Татьяна Каменская - Ожидание

— Спасибо за речь! Она произвела на меня впечатление. Поистине, образец ора-торского исскуства!

Мужчина словно застыл лицом, глянул женщине в глаза, и, видно что-то уловив в её взгляде, развернулся и пошёл прочь, навстречу невысокой полной даме в длинном красном платье, что-то горячо доказывавшей идущему рядом с ней худощавому муж-чине в черном строгом френче.

Опять раздались аккорды, указывающие на то, что приглашенный инструментальный ансамбль играет медленный фокстрот. Когда-то, в классе седьмом, Ника занималась одно время танцами, и может, поэтому она до сих пор неравнодушна к этим мелоди-ям. Если бы позволило время, она бы не пропустила этот танец, но сейчас ей уже по-ра уходить. Она вышла из зала и направилась к раздевалке, когда неожиданно за её спиной вдруг раздался приятный мужской голос:

— Извините, вы танцуете?

Худощавый мужчина в черном строгом френче, догнав её, бесцеремонно взял за руку и заглянул в глаза, при этом чему — то улыбаясь. Женщина в свою очередь строго и как — бы с осуждением посмотрела на мужчину, и он, перестав улыбаться, выпустил её руку из своей ладони, и нравоучительно произнёс:

— Ваш уход, заметьте преждевременный уход с банкета, оценят как бегство! Ну, а если сей безобразный факт всё равно заметят и без моей помощи, то позвольте отвес-ти вас домой, так как даме ночью весьма опасно бродить по улицам одной, без про-вожатого! Да ещё в такой дорогой шубе!

Оконцовку этого монолога мужчина произносил уже в шутливой форме, помогая при этом женщине надеть и в самом деле дорогую шубку из натуральной голубой норки.

— Отвезти позволяю! Тем более это для вас, наверное, не составит особого труда! — засмеялась молодая женщина, и мужчина принялся тотчас торопливо одеваться.

Они вышли из ресторана, и женщина, глянув в полузамерзшее окно, в котором сквозь морозные узоры двигались странные тени танцующих пар, опять тихо засмеялась и тихо пропела:

— Наконец я вырвалась…

— Из плена! — приятный негромкий баритон мужчины явно удивил женщину, пото-му-что она взглянула искоса на своего спутника, бесцеремонно подхватившего её под руку, и уже с вызовом вновь пропела:

— И я вновь стою на этой сцене!

Мужчина охотно, и довольно верно пропел следующую строчку некогда популярной и модной песенки. Далеко в морозной тишине заснеженных улиц разносилась песня ре-пертуара 80-х годов. Это была песня их молодости, и может оттого они пели так слажен-но и легко. Мужчина старательно вытягивал длинные ноты, и даже старался взять ок-таву ещё выше. Иногда он путался, и тогда женщина, смеясь, подхватывала по-своему слова. Через мгновение, песня опять легко набирала силу, и словно взмывала вверх над этими снежными улицами, и кажется, даже над всем этим маленьким провинци-альным городком, чья тишина была как будто непроницаемой, вечной, и словно зас-тывшей от мороза, крепчавшего с каждым часом, каждой минутой и каждой секундой надвигающейся на землю ночи. Когда же песня была допета до конца, женщина ве-село засмеялась и произнесла:

— А вы, оказывается, плут и обманщик!

— Да ну? — также весело отозвался мужчина, поддерживая женщину под руку, и помогая ей обойти высокий сугроб снега.

— Конечно вы обманщик! Во-первых, все слова в песне вы переврали самым бессо-вестным образом…

— Но вы же сами мне подпевали! — подхватил мужчина нарочито обиженным голосом.

— Вот-вот! И я за вами в лес по дрова! С таким голосиной не потягаешься. Это я сра-зу поняла, и потому лишь подпевала…

Женщина засмеялась громко и весело, запрокидывая вверх голову и показывая ровные белые зубы. Но вдруг, поскользнувшись, она стала терять равновесие и упала бы, если бы мужчина не подхватил её, и не заключил в свои объятия. При этом почему-то снег, выпавший накануне, и лежащий пушистым белым покрывалом на ветвях, пришёл в движение, и ухнул с дерева вниз, обильно усыпав тех двоих, что стояли под ним. Жен-щина, хлопая ресницами, в которых застряли белые снежинки, опять расхохоталась, и, разведя руки в стороны, спросила:

— Ну и как, похожа я теперь на Снегурочку?

Мужчина улыбнулся:

— Наверное, также как я на деда Мороза!

Женщина принялась счищать снег с шубы, а мужчина стал ей помогать, но вдруг он притянул её к себе так близко, что женщина почувствовала терпкий запах алкоголя и табака. Резким движением она вырвалась из его объятий, и насмешливо глянув на мужчину, пошла вперёд. Он догнал её и пошёл рядом, сунув руки в карманы своего мод-ного пальто. Они долго шли молча, пока, наконец, женщина не произнесла:

— А во-вторых, вы обещали меня отвезти домой!

— Я вас и веду!

— Я поняла, отвезти на машине…

— Это вы так поняли! А я имел в виду отвести, привести, сдать на руки…

— Слава Богу хоть не в милицию сдать! — вздохнула женщина, на что мужчина вни-мательно глянув в лицо своей спутнице, произнёс серьёзным голосом:

— Почему я вас не знаю? Кто вы?

Женщина засмеялась опять громко и весело, но затем, резко оборвав смех, серьёзно про-говорила:

— Когда я знакомлюсь с мужчиной, то первым делом интересуюсь, женат или не же-нат мой новый знакомый?

Мужчина остановился, и с интересом глянул на женщину:

— И какой же ответ, для вас звучал бы, более предпочтительней?

— Увы! К сожалению, что мужчина женат!

— Почему-то я предчувствовал этот ответ. Из него я понял, что у вас нет мужа!

— Это к делу совершенно не относится! — резко ответила женщина, но, помолчав, доба-вила: — Ну, а отчего же вы не спрашиваете, почему женатые мужчины предпочтитель-нее неженатых?

— Ну и почему?

— Потому-что я приглашаю тогда мужчину вместе с его женой посетить мой салон мод-ной женской одежды

— А теперь я вас знаю! — воскликнул мужчина… — Так это вы и есть, та таинствен-ная и очаровательная владелица магазина модной одежды " Гера"! И та богатая бла-готворительница, которую чествовал наш хозяин…

— Хотя слухи о моём очаровании, как и о богатстве, сильно преувеличены, но те-перь вы дошли до истины. Да, я и есть хозяйка этого салона. Ну, а вы так и не отве-тили на мой вопрос. Кто вы? И есть ли у вас жена?

— Жена у меня есть. И сам я обычный смертный. И работа у меня обычная…

— А я подумала, что вы начальник какого-то треста столовых и ресторанов, или на худой случай личный шофёр…

— Отчего же вы меня так…жестоко? — обиженно протянул мужчина, шаловливо по-жимая локоть женщины.

— Не знаю, отчего я так решила, но что-то жена Ларионова перед вами чересчур рас-шаркивалась. — зло бросила женщина.

— Перед личным шофёром положено расшаркиваться… иногда! — улыбнулся зага-дочно мужчина.