Олеся Шалюкова - Контракт на конец света

Снова подняв уже даже не сопротивляющуюся Таисию на руки, он вперил задумчивый взгляд в Реля.

— И? Что еще доброго ты припас?

— Родителей там не будет, не дергайся. Гораздо хуже, что там будет она.

Последнее слово темный произнес тихим–тихим шепотом. Как маленькие дети, если они чего–то не видят, значит, страшного нет. Так и здесь, если он говорит тихо–тихо, значит, та таинственная «она» не услышит, и чего–то не случится.

— Как же так?! — растерялся Дар. — Она же в ссылке!

— Была.

— Была?! Ей еще было в ледниках сидеть несколько лет!

— Выпустили. Раньше срока. За… лояльность и раскаяние.

Кажется, светлому эльфу тоже очень захотелось сказать что–то очень доброе и лояльное, но не при дамах — и он сдержался.

— Бывают предложения, от которых не отказываются… Тая.

Девушка открыла глаза, хотя и далось ей это с трудом.

На этот раз с трудом сдержался Рель.

— Светлоэльфийские манеры тут не помогут, — пробормотал он, наконец, рассмотрев, в каком плачевном положении их личная головная боль. — Дар, иди за мной. Воспользуемся малым алтарем. Взывать некому, но вот привести в порядок ее покореженные меридианы — вполне получится. Заодно расскажешь, что случилось.

— Зачем тянуть, зачем так долго ждать. Магию посмотри вокруг.

— Какая еще магия вокруг? С учетом той бездны, которая в центре Гелена, никакая…

— Проверь, — прервал Дар Реля. — Просто возьми и сделай это.

Когда Дар начинал говорить таким голосом — проще было послушаться.

Обычная картинка магической составляющей Гелена — представляла собой пелену тумана где–то чуть выше второго этажа зданий. Чем ближе к центру города — тем тоньше она была и прерывистей. Ближе к краям города — она постепенно приобретала плотность и даже цвет.

С трактованием все было просто — чем тоньше покров магической структуры, тем слабее заклинания можно использовать. Цвет — это своеобразный множитель, усилитель для заклинаний той или иной школы. От чего цвет зависел, современное поколение уже не знало, а тех, кто был в курсе — уже не осталось.

Возвращаясь к Гелену, еще пару часов назад все было просто. Тоненькая прослойка магической энергии, которой хватало разве что на зажигание свечей без огнива и завязывание галстука без рук, исчезла. Вместо нее в воздухе колыхалось огромное ватное одеяло, переворачивалось, скручивалось, и все пыталось устроиться удобнее.

— Я этого не видел, — пробормотал Рель, резко выключая магическое зрение и двинувшись к дверям дома. — Это сделала она сама?

— Как всегда, мой темный друг, ты очень точно улавливаешь суть. Нет. Это вышло из–под контроля.

— Я думал, хуже быть не может. Я ошибся. Все еще хуже, чем есть. Мелкая, за какие грехи прошлой жизни, в этой мы встретили тебя?!

— Видимо, грешили не только много, — отозвалась Тая через силу, — но еще и делали это без огонька.

— Как это без огонька?! — опешил Рель, а потом осознал: — Мелкая, ты же издеваешься!

— Есть немного. Просто ты с такой тоской вселенской говорил обо мне, как о полном чудовище, что я не удержалась! А, кстати, раньше можно было узнать? О своих прошлых жизнях?

— Да, — кивнул Дар, следуя вслед за Релем по коридору городского особняка.

Тая краем глаза изучала картины на стене, доспехи и боролась со сном.

Получалось местами удачно, местами не очень. Поэтому и слова Дара долетали то четко, то смазано.

Что–то про богов она слышала определенно, как и про их служителей.

О том, что для этого надо сделать — уже нет.

Дальше так и пошло. Местами — провал, местами — в сознании.

Когда Дар спрашивал Реля, куда делись Кантарр с Гаршем, Тая была в сознании. Когда темный отвечал, уже нет.

Она еще отмечала, что ее вертели как куклу, чем–то натирали. Она еще осознавала себя, когда две служанки опускали ее в воду. Как ее мыли — не помнила.

Пришла в себя Таисия окончательно у зеркала. Точнее, что это зеркало ей даже не пришло в голову. Она стояла в темном коридоре, меж двух доспехов, а впереди была чудесная статуэтка, чья–то большая кукла.

Неизвестный мастер создал из белого фарфора, металлов, шелка и драгоценных камней настоящее произведение искусства.

Кукла была белоснежной, не очень высокой, скорее по росту она походила на миниатюрных светлых эльфов. Белоснежная кожа была окутана мягким сиянием. Словно жемчуг в лунной дороге переливался, чудесно и завораживающе. Волосы, убранные в сложную прическу, удерживались в повиновении жемчужной сеткой.

Платье было цвета тумана, с серебристой искрой. По подолу, краю декольте и по рукавам шла полоса вышивки. Серебристая нить свивалась в тонкие завитки защитных рун.

На плечах у куклы, словно она могла замерзнуть, лежал белоснежный мех.

Желая рассмотреть диковинку, Тая шагнула ближе и… куда делась апатия. Увидев, как ожила статуя и шагнула вперед, девушка завизжала. Сбоку, из кабинета показался Дар с книгой, за ним Гарш. Из комнаты напротив выскочил Кантарр с мечом наперевес.

И все трое застыли, изучая перепуганную девушку.

— А… Простите, — повинилась девушка, кутаясь в мех. — Я тут… в себя пришла… а она шагнула… В общем…

— Какая красивая, — ахнул Гарш, — Тая, какая же ты красивая!

— Как привидение, — буркнула Таисия. — Сама себя за привидение посчитала и перепугалась.

Кантарр засмеялся, шагнул ближе, подхватывая девушку на руки и покружив.

— Милая, красивая. Мы за тебя перепугались, а тут за себя бояться надо. Вот сейчас как выйдем, а там на тебя слетятся все окрестные темные эльфы. Сватать будут.

— Ни–ни–ни! — замотала девушка головой, положив ладони на плечи Кантарра. — Это плохая идея. Какая из меня невеста, или того хуже — жена?!

— Самая красивая, — сообщил мужчина с улыбкой. — Самая чудесная. Ну, мандраж прошел? В себя пришла? Готова отправляться на бал и покорить там всех с первого взгляда?

— С первого я буду прятаться, — пробормотала Тая.

— Так мы тебе и позволим, — осторожно опустив девушку на пол, Кантарр предложил ей руку. — Идем вниз? Гарш, поторопи Реля. Он уже задерживается на двадцать минут. Дар, ты готов?

Светлый эльф нырнул в кабинет, чтобы оставить книгу, и появился уже в темно–синем плаще.

Взгляд Таи метнулся к нему, потом к Гаршу, на Кантарра и девушка расплылась в шальной счастливой улыбке.

— Меня на бал сопровождать будут четыре кавалера. Всем на зависть!

Хорошее настроение красавицу — «куклу» сопровождало долго. Пока они шли мимо аккуратных домиков, в которых жили обычные эльфы. Пока летели мимо особняков в экипаже, запряженном шестеркой грифонов.