Отступник. Изгнанник. Воин - Сальваторе Роберт Энтони

– Убежал? – эхом повторил Дзирт на языке гномов, не совсем уверенный в его значении.

– Убежал... ммм... умчался прочь, – объяснил Селдиг.

Он посмотрел на другого свирфнеблина, который тут же притворился испуганным насмерть, а затем, спотыкаясь, сделал несколько неистовых прыжков назад. Другие глубинные гномы зааплодировали этому представлению, и Дзирт присоединился к общему хохоту.

– Ты бежал от василиска до того, как встретился с ним взглядом, – подвел итог Селдиг.

Дзирт немного смущенно пожал плечами, и Селдиг предположил, что он что-то недоговаривает.

– Так ты не убежал?

– Я не мог... убежать, – объяснил Дзирт. – Этот василиск вторгся в мои владения и убил моих рофов. Дом... – Он остановился, подыскивая соответствующее слово на языке свирфнебли. – Убежище, – сказал он наконец, – не такая уж обычная вещь в дебрях Подземья. Раз обретенное и надежное, оно должно быть защищено любой ценой.

– Ты сражался с ним? – выкрикнул чей-то голос.

– Бросал в него камни? – спросил Селдиг. – Это единственно возможный способ.

Дзирт бросил взгляд на кучу валунов, которыми глубинные гномы швыряли в статую, затем оглядел свою худощавую фигуру.

– Мне даже не поднять такие глыбищи, – засмеялся он.

– Тогда как? – спросил Селдиг. – Ты должен нам рассказать.

Теперь у Дзирта была тема для рассказа. Он на несколько мгновений замолчал, собираясь с мыслями. Понимая, что его ограниченное владение языком гномов не позволит изложить столь замысловатый сюжет, он решил его проиллюстрировать. Он нашел две палки, с которыми обычно ходили свирфнебли, и предложил своим зрителям считать их саблями, затем испытующе осмотрел конструкцию статуи, чтобы убедиться, что она выдержит его вес.

Молодые глубинные гномы в возбуждении собрались вокруг него, пока он восстанавливал ситуацию, рассказывая о своем заклинании, вызывающем шар темноты (и действительно разместив один такой прямо за головой василиска), и описывая местоположение Гвенвивар, его подруги-пантеры. Свирфнебли сидели с открытыми ртами, подложив под себя руки и наклонившись вперед, и ловили каждое его слово.

В их воображении эта статуя превратилась в ожившего, тяжело передвигающегося монстра, а Дзирт, этот чужак в их мире, прятался в тени позади чудовища.

Представление шло своим чередом, и настал момент, когда Дзирту надо было изобразить свои движения в этой битве. Свирфнебли дружно ахнули, когда он легко вспрыгнул на сатину василиска, осторожно нащупывая каждый шаг к голове этого существа. Дзирта захватило их возбуждение, и это еще более оживило его воспоминания.

Все вдруг стало таким реальным.

Глубинные гномы подошли ближе, предвкушая ослепительную демонстрацию мастерского владения оружием со стороны этого замечательного дрова, который явился к ним из дебрей Подземья.

И тут случилось нечто ужасное.

Только что Дзирт играл, развлекал своих новых друзей рассказом об отваге и технике боя. В следующий же момент, как только дров поднял одну из своих «сабель» и ударил искусственное чудовище, он перестал быть Дзиртом. На спине василиска стоял охотник, точно так же как он стоял в тот день в далеких туннелях возле поросшей мхом пещеры.

Палки вонзились в глаза монстра, с неистовой жестокостью обрушились на каменную голову.

Свирфнебли отступили назад: некоторые – от страха, другие – из разумной осторожности. Охотник разошелся вовсю, камни крошились и трескались. Кусок камня, из которого была сделана голова бестии, раскололся и упал, при этом темный эльф сделал кувырок назад. Дважды откатившись, охотник вскочил на ноги и вновь бросился в атаку, неистово размахивая своими «саблями». Деревянное оружие расщепилось, и по рукам Дзирта текла кровь, но он, охотник – не желал отступать.

Сильные руки глубинного гнома схватили дрова за запястья, пытаясь успокоить его. Охотник ринулся на своих новых противников. Они были сильнее, чем он, и двое крепко держали его, но несколько ловких обманных движений сбили свирфнебли с ног. Охотник ударил их в коленные чашечки, упал на колени сам, обернувшись вокруг себя, и швырнул гномов вперед.

