнованным. Сонеа заставила себя встать.

— Как долго длилось это безобразие?

Она замешкалась, не желая признаваться, что это было не первый раз.