Лабиринт кривых отражений - Светлана Алексеевна Кузнецова

— Последняя.

— Не устраивал бы забегов по дворцу, лекарь прибыл бы сразу в сад.

— Я… — в горле у Лернэя пересохло, и он умолк.

— Покушение, глупец ты светлый, — пробормотал Край тихо, но его конечно же услышали. — Тебя убить хотели. Но с другой стороны… беготня, кровь разгоряченная. Оно на пользу. Яд по организму разогнал, конечно, но и нейтрализовал. Все же в роду маги жизни — это многое значит.

Кто-то ахнул. Распался круг.

— Я сама лекарка! — воскликнула Серцэа и отпихнула в сторону такого страшного, не пользующегося артефактом подавления некроманта. — А ну брысь с дороги!

***

— Зачем меня кому-то… убивать? — спрашивал Лернэй, сидя уже в своей комнате и отпивая травяного отвара.

Край сидел в соседнем кресле и пил отвар вместе с ним.

— Власть, — ответил он. — Как обычно. Ты в том разве сомневаешься?

— Как показали недавние события, — произнес Лернэй. — Я слабый и глупый светлый недомаг. Объясняй раз знаешь ответ.

— Ты далеко не слабый и вовсе не глупый, не нарывайся на похвалу, — вздохнул Край. — Я в принципе хвалить не умею. И я ведь не Лео, не в состоянии понимать всех.

— Мне жаль, — искренне посочувствовал Лернэй. О гибели некроманта во дворце узнали почти сразу.

— И мне.

Помолчали.

— И все же? — поторопил Лернэй. — Мне любопытно.

— Значит, почти выздоровел, — усмехнулся Край. — Скажи, ты за жалостью к себе и за погибшим домом не забыл, что по сути являешься главой империи?

— Я?! — вот такого Лернэй точно не ожидал. — Я не имею на престол и венец никаких прав!

— Верно, — кивнул Край.

— Мой род пусть и входит в число элитарных, но не вхож в очередь наследников.

— Оттого тебя и выпустили к нам, верно.

— Тогда… Как?..

— Фактически, — вздохнул Край. — Ты единственный чиновник при власти, Лерн. Все прочие послы были отозваны и вернулись в империю накануне прорыва. Ты единственный замешкался.

— Потому что ты сделал все, чтобы…

— Да. Я задержал. Ты в обиде?

Конечно же Лернэй в обиде не был. Наоборот. А еще до него начало доходить.

— Наместник? Я теперь…

— Тот, кто может назначить нового империуса. Любой самопровозглашенный, пусть весь орден хоть на хвалы изойдет, по сути незаконен.

Глава 29

Смех Сестрия стал громче и… протяжнее.

— А ты думал, я стану дожидаться визита и ничего не предприму? Стану оплакивать свою участь? — захлебываясь хохотом словно в истерике, проговорил он. — Мой дом — моя крепость, и не твоим соплякам взять ее!

Лео вскочил с кресла. Женька не уловила момента, когда за его спиной возникла черная тень. Некромант облачился в нее, как в маскарадный костюм. Облачился, шагнул к Сестрию и… застыл.

— Мы — цивилизованные люди, — напомнил Сестрий, посерьезнев. — Интригуем, пользуемся услугами наемников, чтобы не мараться самим, делаем очень многое. Так, чтобы даже просто словосочетание светлый маг не ассоциировалась с практическим применением магии. Спорим, не ответишь, когда я магичил при тебе в последний раз. Потому что я не пользовался магией при тебе никогда, НИ РАЗУ, Лео! Даже убить вас — троих далеко не слабых некромантов — я сумел иным образом, совсем не магическим. Но значит ли это будто я никчемен? О! Мне очень хотелось, чтобы у тебя и тебе подобных создалось такое впечатление! — Сестрий схватил со стола нож (с виду самый обыкновенный) и направил его на некроманта.

Лео вытянулся в струну, встав на мыски, и выгнувшись назад. От острия ножа к его шее протянулась белая нить и принялась поглощать, растворять, уничтожать тьму.

— Ты забыл, призраков сложно, но вполне возможно уничтожить, Лео. Ты не учел, что не только некромантам принадлежат знания в данной области. И — я ведь ни разу не интересовался и не спрашивал — забыл о коллекции книг по данной теме в собственной библиотеке, в которую я много лет как был вхож бесконтрольно! Оставайтесь на месте, барышня! — этот окрик предназначался уже Женьке. — И нож положите, я успею раньше.

Женька медленно отложила на столешницу нож. Все равно таким: с закругленным кончиком, нанести мало-мальски серьезную рану не вышло бы. Ни горло не перерезать, ни в живот ткнуть. Пусть Женька никогда не испытывала тяги к жестокости, Сестрия ей невероятно хотелось уничтожить. А особенно, когда он сказал:

— Я непременно завоюю ваше расположение, милая барышня. Я в состоянии исполнить любой ваш каприз, буду внимателен и учтив, предусмотрителен. Вы ни в чем не будете нуждаться и со временем забудете сегодняшний вечер как малоинтересный и ничем не примечательный. Мы уйдем отсюда победителями, мы уедем из безрадостного королевства, оскверненного тьмой. На континенте есть немало поистине замечательных мест и местечек.

Женька стиснула зубы. Уподобляться героиням многочисленных глупых романчиков и фильмов, заламывающих руки и закатывающих истерику с визгами-писками на тему «никогда», «не бывать этому», «я умру, но не сдамся» ей не хотелось. Она предпочла бы, чтобы этот «лоснящийся козел» вообще забыл о ней или хотя бы перевел тему разговора: время Лео стремительно иссякало. Вот уже тьма исчезла с его лица, и принялась освобождать грудь…

— Ответьте уже на вопрос, — прошипела Женька.

— Желание моей прекрасной барышни — закон, — препротивно улыбнулся Сестрий.

В окно снова ударили, в другое забарабанили. Прозвучало несколько выстрелов. Наверняка, Сестрия сквозь стекло выцелил кто-нибудь из стражников. Наверняка, он даже не промахнулся, только толку от того было чуть: стекло не только не разбилось, на нем не появилось ни трещины.

— Право, если бы один глупый некромант меньше горевал из-за гибели проклятой преступницы, расстроившей величайший замысел Света, меньше трясся над проклятым младенцем и меньше влезал в чужие дела, спасая никчемных обывателей, он и сам догадался, что просто так дохлятины не произносят ничего, — заговорил Сестрий с интонацией полной себялюбивого величия. Благо хоть говорил достаточно быстро и, пожалуй, информативно. — И уж будь у этого глупого некроманта чуть больше времени, он понял, что сотрясаться просто так из-за каких-то мало значащих звуков, мир не станет. Не в природе мироздания шататься туда-сюда.

— Заклятие… — просипел Лео.

—