Охотник вновь был на ногах, изломанные ятаганы были готовы встретить нового противника, двинувшегося на него.

Белвар не выказывал ни малейшего страха, его руки были беззащитно раскинуты в стороны.

– Дзирт! – снова и снова взывал он. – Дзирт До'Урден!

Охотник увидел молот и кирку, и вид мифриловых рук разбудил в нем успокаивающие воспоминания. Внезапно он опять стал Дзиртом. Потрясенный и пристыженный, он уронил палки и посмотрел на свои исцарапанные руки.

Белвар подхватил потерявшего сознание дрова,. поднял его на руки и понес назад в свое жилище.

Дзирта мучили тревожные сны: воспоминания о жизни в Подземье и о той, другой, темной стороне его сущности, от которой он не мог избавиться.

– Как мне все это объяснить? – спросил он хранителя туннелей, когда тот нашел его сидящим на краю каменного стола позднее в тот же вечер. – Что я могу сказать в свое оправдание?

– Никто не ждет от тебя оправданий, – заверил его Белвар.

Дзирт недоверчиво посмотрел на друга.

– Ты не понимаешь, – начал он, размышляя, как бы помочь гному проникнуть в суть того, что на него накатило.

– В течение многих лет ты жил в Подземье, – заговорил Белвар, – выживая там, где не смогли бы выжить другие.

– Но выжил ли я? – выразил свое сомнение Дзирт.

Рука-молот нежно потрепала дрова по плечу, и хранитель туннелей уселся рядом с ним на стол. Так они и просидели всю ночь. Дзирт больше ничего не говорил, а Белвар ни о чем не спрашивал. Он знал, что его задача на эту ночь молчаливая поддержка.

Они не знали, сколько прошло часов, когда до них донесся из-за двери голос Селдига.

– Выходи, Дзирт До'Урден, – звал молодой гном. – Выходи и расскажи нам еще что-нибудь о Подземье.

Дзирт пытливо посмотрел на Белвара, проверяя, не является ли эта просьба частью какого-то хитрого трюка или злой шутки.

Улыбка Белвара рассеяла все подозрения.

– Магга каммара, темный эльф, – захихикал глубинный гном. – Они не отстанут от тебя.

– Отошли их, – попросил Дзирт.

– Неужели тебе не терпится сдаться? – возразил Белвар с явным оттенком раздражения в его обычно мягком голосе. – И это ты, который вынес все испытания, выпавшие на твою долю в глубинах Подземья?

– Слишком опасно, – с отчаянием сказал Дзирт, подбирая слова. – Я не могу справиться... не могу отделаться от...

– Иди к ним, темный эльф. Теперь они будут осторожнее.

– Этот... зверь... преследует меня, – пытался объяснить Дзирт.

– Возможно, так будет еще некоторое время, – небрежно ответил хранитель туннелей. – Магга каммара, Дзирт До'Урден! Пять недель не слишком большой срок.

Он несоизмерим с теми злоключениями, которые ты пережил за последние десять лет. Твоя свобода будет отвоевана у этого... зверя.

Лиловые глаза Дзирта увидели в темно-серых глазах Белвара Диссенгальпа одну лишь искренность.

– Но только если ты сам хочешь этого, – закончил свою мысль Белвар.

– Выходи, Дзирт До'Урден, – снова позвал Селдиг из-за каменной двери.

В этот раз и во все последующие дни Дзирт, и только Дзирт отвечал на стук в дверь.

Король миконидов наблюдал за темным эльфом, кравшимся по нижнему уровню поросшей мхом пещеры. Это был не тот дров, который ушел и которого знал человек-гриб, не тот Дзирт-союзник, с которым король установил единственный в его жизни контакт с темными эльфами. Беспечный в отношении собственной безопасности, одиннадцатифутовый гигант сполз вниз, чтобы перехватить чужака.

Дух-двойник Закнафейна даже не пытался спастись бегством или спрятаться, когда похожий на гриб миконид приблизился к нему. Рукоятки мечей Закнафейна уютно устроились в его руках. Король миконидов выпустил облачко спор, намереваясь завести телепатическую беседу с новоприбывшим.