Larka - Волки

— Никаких воинственных кличей, радостных потрясаний оружием и обезьяньего стука в выпяченную грудь! Представьте, что в гости заглянула сама смерть — и работает тихо, сосредоточенно и деловито. Именно работает — профессионально и с ясной головой, — так наставлял ло Эрик своих напарников по пути сюда.

И судя по особому блеску чуть сощурившихся родных глазах, Рейя только сейчас начала в полной мере соображать, кто же ей достался. Волчара, который без единого звука выныривает с той стороны, откуда его никогда не ждёшь — и без лишних велеречий принимается рвать глотки… сержант от осознания таких истин вообще позеленел да проблевался маленько. Но ничего, снежка со льдом пожевал, отдышался, да потопал дальше с весьма решительным видом…

Грязная, тяжёлая — однако необходимая работа. Убей, и не будешь убитым — бесконечно старая, но до сих пор никем так и не опровергнутая истина… ло Эрик с чавканьем провернул радостно блистающее копьё в ещё подёргивавшемся брюхе жирного то ли ключника, то ли управляющего, и оглянулся. Забрызганная зелёной и алой кровью Рейя пошуровала у какого-то сооружения в углу коридора, и в ухо лорда ввинтился её отразившийся от стен шепоток:

— Штандарт над шпилем поднят — барон нынче в замке!

С одной стороны, это хорошо, молча рассудил кивнувший в ответ ло Эрик. Есть шанс прищучить злодея в его логове. А с другой — старшая Рейя упрямо твердила, что у барона Рей Альт вполне может оказаться тоже какое-нибудь волшебное и особо злющее оружие.

Давящая роскошь внутреннего убранства замка сама по себе наводила на просто-таки непреодолимое желание сделаться тихими и незаметными. Впрочем, полночные диверсанты и сами к тому стремились. И всё же, это пышное и мрачное великолепие давило, тяготило. Алое и чёрное, кровь и тьма. В такой обстановке поневоле и сам соображеньем поплывёшь…

Всего на миг ло Эрик замешкался, выдёргивая застрявшее меж рёбер задремавшего часового навершие копья, как второй очнулся от дрёмы и сразу замахнулся здоровенной щербатой секирой… время словно замерло, сжавшись в еле сыплющуюся струйку мгновений…

Но мелькнула рядом тень. Пролетела, толкнув в бок, и голова стражника словно взорвалась хрустом перемалываемых костей — то напрыгнувший двереед сообразил подсобить так славно угостившему его нынче лорду.

— Может, и ему мозгов добавить? — пробормотал ло Эрик, наконец справившись с оружием, и проворно прянул в сторону.

Мимо лица со змеиным посвистом мелькнул бич — с тем, чтобы развалить горло сунувшегося в коридор из внутренних покоев демона в засаленном халате и со светильником в когтистой лапе.

— Арг-гх… — булькнул тот розовыми пузырями.

Но уже запрыгнул сюда с первого этажа сержант с окровавленной железной палицей и с короткого замаха разможжил башку незадачливому полуночнику.

Миг-другой они прислушивались к зловещей тишине, поводя во все стороны бешеными взглядами, и наконец ло Эрик мотнул головой в подсказанную его Рейей сторону. Нюхом чует стервеца… но едва нападавшие без единого звука погасили ещё двоих стражников, стоявших на галерее возле дверей в баронскую опочивальню, как изнутри вымахнула бешено, нестерпимо визжащая тень.

Ло Эрик ещё увидел, как не ожидавший такого сержант неловко отмахнулся оружием от сияющего росчерка неистовой ярости — и отлетел в снопах оранжевых искр. А затем его лапочка Рейя зашипело сердито, увернулась в неимоверном прыжке — для её бича дистанция оказывалась ой какой мерзкой! Почти впритык, не размахнуться.

И снова мгновения послушно замедлили свой бег. Блистающий клинок медленно, словно под водой, приближался к плечу рвущего в усилии жилы, но всё же никак не успевавшего развернуться, будто застрявшего в липком клее времени ло Эрика. Здоровенный мускулистый красавец с той стороны уже щерился радостным оскалом, а слух терзал его радостный крик победителя…

Рейя Митриллион просто выпрямилась и шагнула под удар, приняв его всею вытянутой в струнку фигуркой, гордо и непреклонно заслонила повелителя своих дум… и время вновь обрушилось на плечи своей мягкой, однако неумолимой поступью.

Удар блистающего клинка оказался страшен — он отшвырнул, опрокинул обоих назад. И обмякшую женщину, и рассерженным волчарой вынырнувшего из-за неё ло Эрика.

— Присмотри за ней! — бросил он в сторону неуверенно, кое-как поднимавшегося сержанта, и прыгнул вперёд.

Ярость и азарт остались где-то там, на самом краешке вдруг ставшего кристально-чистым и ясным сознания. Это уже не просто бой — поединок. Первый удар неистовой молнии в руках молодого лорда барон отразил — и вспышка света словно громом ударила в незримый вселенский колокол.

Вскипела кровь в стоящей на резном столике чаше, чадным огнём занялись свисающие с невидимых во тьме балок стяги, эти свидетели былых побед и померкшей ныне славы. За стенами с тяжёлым усталым вздохом сорвалась с места уснувшая было лавина и унеслась вниз. А в суматошной пляске обезумевших на небе цветных пятен звездочёты могли бы нынче почерпнуть немало страшных, вдруг открывшихся тайн.

Волчара пришёл!

И никак не привыкшему прятаться за рядами солдат барону сходиться в безумии схватки с этим хладнокровным убийцей… удары сыпались как тяжкие испытания судьбы. Напрасно Рей Альт доселе полагался на мощь ни разу не подводившего оружия — в руках соперника блистало ничуть не худшее. Да вот только, умением бойца и фехтовальщика ло Эрик напрочь превосходил разом потерявшего своё высокомерие противника.

В несколько высверков всё оказалось кончено. С презрительным шипением Хрустальное Копьё подбило вверх жалобно застонавшую Хрустальную Шпагу. Подбросило выворачивающим из ладони ударом — с тем, чтобы тут же словно поднырнуть под невидимое препятствие.

И как-то неубедительно клюнуть в грудь обезумевшего от страха демона. Словно удар тараном или попадание крепостной баллисты, этот укол света отбросил прочь судорожно задёргавшееся в хрусте переломанных костей тело с разваленной надвое грудью…

Верхняя галерея вместе с выходом из баронских покоев уже не просто чадила, а откровенно и недвусмысленно пылала. Струйками праха и мрака обтекал ещё недавно великолепный трон на возвышении, куда пришлась вырвавшаяся из клинка повелителя молния.

Но один бесконечно усталый и одинокий человек этого не видел. На его коленях, в его объятиях умирала единственная для него женщина, и весь мир разом потускнел, потерял смысл своего существования.

— Холодно, мой Рей… боги, до чего же холодно…

Со страшным вскриком она вздрогнула и обмякла. Откинулась и упала навзничь только что упрямо цеплявшаяся за своего лорда рука.