Тэд Уильямс - Дорога ветров

— Верно, я Уле Фреккесон. А откуда ты знаешь мое имя?

Изорн спешился и шагнул к нему.

— Я Изорн, сын Изгримнура из Элвритсхолла. Твой отец был одним из самых верных товарищей моего отца. Разве ты не помнишь меня, Уле?

Это заявление не вызвало ничего, кроме мимолетного шепота и шелеста сухих веток вокруг поляны. Если Изорн рассчитывал, что сидящие перед ним люди немедленно заключат его в крепкие объятия, его ждало полное разочарование.

— Ты малость подрос с тех пор, как я видел тебя в последний раз, парень, — сказал сын Фрекке. — Но ты и верно похож на старого герцога. — Он внимательно смотрел на Изорна. Казалось, что-то происходит с тихой яростью этого человека. — Твой отец больше не герцог, и все его люди объявлены преступниками. Так чего тебе от нас надо?

— Мы пришли просить вашей помощи. Многие в этой стране оказались бездомными, и вот они стали собираться вместе, чтобы попытаться общими силами вернуть украденное у них. Я привез вам известия от моего отца, законного герцога, и от Джошуа из Эркинланда, который будет сражаться на его стороне против Скали Остроносого.

Удивленный шепот становился все громче, но Уле не обращал на него никакого внимания.

— Это грустная шутка, парнишка. Твой отец погиб в Наглимунде вместе с твоим принцем Джошуа. Нечего морочить нам головы сказками о гоблинах только потому, что тебе захотелось снова управлять послушной кучкой домашних мужиков. Мы теперь вольные люди. — Некоторые из его товарищей громким ревом выразили свое согласие.

— Вольные люди? — В голосе Изорна слышалась еле сдерживаемая ярость. — Да вы посмотрите на себя! Посмотрите вокруг! — Он обвел рукой поляну. Эолер поразился, увидев такую перемену в молодом человеке. — Вы вольны скрываться в лесу, как паршивые собаки, которых хозяин выставил на мороз! Это вы считаете свободой? А куда делись ваши дома, ваши жены и дети? Мой отец жив… — Он помолчал, пытаясь справиться с волнением. Эолер подумал, что последнее утверждение внезапно показалось юноше совсем не таким очевидным, как ему хотелось бы. — Мой отец вернет себе свои земли, и те, кто будет помогать ему, тоже получат свое — и больше того, потому что когда мы разберемся со Скали и его кальдскрикцами, у нас останется много безмужних женщин и необработанных полей. Каждый, кто пойдет за нами, будет хорошо вознагражден.

Грубый хохот прервал его речь, но это был смех удовольствия, а не издевки. Эолер, чья чувствительность была отточена годами придворных переговоров, решил, что чаша весов начинает склоняться в их сторону.

Уле внезапно поднялся с места, обтрепанная меховая одежда придавала его огромному телу еще большее сходство с медведем. Шум вокруг стих.

— А скажи мне тогда, Изорн сын Изгримнура, — прорычал он, — скажи мне, что случилось с моим отцом, который всю жизнь служил твоему отцу? Он тоже ждет меня в конце пути, как и изголодавшиеся по мужчинам вдовы и заброшенные поля, о которых ты тут говорил?

Ясноглазый Изорн не вздрогнул. Он медленно набрал в грудь воздуха.

— Фрекке был в Наглимунде, Уле. Замок пал после долгой осады короля Элиаса. Немногим удалось бежать, и твоего отца не было среди них. Но если он и погиб, то погиб храбро. — Юноша умолк на секунду, вспоминая. — Он всегда был очень добр ко мне.

— Проклятый старик любил тебя как родного внука, — с горечью произннес Уле и, пошатываясь, шагнул вперед. В следующую секунду оглушительной тишины Эолер судорожно нащупывал меч, проклиная свою медлительность; потом Уле сжал Изорна в сокрушающем ребра объятии, чуть не подняв его в воздух.

— Прокляни, Боже, Скали. — Слезы оставляли следы на грязном лице риммера, — Этот проклятый дьяволом убийца! Кровная месть! — Он отпустил Изорна и вытер лицо рукавом. — Остроносый должен умереть. Тогда мой отец будет смеяться на небесах!

Изорн мгновение смотрел на него, потом слезы наполнили глаза молодого человека.

— Мой отец любил Фрекке, Уле, — сказал он. — И я любил его тоже.

— Кровь на древе, неужели в этом проклятом месте не найдется ничего выпить?! — закричал Диннир. Оборванные люди со всех сторон подходили к костру, чтобы приветствовать Изорна, вернувшегося домой.

— То, что я собираюсь сказать вам, будет звучать весьма странно, — сказала Мегвин. Волнуясь больше, чем ей хотелось бы, она стала расправлять складки своего старого черного платья, стараясь оттянуть неизбежное начало. — Но я дочь короля Лута, и я люблю Эрнистир больше собственной жизни. Я скорее вырву свое сердце, чем смогу солгать вам.

Ее люди, собравшиеся в самой большой пещере под Грианспогом — громадном зале с высоким потолком, в котором вершилось правосудие и раздавалась пища — внимательно слушали. То, что собиралась сказать Мегвин, могло и в самом деле оказаться странным, но они были намерены выслушать ее. Что могло быть настолько странным, чтобы нельзя было в это поверить, когда мир, в котором они оказались, полон такого безумия?

Мегвин оглянулась на Диавен, стоявшую у нее за спиной. Предсказательница, чьи глаза лучились каким-то личным счастьем, одобрительно улыбнулась.

— Скажи им! — прошептала она.

— Вы знаете, что Боги приходили в мои сны и говорили со мной, — громко сказала Мегвин, — они вложили в мою голову песню древних дней и научили привести вас сюда, в каменные пещеры, где мы в безопасности. Потом Куам Земляная Собака, бог глубин, повел меня в тайное место, которого никто не видел со времен Тестейна — место, где боги приготовили подарок для нас. Ты! — Она указала на одного из писцов, которые вместе с Эолером спускались в Мезуту'а, чтобы скопировать карты дворров. — Встань и расскажи людям, что ты видел.

Старик встал, пошатываясь, для поддержки опираясь на руку одного из своих молодых учеников.

— Это действительно был город богов, — проговорил он дребезжащим голосом. — Глубоко в земле был город — больше, чем весь Эрнисадарк и шире, чем залив в Краннире. — Он развел в стороны тощие руки в бессмысленной попытке показать величину подземного города. — Ив том месте были существа, каких я никогда не видел, шепчущие в тенях. — Теперь он воздел руки к небу, и многие в толпе поспешно начертали в воздухе знаки, отгоняющие зло. — Но они не причинили нам вреда, а только отвели нас в потайные места, где мы сделали то, о чем просила нас принцесса.

Мегвин велела писцу сесть и продолжила:

— Боги показали мне этот город, и в нем мы нашли вещи, которые помогут нам переломить ход битвы со Скали из Кальдскрика и его хозяином, Элиасом из Эркинланда. Эолер отвез их нашим союзникам — вы все видели, как он уезжал.

По всей толпе закивали головы. Для находящихся в полной изоляции людей, а именно такими стали эти подземные жители, такое событие, как отъезд графа Над Муллаха с загадочным поручением, стало объектом пересудов на несколько недель.