Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Через некоторое время нас даже накормили - не так важно, чем, но интересно, чья это была трезвая идея. Наша судьба вряд ли решилась бы так быстро, в этом я был уверен так же хорошо, как и в том, что я - нербериец по рождению и воспитанию. Мои сородичи любят долгие и беспредметные споры. Если даже стратег Стикра и знал, что говорил, когда огласил приговор арденам, то это еще ничего не значило. Тот же способ казни, к примеру, можно обсуждать до пробуждения Амунуса.

Ушедшее чувство голода мигом напомнило обо всем, что до того отступало на второй план. Сначала пришла сумятица, горечь поражения, отчаяние. Неопределенность будущего. Было по-прежнему морозно, и невыносимо ярко сверкал снег на солнце.

Не знаю, что чувствовали остальные. Мы по-прежнему держались вместе, трое предводителей бывшего гарнизона. Я заметил, что остальные воины старались окружить нас своего рода кольцом, оградить и от забора со злобной солдатней, коей собралось в первые часы преизрядно, и от ветра, пробирающего до костей, вытягивающего жалкие остатки тепла.

Не знаю... либо я достаточно много перетерпел за предыдущие дни, и в душе моей не осталось сил для душевных мук, либо я и в самом деле наконец почувствовал ответственность за происходящее с доверенными мне людьми. Некоторое время бесплодного сидения на холодной земле я еще собирался с мыслями. Собрался.

Несколько удивленно, но быстрее, чем я ожидал, остальные обернулись на мой голос.

-Остался ли кто, сведущий во врачевании? Надо осмотреть раненых.

Вызвались трое, один из них - темнокожий регадец. Много ли он понял из моих слов, не знаю. У лекарей вообще исключительно ответственное отношение к своему ремеслу. Они тут же принялись за дело.

Оказалось, что у нас были не только раненые, но и обмороженые. Среди немногочисленных уцелевших соотечественников темнокожего врачевателя таких выявилось больше всего. В целом нуждающихся в серьезной помощи было не так уж много. Либо не смогли покинуть замок в страшную ночь нашего отступления, либо отстали по дороге. Однако все больше и больше народа втягивалось в инициированное мной мероприятие; возможно, просто потому, что сидеть на одном месте было холодно. Впрочем, многие, подобно мне, могли искать в этом способ отвлечься от грустных мыслей. У некоторых, вроде приговоренных к смерти арденов или обреченных на каторгу нерберийцев из Стикра, таких мыслей должно было быть много.

-Мальтори! - услышал я.

Этот шепот мог пройти мимо моих ушей, не окажись я в какой-то момент вблизи ограды. Я обернулся и увидел прижавшегося к редкому частоколу Алагли.

Я уже и думать о нем забыл. Еще некоторое время после того, как он посетил замок Риммор в качестве парламентера, я вспоминал о старом знакомце как о возможном последнем средстве спасти свою шкуру, но со временем в беготне дней и событий исчез и он. Странно было видеть его сейчас. Я, стараясь не привлекать внимания как с той, так и с другой стороны, подобрался поближе к нему.

-Лайта осветит твой путь, Алагли...

-И твой, - он воровато оглянулся, затем посмотрел мне в глаза. - Слушай и запоминай, Мальтори. Ты из Эсталы, а для вас ваш стратег придумал не много не мало, как рабство на галерах. Пожизненное. Так что лучше будет тебе сказать, что ты с Вессея. Насколько я понял, герцог своих скорее всего помилует, разве что обяжет пойти к нему на службу.

-Разве они не знают, что я - бывший комендант замка Риммор? - удивился я.

-Об этом, кроме ваших, мало кто знает. Я, когда вернулся из замка живым, сказал стратегам и герцогу, что обороной командует этот ваш... Аравари?

-Арварих. Тише, он тоже здесь.

-Отлично. Ему ведь нечего терять?

-Сволочь ты, Алагли.

Он усмехнулся. Усмешка вышла невеселой.

-Эта сволочь пытается - заметь, уже не впервые, - спасти твою тупую башку. Слушай меня, Мальтори, и не перебивай. Игры в благородство кончились. Очень хочется жить, и жить дальше.

Он сделал паузу, по шевелению губ я понял, что Алагли подбирает слова.

-Знаешь, я много думал над нашим разговором, тогда, в твоей башне. Ты всегда умел убеждать, Мальтори. Еще у замка Гисс, помнишь, как мы все ломились за тобой на штурм? Ладно, это былое. Ты опять был прав - тут все ополоумели и хотят крови, - речь Алагли стала сбивчивой, он торопился говорить, словно боясь, что не скажет, не сможет. - Ты меня тогда отрезвил, теперь я вспоминаю слова этого...

-Элби...

-Тише, идиот! Он слышит все, что сказано. Не поминай вслух, иначе может быть худо. Его, его слова. Он говорил на площади перед дворцом герцога в Кайле, и больше никто и ничего не слышал, даже герцог. Многие до сих пор не слышат. Я знаю, Мальтори - как вроде кто-то за твоей спиной, идет и повторяет: 'Убей, убей, убей..' Я устал от всего этого. Домой хочу. Мальтори, послушай своего друга, не дай им себя прикончить. Послушай один лишь раз, я же вижу по твоим глазам, что ты для себя уже решил. Подумай! Стоит ли оно того? Что это за страна, что мы здесь делаем? Разве ты не хочешь вернуться домой?

Я понял, что хочу. Очень хочу.

-Ты сможешь вывести Тирвали, Алагли?

Он посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом. Испытующим взглядом.

-Я знал, что ты так скажешь. Постараюсь, Мальтори. Не сейчас. Позже... ты все равно подумай.

Игры в благородство... для меня это была уже не игра. Я уже иначе не мог. Алагли это понял, за что я ему был очень признателен.

Долго размышлять над его предложением мне тоже не дали. Послышалась возня у ворот нашего курятника, и мы увидели все того же стратега Стикра.

-Мне известно, - обратился он к нам своим громким голосом. - что среди вас находится комендант замка Риммор. Если он выйдет вперед, то получит возможность облегчить участь остальных.

Арварих и Вальд, как по команде, сдвинули плечи, загораживая меня. Тишина была ответом стратегу.

-Упрямитесь? - стратег, казалось, был удивлен. Он обернулся к сопровождавшим его офицерам: - Приведите ко мне ренегата.

Хорошее прозвище. Я понял, что скоро на сцене появится Балах Арвинг, и станет совсем весело. Вальд и Арварих пытались защитить меня, но сейчас под удар могли попасть они сами.

-Не надо ренегата, - как можно громче произнес я, поднимаясь на ноги. Вместо внушительного голос мой вышел хриплым и глухим, похоже было на то, что где-то в нашем промерзшем до костей пути я простудился. - Я есть комендант замка Риммор.

Стратег смерил меня взглядом.

-Смел. Не врешь?

Я подумал, что бы такого ответить, не придумал и показал ему язык. Он в ответ рассмеялся.

-Ведите его за мной, - голос опять стал жестким. Стикреец развернулся, громыхнув доспехами. Его подручные прошагали через толпу сидящих на холодной земле пленников, быстро и радостно заломили мне руки и поволокли вслед за ним.