Анастасия Левковская - Лицо некроманта

— Именно, — улыбнулся брат Фиры краешками губ.

— И не стыдно тебе, плут белобрысый, к моей любимой студентке приставать?

Святые шестеренки, я просто не смогла сдержаться. Расхохоталась в голос и некоторое время не могла остановиться. Хенрим даже начал посматривать на меня с вполне профессиональным интересом. Потом, отсмеявшись, я вытерла выступившие слезы и весело спросила:

— Ник, вам не кажется, что это уже просто мистика какая-то? Стоит мне появиться здесь, даже в такое не самое популярное время, сразу же приходите и вы!

— Ничего мистического, — покачал головой Кайндорф. — Я искал Хена, а тот сказал, что идет в библиотеку. Все банально.

— Действительно, — хмыкнула я, даже немного расстроившись.

Ну вот… А мне так хотелось верить, что он действительно… Сто-о-оп! О чем это я вообще?! Нет-нет-нет, мне нет дела до того, почему и когда Ник появляется в библиотеке!

— А вообще, — он подошел вплотную и оперся ладонями на стол, — мы с тобой, кажется, еще в прошлый раз выяснили, что я тебя преследую.

И взгляд у него при этом был такой хитрый-хитрый, что я даже растерялась.

— Мы, кажется, тогда же решили, что это была шутка, — только и смогла ответить я.

Чего я совершенно не ожидала, так это того, что он спокойно произнесет:

— Тогда у меня еще была девушка и признаваться в таком было бы неприлично. Теперь у меня девушки нет, так что руки у меня развязаны. Могу и не такое сказать. Так что… Кто знает, шутка ли это на самом деле? — и насмешливо сощурился.

Я сидела с приоткрытым ртом и растерянно моргала. Как трактовать подобную заявочку, я совершенно не понимала. Или боялась понимать?

Ай, кардан ему в форсунку, что с этим Кайндорфом?! Где убитый взгляд и плохое настроение? Или не все в их с Бель отношениях было так радужно, как казалось со стороны?

— Надо же, как интересно, — пробормотал Хенрим, переводя взгляд с меня на Ника и обратно. — Просто невероятно интересно…

А потом вдруг подскочил, ухватил Кайндорфа за плечо и потащил на выход из библиотеки.

— Эй, куда ты меня волочишь?! — попробовал упираться тот, но полуэльф даже ухом не повел. — Хен, мать твою, дай же с любимой студенткой пообщаться!

— Потом пообщаетесь, — промурлыкал Хенрим, крепко держа друга за плечо. — Вот как только я из тебя душу вытрясу — так сразу и общайтесь, сколько тебе влезет. А то, кажется, я пропустил все самое интересное!

Увы, что такое интересное он пропустил, я уже не узнала — препирающаяся парочка скрылась за дверями библиотеки.

Вечером я в лицах пересказала ситуацию Марку. Думала, он мне чем-то поможет. Но друг лишь от души посмеялся, вытирая слезы. А затем заявил, что круче парочки Ник-Хенрим может быть только та троица, когда к ним присоединяется Шэйн.

— Я верю, но реально… Уже который раз я в библиотеке натыкаюсь на Ника, — вздыхала я, сидя на полу. — Он еще то ли считает своим долгом перекинуться со мной парой слов, то ли ему просто делать нечего… Впрочем, в прошлый раз это было даже полезно.

— Почему? — Марк валялся на моей кровати, заложив руки за голову.

— А, точно, я же замоталась и тебе не рассказала! Ник показал мне портрет матери, а то ни в одной книге я его не нашла. Красивая она была… Внешность еще такая необычная.

— Что значит — необычная? — спросил друг, привстав на локтях, чтобы меня видеть. — Рог посреди лба, что ли?

— Нет, конечно, — хихикнула я, представив эту картинку. — Ну… Просто сочетание платиново-белых волос и ярких зеленых глаз, как по мне, очень экзо…

— Что ты сказала?! — Марк слетел с кровати и схватил меня за плечи. — А ну повтори! Какие у нее были волосы и глаза?!

— Платиновые и зеленые, — осторожно ответила я и пощелкала пальцами перед его носом. — Марк, что с тобой?

— Не может быть… — просипел он, шарахнувшись в сторону. Вдруг резко встрепенулся, подскочил и выпалил: — Сиди здесь, я сейчас вернусь!

И умчался с такой скоростью, что я даже ничего спросить не успела.

Что это с ним? Такое ощущение, что от моих слов ему резьбу напрочь сорвало. Да, внешность леди Оливии необычна, но не до такой степени, чтобы вытворять подобное.

Не было друга довольно долго. Я уже даже хотела сама к нему пойти. Ну, хотя бы для того, чтобы выяснить, что это было какое-то сиюминутное помутнение рассудка и он уже в норме. Но как раз когда я поднялась, дверь с грохотом распахнулась, и пред мои очи явился взъерошенный, но торжествующий Марк, потрясающий какой-то дряхлой тетрадкой.

— Вот! — он продемонстрировал ее мне, а затем, плюхнувшись напротив, начал лихорадочно листать.

— Что — вот? — поинтересовалась я, заглядывая в листы, исписанные неровным почерком друга.

— Помнишь магистра Кайрана? — не отрываясь от тетради, спросил Марк.

— Нет, — совершенно честно отозвалась я.

— Ну, мой преподаватель из колледжа, утверждавший, что Феолварт обязательно на нас нападет, — нетерпеливо уточнил он.

— А-а-а, — облегченно рассмеялась я. — Тот, который из-за россказней прадеда о Последней войне зациклился на внешней угрозе? Вы еще всей группой в колледже над ним подтрунивали.

— Ну, старик совсем сбрендил, потому и неудивительно, — пожал плечами друг, не отрываясь от просмотра конспекта. — Но не в этом суть… Ты, наверное, не помнишь, но он все-таки дожал нашего директора на то, чтобы прочитать некромантам курс по Феолварту. Мол, когда они нападут, именно мы должны встать в первую линию обороны, а потому обязаны знать врага досконально.

— Ужас какой. — Я закатила глаза. — И как курс?

— Слава Святой паре, все-таки был мной законспектирован… — выдохнул Марк и вдруг просветлел лицом. — Вот! Вот оно! — он ткнул конспект мне в руки. — Читай. И вслух! Кто бы подумал, что это мне пригодится…

Я недоуменно пожала плечами, но послушно всмотрелась в прыгающие строчки:

«Некромантский род О’Шай самый сильный из…»

— Не то, — рыкнул друг и пальцем указал нужный абзац. — Вот!

— Так… — я прищурилась. — «Самыми опасными из некромантских родов считаются те, которые также несут дар прорицания или иллюзии. К первым относится род О’Лайни — отличительная особенность темные, до черноты, волосы, и бледно-голубые глаза. Ко вторым — род О’Райнен…» — прочитав следующую строчку быстрее, чем успела произнести вслух, я на миг запнулась. — Не может быть… Все представители этого рода — платиновые зеленоглазые блондины. Но, Марк! — помотала головой, отказываясь верить. — Этого не может быть! Откуда у нас могла взяться представительница древнего и влиятельного феолвартского рода?!

— Я не знаю, — тяжело вздохнул он. — Но все факты — вот они. Помнишь, Ник говорил, что отец его маму украл? И что ее род неохотно отдает чужим своих детей, предпочитая вариться в собственном соку?