Raavasta - Занпакто

Очнуться лицом в луже, такого со мной не было уже лет семьсот, как минимум. Хорошо хоть без остальных прелестей бурной ночи. Приподнявшись и обтерев ладонью лицо, я быстренько осмотрелась. Картина, открывшаяся моему взору, не радовала обилием красок и перспектив. Огромное пространство без видимых границ было залито по щиколотку красной жижей, отдаленно напоминающей кровь. Потолка или неба в этом месте не было, только угольная темнота и сопровождающий ее повсеместно полумрак. А еще здесь были пустые. Десятки, сотни, тысячи...

Безмолвные многометровые гиганты, обычные уроды стандартного размера и совсем уж какие-то мелкие тварюшки, замершие тесными рядами, отовсюду взирали на меня своими пустыми глазницами масок. Я оказалась в центре небольшого свободного пяточка, плотно окруженного со всех сторон, и радовать в такой ситуации могло лишь полное безразличие этих тварей к моей персоне. Хотя была у них у всех одна общая деталь, изначально не бросившаяся мне в глаза. Из той самой абсолютной небесной темноты к спине каждого пустого тянулось по какой-то жирной пульсирующей серой жиле, чем-то болезненно напомнивших мне культю Аарониеро. А одна из этих псевдо-щупалец, кстати, сейчас целенаправленно спускалась ко мне, разевая клювастую пасть.

На мгновение испугавшись, я быстро проверила свои силы, и как оказалось, никаких странных изменений в них пока точно не чувствовалось. Если я и оказалась во внутреннем мире Новены, а ощущения от моих прошлых визитов в подобные места были здесь очень схожи, то все мое по-прежнему оставалось при мне. И поэтому, не дожидаясь особого приглашения, я поднялась на ноги, выхватила цзянь из ножен и всадила увесистое бала прямо по зависшему надо мной отростку. Щупальца разлетелась кровавым гноем, но радость моя была недолгой. Словно по команде, разом зашевелились и заворчали все остальные обитатели этого места, не иначе как предыдущие жертвы Аарониеро. Времени на то, чтобы выжидать и размышлять, у меня явно не было, да и очень сомнительно, что все эти пустые захотели бы сделать мне что-то приятное. И поэтому первыми в ход пошли серо, щедро рассылаемые в разные стороны.

Сражаться в одиночку против целой армии? Ха! Вот уж не думала, что когда-нибудь окажусь втянута в подобное безумие. Однако факт оставался фактом. Эпическая битва с моим участием в главной роли набирал обороты с каждой новой минутой. Спасительным оказалось лишь одно - полная абсолютная непроходимая тупость нападавших, которые уперто ломились ко мне со всех сторон, мешая друг другу и непременно желая вцепиться в меня зубами и когтями. Не знаю, сколько мозгов было у всех этих ребят до того, как они угодили в нутро Новена Эспада, но сегодня они определенно не блистали интеллектом.

Самыми эффективными оказались серо, выкашивавшие целые аллеи в массе атаковавших, и своеобразная "картечь" из бала. Промахнуться по этой куче было невозможно при всем желании, а многим вполне хватало и одного попадания. Были, конечно, и те, кто покрепче. Поначалу даже попадались адьюкасы и гилианы, выдерживавшие удары серо, но такие как-то очень быстро закончились. В итоге мне оставалось просто кружиться и убивать, убивать, убивать. Три четверти пустых гибли под дальнобойными атаками. Оставшихся я угощала на ближних подходах белыми молниями. Хадо номер четыре до сих пор являлось моей самой слабой, но самой быстрой атакой, уверенно отправлявших в небытие обычных дырявых придурков. Совсем уж редким везунчикам пришлось тесно познакомиться с моими цзянями. О сюмпо совсем забывать тоже не получалось.

Сколько это побоище заняло по времени, я не знаю, но конца ему не было видно, а силы мои начали потихонечку истощаться. На заднем плане скакали мысли о том, что неплохо бы освоить какое-нибудь круговое серо или нечто не менее разрушительно-площадное из арсенала Бьяки-тян, но остальной разум и тело с методичностью автоматического механизма продолжали уменьшать поголовье безмозглых тварей. Удивительно даже, но в какой-то момент у этой бесконечной толкущейся массы далеко-далеко на самом сумрачном горизонте все-таки появился край. От радости я даже удвоила усилия, а дохлые туши врагов, валившиеся вокруг, продолжали медленно растворяться без остатка в красноватой жиже.

Последнего пустого я даже не запомнила. Вот очередь бала выкашивает новый ряд, какой-то уже реденький в сравнении с предыдущими, еще два сгустка энергии в пикирующих с неба ублюдков, молния в лицо засранцу топающему за спиной, разворот и... все. Я еще раз огляделась по сторонам на всякий случай и измождено рухнула на колени прямо в лужу. Над моей головой слабо трепыхались уцелевшие обрубки "марионеточных нитей", а вокруг воцарилась неожиданно приятная тишина.

И тем громче прозвучали в этой тишине шлепающие мокрые шаги. Повернув лицо в ту сторону, я уже хотела угостить бала последнего припозднившегося пустого, но от вида противника у меня по взмокшей спине пробежал очень даже такой нехороший холодок. Закинув на плечо увесистый трезубец, из полумрака ко мне направлялся человек в узнаваемом черном облачении. Шинигами шел, чуть склонив голову, от чего его лицо было скрыто под темной челкой, но вот пульсирующую вену, выходящую у него между лопаток и протянувшуюся наверх в темноту, я рассмотрела очень отчетливо.

Трезубец штука тяжелая и неповоротливая. Боец с трезубцем опасен за счет дистанции атаки, но недостатки в скорости и защите с тыла являются неизменной платой за это крошечное преимущество. Трезубец - оружие рыбаков и китобоев, с ним не выйти против ощетинившегося ряда копейщиков или одинокого мастера меча. Это я так думала всегда. До встречи с этим чертовым шинигами!

Если бы не предыдущая бойня, достойная стать частью любого варварского эпоса, то ситуация возможно и развивалась бы по-другому. Но отматывать время назад и что-то изменять не умел даже Лоренцо. В результате, я была выжата как тряпка, а марионетка Аарониеро гоняла меня своей трезубой оглоблей как трюмную крысу по всей этой жуткой затопленной равнине. В который раз я едва не наступила на грабли старых определений, позабыв, что имею дело не с материальным миром, а с духовными сущностями. Как бесполезно было надеяться на то, что сломается катана Сенбонзакуры, настолько же глупо оказалось пытаться биться привычным мне манером и с этим парнем. Трезубец он вертел одной рукой как невесомую тростинку, одним запястьем! А еще была вода, хлеставшая прямо из занпакто во все стороны и увеличивавшая силу вращения, а, следовательно, и мощь ударов, достававшихся мне. Отбивать такие атаки одной рукой в моем нынешнем состоянии было чистым самоубийством. Но, даже с разделенными клинками, мне приходилось задействовать для блокировки оба меча. Однако хуже всего было то, что буквально уже за пару первых минут я вымокла насквозь и начала замерзать, хотя как такое возможно в духовном мире, ума не приложу.