Алина Багазова - Виолетта. Белый единорог

— Ты тут не причём, — ни к селу, ни к городу сказала я.

— Никто не причём, — туманно отозвался он.

— Мы не властны над смертью. Она забирает тех, кого захочет, не считаясь с нашими желаниями..

— А зачем властвовать над смертью? — удивился Сергей, — всему приходит своё время.

— Ты считаешь, что трагически погибнуть молодой — естественное время для девушки?

— Покидая этот мир, мы всего лишь переходим в иной, для кого-то более лучший. А кто-то уходит потому, что сбился с пути и зашёл в тупик, из которого лишь один выход. Она разбилась на машине, когда ехала с тем парнем в загс, подавать заявление. До аварии было много знаков и Ксения понимала, чем закончится этот выбор, но сказала, что пусть всё будет так, как будет. Это был её выбор.

— Мы не можем знать, как будет… — поёжилась я — Можем, — кивнул Серёжа, — если прислушиваемся к себе и к миру. Ксюша была тонким человеком, тоньше, чем вибрации этого мира. Ей было здесь…тесно. Я думал, что смогу её поддержать, но не вышло. Слишком поздно спохватился. Она потом приходила ко мне во сне и улыбалась. Там ей действительно лучше, здесь же она выполнила то, для чего рождалась.

— Что?

— Это она придумала идею с газетой, теперь она будет жить в каждом новом номере, — печально опустил голову.

— Серёж… — я прикоснулась к его руке, — всё будет хорошо. Я помогу тебе.

— Ты уже мне очень помогаешь.

Он посмотрел на меня и во взгляде было нечто такое, от чего у меня жар прошёл по всему телу. И вдруг возникло судорожное желание поцеловать его. Просто так, ни с того, ни с сего, словно это могло ему действительно помочь. Или мне? И я зажмурила глаза, борясь с искушением, вновь забыв о приказе Стефана. Но где-то в глубине души я надеялась, что он поймает мой порыв и поцелует меня…

Сергей провёл пальцами по моей щеке, я распахнула глаза, а он задорно подмигнул мне и начал с аппетитом поедать суп. А у меня же ком в горле стоял и щипало глаза от непонятной, охватившей душу, тоски.

В конце концов я взяла себя в руки и тоже приступила к еде. Которая, впрочем, показалась мне абсолютно безвкусной…

По возвращению домой, в подъезде, мы вновь наткнулись на Клару. Памятуя указания «свыше», я очаровательно улыбнулась ей. Светлая ничуть не смутилась и подарила ответную улыбку.

— Дорогие соседи, — произнесла с ласковой интонацией и забавным акцентом, — приглашаю вас сегодня к себе на ужин! Познакомимся, потрепаемся…

Я усмехнулась про себя, исправлять вслух её оговорки не имело смысла.

— Спасибо, — улыбнулся Сергей, глядя на меня с лукавым вопросом в глазах, — Лета, ты как, не против?

— Конечно же мы придём, — кажется, я удивила Клару. А чего она ожидала — что я отпущу Сергея одного?

— Тогда в восемь вечера, да? — кокетливо играла с прядью волос девушка, строя глазки Мы одновременно кивнули.

— Буду очень ждать, — она скользнула за дверь своей квартиры, послав напоследок воздушный поцелуй.

— Забавная она, — хихикнул Сергей, — как ребёнок…

«Угу, видел бы ты этого ребёнка в бою…» — подумала я с неприязнью, а сама радостно закивала и затащила парня в квартиру.

Так, до вечера у меня есть некоторое время, чтоб укрепить позиции. И отомстить заодно за обиженное самолюбие в кафе.

Едва мы скинули верхнюю одежду, я потянулась к вешалке и, как бы невзначай, качнулась, теряя равновесие, вследствие чего попросту рухнула на Сергея. Он продемонстрировал поразительную реакцию и удержался бы на ногах, кабы я не добавила усилия. В общем, мы нелепо рухнули на пол. Причём, падая, Сергей, как ни странно, думал не о том, чтоб уберечься от удара самому (мог бы хоть руку подставить!) а о том, чтоб смягчить падение МНЕ. Таким образом, я оказалась на нём, лежащем навзничь. Сверху нас накрыла моя взметнувшаяся шуба.

По инерции я «клюнула» носом в его щёку и резво сместила прикосновение, коснувшись губами его губ. И сама же мгновенно вспыхнула всем телом. Сергей замер, и в следующий момент я ощутила, что он напрягся. Ни к селу, ни к городу я в эту секунду вспомнила его рассказ о трагической любви, но тут же послала к чёрту всякие сентименты и глупую деликатность. «Расслабься же!» — рявкнула я мысленно, вздохнула и начала его бурно целовать. И он расслабился, отвечая мне.

А я забыла обо всём в этот миг, я тонула в его ласке, растворялась в его руках, не поняла, как очутилась уже на спине, а Сергей нависал сверху (отметила это лишь краешком разума). Скользила руками по его телу, блуждала сознанием, хотела дальше, больше…

И вдруг всё прекратилось. В один момент.

— Лета… — огорошенно воскликнул Сергей, отстраняясь и садясь на пол.

И я с ужасом увидела, что мы почти полностью раздеты. Когда успели? Ещё чуть-чуть и произошло бы…то, в принципе, не против чего я уже была. Но Сергей успел вернуть самообладание и осознать ситуацию. Быстро сев, схватила кофточку, валяющуюся рядом, прикрыла грудь. Лицо горело.

— Леточка, прости меня… — потрясённо произнёс мой квартирант, в замешательстве отворачиваясь, чтоб дать мне возможность привести себя в порядок.

«Ты ещё скажи, что ты не хотел!..» — расстроено подумала я, молча одеваясь. Ну что за дурак, зачем остановился практически на полпути? Другой бы воспользовался ситуацией…

И тут, глядя на его затылок, выражающий вину всем своим видом, мне стало невероятно стыдно. Я поняла, что привыкла мерить всех мужчин одной меркой. Вот Аскольд или Женька не остановились бы. А Серёжа… он совсем другой. Стало быть уважает меня больше, чем я сама себя. Вот ведь Вилка — идиотка: подошла к нему с дурацкими стереотипами и решила поймать на старую как мир удочку с соблазнением.

А всё Стефан!! Насоветовал! Такой подход применим к кому угодно, но не к человеку с моральными принципами такого уровня, тут примитивом многого не добьёшься. В итоге теперь ещё и так опозорилась, что Сергей подумает обо мне?

Я оделась, но оставалась сидеть на полу.

— Серёж… — он повернулся, и наши глаза встретились.

И вдруг в его взгляде я увидела глубокую боль. Он словно внезапно постарел лет на 20, осунулся.

— Это ты прости, — тихо сказала я, — не знаю, что на меня нашло. Я захотела этого.

Боль в его глазах сменилась растерянностью, а потом так же постепенно — неизбывной теплотой. Горячо прильнула к Серёжке и он обнял меня. Сердца бешено колотились в общем ритме.

И сейчас я, пожалуй, впервые за долгое время не почувствовала вины перед Стефаном. Наоборот — какую-то злую досаду, словно Учитель покусился на моё заветное. И он не посмеет отныне иронизировать над моей слабостью! Я живая женщина, я хочу мужской ласки, любви, тепла, которых не имею уже два года! Если до этого не обращала особого внимания на данную потребность тела, то сейчас ясно осознала, как изголодалась по ним. А Учитель лишь дразнил, удерживая, как сказала Анжелка, на «сексуальном поводке», распаляя фантазии и желания, но не давая даже надежды на их осуществление, дабы поддерживать во мне верность и преданность.