Савелий Свиридов - В погоне за истиной

— Неужели и впрямь решили стать подопытным кроликом? — насмешливо осведомившись, остановилась на полпути алхимическая леди.

— Да без проблем!

— И в обмен, соответственно, получить от меня некую информацию?

— Совершенно верно!

— Не думаю, что располагаю чем-либо ценным для вас. Но уж очень любопытно узнать, ради какой цели вы отважились на такие жертвы. А потому милости просим!

Студенты с интересом осмотрели оборудованную на свежем воздухе лабораторию, особенно перегонный аппарат.

— Во! При наличии сахара и дрожжей можно самогонку тоннами гнать! Ну и какое тут зелье выпить нужно?

— Не торопись, — усмехнувшись, охладила его пыл Ифигения. — Вначале приглашу хотя бы парочку коллег, пусть посмотрят тоже.

— Это ещё зачем? Может, обойдёмся без них?

— Положено. У нас всё-таки научная работа, а не самодеятельность!

Страхуется на случай неудачи, подумал Эрик. Разумно, поступил бы точно так же.

Вскоре пожаловали и «коллеги» — благоухающая ароматами свежести бабуля-одуванчик и аристократической выправки пожилой мужчина в, несмотря на жару, наглухо застёгнутом чёрном костюме и бородкой клинышком. Ни дать ни взять — университетский профессор времён Белой Империи.

— Неужели удалось найти пациента? Поздравляю! — молодцевато заявил он, едва взглянув в сторону воспитанников Академии.

— Как видите. Из добровольцев, правда, пока только во-он тот юноша. Не знаю, к сожалению, его имени.

Пришлось всем присутствующим представляться друг другу. Престарелую леди звали миссис Блойсом, а её спутник, герр Мильшц, и впрямь имел профессорское звание, благо во внешнем мире преподавал в университете.

— Значит, так, — деловито скомандовал герр профессор, сразу после обмена любезностями взявший инициативу в свои руки. — Испытываем образец?8. Прошу всех присутствующих, кроме девушки, проследовать внутрь дома.

— А почему мне нельзя?

— Испытуемому придётся раздеться до трусов. В процессе трансформации одежда частенько расходится по швам, — снисходительно пояснила Ифигения.

— Можно подумать, я голых мужиков не видела! — фыркнув в ответ, Таисия с подчёркнуто преувеличенным вниманием принялась разглядывать кусты роз.

Внутри жилища Дженнет, также умотавшей «на материк» подальше от доморощенных «химиков», прилично воняло тухлятиной. Видно поэтому Ифигения и перебралась для работы в сад. Эрик даже позавидовал землячке, но разве бросишь приятеля в столь стрёмном мероприятии!

Гека, похоже, тоже не против был бы дать дёру — бравада очень быстро куда-то испарилась, бегающие по сторонам глаза явно прощупывали пути к отступлению. Останавливала лишь боязнь стать объектом насмешек и уронить свой авторитет ниже плинтуса.

— А это не очень больно? — на всякий случай осведомился он.

— Ничуточки! — акулья улыбка профессора стала ещё шире. — Иначе мы не стали бы привлекать студентов для участия в мероприятии.

— Иногда ощущения при этом квалифицируются скорее как приятные, — невозмутимо подтвердила Ифигения, жестом указывая на кресло.

Обречённо вздохнув, Гека принялся разоблачаться, аккуратно складывая одежду на отдельно стоящий стул. После чего, присев, молча принял в себя содержимое флакона, заботливо поднесённого прямо ко рту.

— Вот и чудненько, — восхитился герр Мильшц, извлекая из кармана свиток. Зеленоватое сияние окутало кресло, заключив внутри фигуру «подопытного».

— На всякий случай, вдруг взбрыкнёт, — пояснение явно относилось к Эрику. Остальные с неподдельным любопытством принялись следить за начавшимся превращением.

Трансформация шла иначе, нежели в случае Малко — густая шерсть покрыла лишь спину, предплечья и бёдра; пальцы рук и ног вытянулись, формируя острия когтей, а из-под выдвинувшихся вперёд челюстей выглянули приличного размера клыки. Монстр шумно обнюхал воздух, недружелюбно поглядывая на окружавших его людей, и внезапно прыгнул, целясь в горло профессора.

Защитное поле отбросило его обратно. Ещё два выпала с тем же результатом, и зверь ошарашено затряс головой, не в силах понять, почему не получается добраться до вожделённой цели. В какое-то мгновение Эрик встретился с ним взглядом — внутри глубоко посаженных глаз ликантропа жила затравленная боль.

— Прекратите! Немедленно! Разве не видите — ему плохо!

— Не волнуйтесь, молодой человек, скоро всё пройдёт! — замахал на него руками профессор, а бабуля испуганно шарахнулась в сторону. Лишь Ифигения невозмутимо продолжала съёмку мини-камерой.

С трудом подавив в себе желание вырвать её и растоптать, Эрик вновь потребовал прекратить эксперимент и даже сделал шаг в сторону кресла. Герр Мильшц мгновенно преградил ему путь.

— Пожалуйста, не поддавайтесь чувствам! Пока животная компонента преобладает, поведение ликантропа непредсказуемо. Можете очень серьёзно пострадать! Потерпите минуточку: препарат краткосрочного действия, вскоре пойдёт обратный процесс!

Скрипнув зубами от досады, Эрик отступил. К счастью, на сей раз его не обманули — вскоре зверь успокоился и словно впал в ступор. Шерсть редела и исчезала прямо на глазах, одновременно лицо и конечности приобретали привычные очертания. По окончании процесса исчезло и поле.

Поднявшись с кресла, Гека недоумённо оглядел присутствующих.

— Уже всё? А трансформация?

— Разве ничего не помнишь? — подскочил Эрик.

— Не! В голове зашумело, а когда прояснилось — вы опять вокруг меня!

— Именно так и должно работать правильно сваренное зелье, — назидательным тоном произнёс профессор. И, обращаясь к другим алхимикам, — а ваше мнение, коллеги?

— Мне кажется, для большей стабильности эффекта содержание эньиры в образце следует немножко увеличить, — прошамкала бабуля.

— Согласна. А заодно не повредит ввести в рецептуру несколько капель настойки анмиарра. Или равнозначное количество сухого корня белет-де.

— В любом случае до оптимального решения ещё работать и работать, — подытожил герр Мильшц. — Кстати, а вы, молодой человек, не желаете, так сказать, послужить делу науки?

— Спасибо, никакого желания пока не испытываю, — с ядовитой вежливостью отказался Эрик.

— Зря. Но если вдруг передумаете, или кто-нибудь из ваших друзей согласится, милости просим. Имейте в виду: участие в экспериментах поощряется не только морально, но и материально. Так что есть смысл!

Пришлось пообещать проинформировать однокурсников — лишь бы побыстрей отделаться от «коллег» — менторский тон профессора откровенно раздражал. Невысказанное пожелание те словно восприняли на подсознательном уровне — сославшись на неотложные дела, шустро покинули избушку.