Дэйв Дункан - Живое божество

Здравый смысл говорил, что игра окончена. Гончие наконец завидели добычу и вот-вот схватят ее.

Но к черту здравый смысл! В дело оказался замешан материнский инстинкт Эшиалы. Ее ребенок в опасности!

– За мной, Ило! – крикнула она, удаляясь. – Бежим!

2

Архонт Рейм развлечения ради мастерил мебель с помощью рубанка и резца. Король Краснегара в изгнании предпочитал пользоваться волшебством. Рэп сотворил два великолепных кресла и поставил их на лужайке перед домом. Кресла он застелил удобными циновками ярко-фиолетового цвета. пикс в таком кресле утонул бы, но Рэп мог вытянуться в нем во весь рост и наслаждаться комфортом, который так любил. Для Инос кресло оказалось великовато, и она отпустила несколько ядовитых замечаний по поводу дурного вкуса Рэпа. Уж если по воле Богов ему суждено провести остаток дней в этой золоченой клетке, пусть хотя бы научится подбирать цвета!

Но разве сейчас до того? Сейчас было время расспросов, улыбок и странного чувства благодарности. Прошло всего два дня с тех пор, как он на рассвете привел Инос в Дом Рэпа. Он чувствовал себя не столько рыцарем, спасшим даму своего сердца, сколько сиволапым мужиком, который привел невесту в свою убогую хижину. Много лет назад она принесла ему в приданое дворец; теперь же он не мог предоставить ей ничего лучше двухкомнатной хибарки. Но Инос, как всегда, тонко чувствовала его настроение и нахваливала его дом сверх всякой меры. И ей удалось-таки сделать эту хижину уютнее любого замка.

Двух дней, конечно, было мало для того, чтобы стереть следы восьмимесячной разлуки, особенно если учесть, что они уже не надеялись свидеться друг с другом. Двух дней было мало, чтобы успеть рассказать обо всех удивительных событиях, что довелось пережить им обоим. Двух дней было мало для того, чтобы приглушить и смазать ощущение чуда, когда просыпаешься и видишь, что твоя любимая рядом с тобой, или когда поднимаешь глаза и встречаешь такой родной и знакомый взгляд. Два дня – это очень мало и в то же время так много!

Они лежали под вязом и улыбались друг другу, преисполненные радости и довольства.

– Послушай, а когда тебе было хуже всего? – спросила Инос.

Рэп пожал плечами:

– Пожалуй, труднее всего мне было в плену у колдуньи в Касфреле. А может, в тот момент, когда мы не смогли помешать Зиниксо убить Олибино. Но чародей, наверное, знал, что погибнет. Я виноват перед ним – всегда его недооценивал.

Наверное, он и сам себя недооценивал, пока от него не потребовалось сделать больше, чем он мог. А когда было лучше всего?

– Дурацкий вопрос.

Инос хихикнула.

Немного погодя она вздохнула и спросила:

– Рэп, а что будет дальше?

– Здесь? Здесь ничего не будет. Хранительница об этом позаботится.

– В самом деле? Она действительно может помешать Сговору проникнуть сюда?

– Она так считает. Или, по крайней мере, так говорит. На самом деле на все воля Богов. Возможно, что-нибудь привлечет внимание Зиниксо к Тхаму, он поймет, что Проклятая страна – не то, чем кажется. А иначе…

А иначе они оба останутся здесь навсегда, до самой старости, до смерти.

– А бежать никак нельзя? – спросила Инос, поняв, о чем умолчал Рэп.

– Уйти отсюда можно только с ее разрешения. Я полагаю, она наложила на нас заклятие, так что бежать мы не сможем. Хранительница, вероятно, предвидела, что произойдет в лагере джиннов. А быть может, следовала пророчеству, но она знала, что я вернусь, готов поручиться. По-моему, Хранительница ничего не делает наудачу. – Он поднял голову. – Смотри-ка, у нас гости!

Через лужайку шли Кейди и Тхайла. У одной из них были коротко стриженные русые волосы, у другой длинные и черные, но обе нарядились в одинаковые сине-зеленые юбки, белые блузки и сандалии. Глаза у одной были золотистые, у другой зеленые, но улыбки выглядели одинаково напряженными.

Кейди решила остаться в Доме Тхайлы. Она забегала к родителям дважды на дню, но подолгу не засиживалась. Девушка постепенно приходила в себя, но даже появление матери не произвело на нее ожидаемого эффекта. На это потребуется некоторое время. К тому же Рэпа беспокоило подозрение, что Кейди приходит к ним только потому, что ее посылает Тхайла. А вот сегодня Тхайла и вовсе сама привела ее.

Рэп встал, раскланялся и сотворил еще два кресла. Он обменялся любезностями с девушкой-пиксом и обнял Кейди, пытаясь убедить себя, что она уже не так каменеет от его прикосновения, как раньше. А когда она, лукаво улыбнувшись, спросила мать, хорошо ли той спалось, ему даже показалось, что она уже немного похожа на прежнюю Кейди.

– Конечно, плохо, – ответила Инос. – Садись.

Увы! Этот ответ удивил и встревожил Кейди. Так, стало быть, она не шутила. Ее зеленые глаза перебегали с Рэпа на Инос и обратно. Кейди была в том возрасте, когда дети начинают понимать, что их родители – вовсе не какое-то особое явление природы, а такие же люди, как и все, но мысль о том, что ее папа и мама могут заниматься этим – в их-то годы! – ее, похоже, шокировала.

Все четверо уселись в кружок. Девушки настояли на том, чтобы старшие заняли более удобные кресла. Рэп предложил Тхайле создать угощение по своему вкусу, и она наколдовала холодный горьковатый фруктовый напиток. Завязалась легкая, ни к чему не обязывающая беседа. Интересно, они пришли лишь затем, чтобы Кейди повидалась с родителями, или у этого визита есть какая-то иная, более глубокая цель?

– Папа! – сказала Кейди с жеманным видом, почти таким же, какой напускала на себя в былые времена, задумав какую-нибудь шалость. – Расскажи, как там идет война.

– Я не уверен, что Тхайле хочется слушать рассказы о таких мрачных вещах.

– Хочется, хочется! То есть… – Кейди встретилась взглядом с глазами подруги и хихикнула. – То есть, я думаю, она не станет возражать.

Вот она, истинная цель их прихода!

– Но ведь она, пожалуй, знает об этом не меньше моего, если не больше, – осторожно сказал Рэп. Он был уверен, что встреча с Тумом и Неимом, в результате которой он отправился к халифу, была подстроена Хранительницей, но не подумал, что Тхайла станет сотрудничать с Хранительницей. Ведь эта женщина убила ее мужа и ребенка! Однако, когда имеешь дело с волшебниками, ни в чем нельзя быть уверенным.

– Армия джиннов продолжает отступать, ваше величество, – сказала Тхайла. – И халиф по-прежнему едет на носилках.

– Рад это слышать. И пожалуйста, зовите меня Рэпом – по крайней мере до тех пор, пока не увидите в короне. Сегодня я оставил ее не столбике кровати…

Тхайла кивнула с серьезным видом:

– Благодаря вашему вмешательству Тхам избавлен от опасности.