Татьяна Талова - Миротворец

— Трудно было? — внезапно спросил Галеадзо. — Вытащить его?

— Да, — коротко и, кажется, не вполне осознавая свой ответ, произнес Каннгос. — К тому же, я был слишком молод и почти не имел влияния в Совете в то время…

— Ваш с матерью брак ведь тоже не пользовался одобрением семей, так?

— Тебе не кажется, что сейчас ты думаешь совершенно не о том? — голос у него был гневный, но впервые за много лет Галеадзо был уверен, что отец не злится, более того — он смущен. Просто ему не удалось сыграть ярость так же легко, как это бывало обычно.

— Кажется, — согласился наследник Рода. — Но когда еще доведется спросить.

— Наш с Вэнд брак тоже не вызывал одобрения ни у кого, кроме нас самих. Но, как видишь, это ни на что не повлияло. Потому-то я и знаю, насколько глупо было бы пробовать навязать тебе какую-то другую женщину, кроме той, которую ты выбрал, — признался Каннгос. — Тебе будет удивительно это слышать, но мы с Вэнд до сих пор друг друга любим. Просто… наши отношения всегда были немного странными, иногда легче долго находиться порознь, чем все время рядом.

Договорив, Каннгос неопределенно взмахнул рукой и на миг прикрыл глаза.

— Ну а сейчас, — уже совершенно другим тоном сказал он, — вернемся все-таки к Тьерроль.

— Ты ставишь на то, что это старая месть?

— А ты нет?

— У Мархов, должно быть, действительно сильная обида на род Крайтах… Кстати, это объясняет и «проклятье» Кертеуса, — Галеадзо не думал, что когда-нибудь настанет момент пожалеть о том, что он в свое время не вызубрил истории всех Родов от корки до корки. — И еще. Если все, до чего мы сейчас додумались, правда, то Тьерроль есть за что мстить и нашему Роду.

— Это я давно знал, — дроу отрывисто кивнул. — Плохо здесь только то, что самый незащищенный член нашей семьи в данный момент — это твоя будущая жена.

— Она сможет за себя постоять, — не успев удивиться, с уверенностью, которой не испытывал, твердо ответил Галеадзо. — Идем, надо увидеть младшую Марх, и неплохо бы найти по дороге Идэриуса…

Мне явно не хватало Мария. Кого-то, кто успевал бы озвучить мои мысли и добавить что-нибудь отрезвляющее. Еще больше не хватало Галеадзо — он вообще обходился без слов, умудряясь читать по моему лицу и успокаивать одним прикосновением.

Все скверно, хуже, чем я представляла. В другой ситуации я бы порадовалась, что ученица самостоятельно, интуитивно смогла подстроится под мой след, но сейчас… Восстанавливая в памяти все события с момента нашего с Тьер отъезда, я удивлялась — что могло заставить дроу предавать свою учительницу так спокойно и расчетливо?

Доверяясь колдовскому чутью, я выбирала путь в подземных лабиринтах, находила нужные лазы, спускалась по стенам, царапая руки об острые обломки камня и ничего не чувствуя. Ни боли, ни усталости, ни даже азарта. Найду я Тьер — и что? Убью? Да что я, себя, что ли, не знаю? Ярость отступила, осталась пустота. Не равнодушие, когда «все равно», а именно пустота, когда все одинаково безнадежно. Убью — и как смотреть в глаза ее родственникам? Да и вообще всем остальным в Иерринусе? Будь я хоть трижды маг и четырежды местная героиня, клеймо убийцы перечеркнет все! Тьер не верила в возможность мира между людьми и дроу, и я это подтвержу…

Я так и не поняла, как добралась до Лотгар, но спокойно успела довести себя до полубессознательного состояния. Нервное перенапряжение — это, конечно, частое состояние Хозяев, но сейчас колдовская сила почти ощутимо кипела и пульсировала в теле.

Искать Тьер начала сразу же, настроившись теперь уже на четко определенный магический след своей ученицы. Поисковое заклинание сработало замечательно. Единственное, чего я боялась, пока шла — того, что меня рано заметят местные жители. Страх был скорее интуитивным, да и он не оправдался. В Лотгаре, а точнее, на одной из его окраин царило редкое запустенье. Пару раз мне встречались пауки, и только. Отличить то, что на них наложено заклинание, не составило труда. Тьер управляла ими. Ну какая же я дура! Ведь заметила же, с каким восхищением Тьер относилась к силе Зовущих!..

— Ладно, ученица, — пробормотала я сама себе. — Посмотрим, как далеко ты продвинулась в мастерстве…

Я полностью перекинулась впервые за долгое время. С удивлением отметила, насколько проще передвигаться на восьми ногах, ради интереса взобралась на стену… С трудом отказалась от идеи начать плести паутину… И довольно быстро добралась до Тьерроль.

Та-а-ак. И где же она? След обрывался у маленького подземного озера. Понимая, что мне предстоит, я с сожалением вернулась к человеческому облику. Лезть в воду не хотелось, тем более, что никакого заклятья, обеспечивающего дыхание под водой, я не знала. Мелькнула мысль превратиться в какую-нибудь водоплавающую тварь, но… похоже, уроки, посвященные изучению подземных водоемов, я не запомнила, уверенная, что они мне не пригодятся. Проклинаю свою безалаберность в учебные годы, я сняла сапоги, оставила их на берегу вместе с сумкой и нырнула. С четвертой попытки обнаружила под водой туннель, с пятой рискнула проследовать по нему. Когда в глазах уже темнело, сверху, сквозь воду, сверкнули… звезды?

Нет, конечно, нет. То оказались уже привычные кристаллы руоза, вросшие в своды маленького грота. Я громко дышала и отплевывалась, когда позади раздался голос. Я повернула голову, удерживаясь на плаву, прекрасно зная, кто меня ждет.

— А вот и ты, — Тьерроль говорила медленно и тихо, слабо улыбаясь. — Я так и думала, что ты догадаешься… Правда, надеялась на большее время.

— Не забывай, с кем говоришь, — жестко произнесла я, подплывая к берегу. — Я твоя учительница и изначально знаю больше тебя.

— То-то я смотрю… — Тьерроль презрительно скривила губы и не договорила. Она сидела прямо на полу, теперь поднялась и прислонилась к стене, сцепив руки.

Сохраняя спокойствие, я выбралась из озера, мгновенно замерзнув. Ругнувшись вполголоса, я принялась растирать ледяные ступни.

— Единственное, чего я не поняла, Тьер: зачем это все? Ради чего?

Дроу пожала плечами.

— Просто потому, что ты ненавидишь людей? — предположила я. — Ты в сговоре с кем-то? А?

Тьер молчала, склонив голову набок. Внезапно она напомнила мне Каннгоса, как если бы этот жесткий, холодный дроу внезапно потерял все силы. Меня немного удивило, что в глазах Тьер нет никакого азарта, блеска. Казалось, она вымучивала из себя злость и презрение. Я была для нее даже не врагом, а так, немного досаждающим существом, вставшим на пути к неведомой мне, но очень важной для нее цели.