Владислав Римма Храбрых - Завод седьмого дня (СИ)

Говорить приходилось, повышая голос, чтобы перекрыть ор, пока Лиа металась по комнате и пыталась найти какое-нибудь решение при отсутствии света, молока и неработающей плите. На Карела она даже не смотрела.

Кое-как Май уснул, и Лиа отнесла его в кроватку, из которой Людде безнадежно вырос. Задержалась там на некоторое время, видимо, объясняясь с Дааном, вернулась и села перед Карелом.

– Ну, давай, рассказывай.

Карел принялся рассказывать, смотря в стол. Он не вдавался в подробности, решив, что Лиа не нужно знать об отце Мая, и старался, чтобы она не думала плохо об Альберте. Она и не думала: просто так вышло.

– Ладно, можешь парня оставить у нас, сам ты с ним явно не справишься. Найдешь Альберта – пригоняй, нет так нет. Сам, главное, заходи. На первых порах я готова помочь, но потом ему нужен будет хотя бы отец.

– Хотя бы отец у него есть.

Карел потер переносицу. Лиа задумчиво посмотрела на него, неодобрительно покачала головой.

– Ладно вы, дураки, Петерс тоже о чем думала. Но мальчишка-то почему должен из-за весь всех мучиться?

– Ну-ка, постой, – возмутился Карел, – а я-то тут при чем?!

Лиа смерила его холодным взглядом и ничего не ответила, но отношение ее ни на каплю не изменилось.

– Отлично, – раздраженно пробормотал Карел, – я теперь еще и во всем виноват.

– Не перегибай палку. Ты все сделал правильно.

– Тогда я не понимаю, о чем ты.

Лиа только пожала плечами – видимо, она сама не очень понимала, в чем его упрекает. Похоже, остаточная обида.

– Если сможешь, достань ему одежду и питание. Ты же где-то там работал, – дождавшись кивка, Лиа продолжила. – И обязательно оставь свой адрес, а то пропал куда-то, и не найдешь тебя. Мы уж думали, что с тобой что-то случилось.

– Я в порядке, – Карел пожал плечами, – давай бумагу, напишу адрес.

Лиа принесла ему огрызок бумаги и карандаш. Карел набросал несколько строчек, написал и свой этаж, и этаж Альберта. Почему-то ему казалось, что он теперь часто будет спускаться вниз: Мастер знает, что может случиться с Альбертом, когда он останется один.

Но лучше бы это уже прекратилось и все снова заработало. Ведь если бы не эта проклятая забастовка, у Петерс был бы шанс выжить.

– Ты же не участвуешь в этом?

Лиа коротко кивнула в сторону окна, за которым стояла стена дождя. Воды было все больше и больше. Карелу не верилось, что не прошло еще и недели, происходящее растянулось в его сознании на долгое время.

– Участвую, – признался Карел. – Все, кто не работает, участвует в этом. Из-за нас это все. Из-за тех, кто начал, и из-за тех, кто продолжил, потому что не может работать. Я не могу работать, я сижу и смотрю, чем все это закончится и когда. И ничего не могу сделать.

– Да уж, – протянула Лиа, – тут уж никто ничего не сможет сделать, кроме Мастера.

Карела так и подмывало сказать Лиа, кто же такой этот Мастер на самом деле, но он сдержался. Толку от этого не было никакого, а Лиа еще неизвестно как бы отреагировала. Мелочные чувства здесь совершенно ни к чему.

– И ты не знаешь, как это исправить, да? – в голосе Лиа, кажется, проскользнуло что-то вроде надежды.

– Ну, Лиа, – смущенно дернул щекой Карел, – ты за кого меня принимаешь? То, что я теперь работаю на Мастерской, не делает меня самым главным человеком в Заводе, ты же понимаешь

– Конечно, – Лиа хмыкнула и как будто отмахнулась от него. – Да, ерунда какая-то. Просто я устала разговаривать только с Дааном, мне кажется, я уже схожу с ума.

– Вполне может быть, – согласился Карел и напоролся на злой взгляд.

Он пожал плечами, решив не пояснять свою мысль. Кажется, сейчас все потихоньку начинают сходить с ума. Сложно остаться здоровым, когда за окном постоянно льет дождь.

– Когда это уже кончится, – Лиа тяжело вздохнула. – Я очень устала.

– Знаешь, – робко попытался утешить Карел, – мне тут говорили, что это продлится не больше недели. Всего ничего осталось.

Лиа презрительно хмыкнула.

– Да уж, неделя. А столько всего случилось, как будто уже год. И воды столько же. Вот сам подумай и скажи: почему бы им просто не открыть ворота? Тогда вода будет уходить.

Карел действительно подумал, потому что раньше ему эта мысль в голову не приходила. Но ведь она не могла не прийти в голову самому Мастеру, верно? Или хоть кому-то, кто мог бы это сделать.

– Ну, – с сомнением предположил Карел. – Потому что кому-то нужно, чтобы все было так, как есть сейчас.

– Резонно, – согласилась Лиа, барабаня пальцами по столу.

Она нервничала и, кажется, собиралась что-то сказать, но никак не могла собраться с мыслями.

– Пару дней назад видела Эльзу, – неуверенно начала Лиа.

– Эльзу? – Карел нахмурился.

– Сестра моя.

– Нет, я понял. И что они?

Лиа всмотрелась в его лицо.

– Тебе правда интересно?

– Ну да, – Карел пожал плечами. – А почему нет? В конце концов, мы были неплохо знакомы.

– Не самое лучшее знакомство, – рассмеялась Лиа и тут же осеклась. – Нет, я не буду ничего говорить. Это не мое дело, я ей все сказала много лет назад.

Карел пожал плечами. Да, он никогда не воспринимал Лиа и Эльзу как сестер, да и забыл об этом давно, воспринимая Эльзу только лишь как «жену Маркеса». Такой ярлык, конечно, мешал относиться к ней нормально, как бы Карел ни любил ее мать и сестру.

Да и Лиа, если честно, частенько бывает резкой, так что, может, Маркес не особенно-то и виноват.

– Ну, у них все в порядке?

– Не знаю, что ты представляешь под порядком. Они оба живы. А вот их ребенок – нет. Как у них в семье – не знаю, но мне показалось, что у Эльзы разбита губа. Может, простуда, или случайно запнулась, или еще что, а может, и, ну, сам понимаешь.

Карел кивнул. Примерно что-то такое он и предполагал, когда убеждал Альберта бросить Пет, только здесь уже никуда не свернешь. Почему-то Карел не сомневался, что Маркес может, если нужно, и хорошенько приложить. Даром что священник.

– А Маркес, не знаешь, кем теперь работает? Никогда не замечал, чтобы тут для него была работа.

– А работы у него и нет, здесь не думают о таких глупостях. Нет, Карел, я не знаю. Наверное, где-то в цехе. Понимаешь, я не разговаривала с Эльзой. Она прошла мимо меня, и мы сделали вид, что не знаем друг друга.

Карел подумал о том, смог бы он вот так пройти мимо Альберта. Вот Альберт бы смог, а он – вряд ли.

Завод меняет людей, порой очень сильно, но братья должны оставаться братьями. Было очень жаль, что они не смогли сохранить семью.

– И тебе не захотелось остановиться и хотя бы десять минут с ней поговорить? Столько времени вы не виделись, и ты даже не знаешь, чем она живет. Неужели все равно?