Елена Лобанова - Новоселье

— Так Вы за этим настаивали на охоте? — догадалась сама сообразительность. Даже Наариэль облегчённо выдохнул. Приятно.

— Ага. Именно за этим самым. Но времени мало. Решайтесь быстрее.

— Ничего не получится, но спасибо, — Валерьянка расщедрилась на улыбку в мой адрес. — Я несовершеннолетняя. Без согласия отца…

— Или другого старшего родственника, — перебила я Валерьянку. — Наариэль! — сероглазый красавец молча смеялся. Нет, уж. Тут дело серьёзное. — Охота — опасное занятие. Главы Дома Синей Вязи нет уже больше получаса. Вдруг, что случилось? Кабан напал, например. Не хочу пугать, но единственный живой-здоровый родственник Нирэльяны, по имеющимся данным, — смягчила я формулировку, — сейчас Вы. Остальные или находятся слишком далеко, в Ирсилене, или предположительно погибли. Предположение на данный момент неопровергаемое. То есть, проверять и опровергать я не буду. Сама не могу, а уважаемая Карнэль самоустранилась. Согласны на помолвку сестры?

— Если сестра не против, — кусал губы прекрасный страж. — Отец будет в ярости.

— В бессильной ярости, — подчеркнула я значимость момента. — Нирэльяна, согласна? А влюбишься потом, если сейчас не можешь. В конце концов, и так бывает. Сын Императора на дороге не валяется, — поддержала я под локоть готового упасть в обморок Лидорчика. Совсем парня замучили своими уточнениями. — Прекрасная партия, согласитесь… Когда ещё такой случай подвернётся?

— Согла-асна, — протянула самая сообразительная из девиц.

— Отлично! Лидор, промычи «да». Кивни хотя бы! Ну, ты же мне обещал! — взвыла я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не оскорбить важную персону подзатыльником.

Семьдесят второй потомок одарил меня восхищённым взглядом.

— Да, — еле прошептал Лидорчик, и, видя, что я уже готова ударить его чем-нибудь тяжёлым и ненужным, всё-таки промямлил: — Как скажешь…

А что? Это же чистая правда. Сам бы он в жизни не рискнул сделать предложение Валерьянке, а без подсказки ещё и не смог бы. Потому что все влюблённые — жуткие мямли.

— Нирэльяна, застегни на нём браслет, а то Лидор не в состоянии. Потерпи, бедненький мой, это ж не надолго! — утешила я страдальца.

От перспективы «не надолго» страдалец чуть было дышать не перестал. Но с браслетом Валерьянки справился быстро, гад ушастый. Ведь может же, когда хочет.

Наариэль утирал слёзы. Нет, я понимаю, весело. Но, чтоб настолько?

— Митавиа, я Вам говорил, что Вы самая… самая… Я бы с Вами ни за что помолвку не разорвал, — прибил меня откровением прекрасный страж.

Лидорчик всё понял и успел подхватить меня под локоть. А то я вдруг оседать начала. Колени подогнулись. Ладно, удалось сделать вид, что села.

— Поздравляю, — сдавленно просипела я уже с одеяла. — С помолвкой вас. Можете поцеловаться.

Целоваться помолвленные не стали. Лидорчика приморозило к месту. Наверное, он искал в голове словарь, чтобы выразить мне свою благодарность, но нашёл только звуки из языка «прекрасных коров».

— Мммы… — изрёк будущий дипломат.

— Мы, пожалуй, тут вокруг погуляем, — взяла дело в свои руки Валерьянка.

Ага, ещё бы не взять-то? Одно дело, когда поклонники сами обхаживают, и совсем другое — когда юноша приносит себя в жертву из любви к какой-то девчонке. Вроде как из любви. М-да… Лидорчик на алтарь себя положил во всех смыслах. Исхитрился всё-таки. Ну, или я его исхитрила, что уже не важно.

— Дальше ста шагов в лес не заходить! — грозно предупредил Наариэль и пристроился рядом со мной на одеяле. Разлёгся, подперев голову, и задумался.

Красота! Даже как-то не обидно совсем. Наоборот. Вот, ещё бы на сероглазого эльфа полюбоваться, но я сижу спиной и вроде как повода поворачиваться нет. Тему для разговора найти не могу.

Тему нашёл сам Наариэль.

— Митавиа, а Вы не опасаетесь, что Лидортонниэль влюбится в мою сестру? — задумчиво спросил страж.

— Так он уже, — даже плечами пожала. Неужели можно было не заметить? Валерьянке можно. Она себе мои мозговые выверты даже представить не в состоянии. А передачу жениха за десять минут — тем более. Драконья скорость, да!

— То есть, как? — изумлённый Наариэль сел у меня за спиной.

Пришлось объяснять «как».

— Да так. Мы с Лидором друзья. Ни у меня, ни у него никакой-такой любви не было. А помолвка… Он защищал меня как потомок Императорского Дома и защищал бы и дальше. Но не ценой же собственного счастья! — Так я ему и доставила удовольствие, жертвователю недоделанному. — Ваш отец года через три перестанет сердиться на Нирэльяну. Не знаю, что у них с Лидорчиком к этому времени получится. Он, на самом деле, хороший парень.

— А как же защита? Дом Императора всё-таки, — пробормотал потрясённый страж.

Ха!

— Ну, у меня теперь есть Вы, — обнаглела я до крайней степени.

В вас когда-нибудь била молния? А приятная молния? Так вот, молнии бывают приятными. Наариэль придвинулся ближе и прошептал:

— Да, я есть… у тебя.

А потом поцеловал за ушком. Оххххх. Вот тут эта приятная молния меня и ударила. Насквозь прошила.

Я хотела ещё парочку молний, но меня ментально стукнула Синяя Бабушка, напоминая, что я не одна. А потом на нас с Наариэлем и Бабушкой выплеснулось не меньше десятка вёдер воды разом. Наариэль вскочил и задвинул меня за спину, потому что из-за его спины гораздо безопаснее смотреть на Жемчужного Папу в ярости.

Потом смотреть стало неудобно, потому что рядом с Наариэлем встал Короед. Яся и вовсе влезла перед мужчинами и окончательно перекрыла мне обзор. Хоть на четвереньки становись!

— Отец, ты всё не так понял, — начал Наариэль.

— Да, отец, — подоспела Валерьянка, буксирующая Лидорчика.

Что-то у Тонны Эля ноги совсем заплетались. Неужели соблазнить пыталась? Бедолага. (Лидорчик, бедолага). Главное, чтобы мои инструкции не забыл и соблазнялся не сразу.

— Чужая невессста, — шипел бывший образец сдержанности.

— Где? — пискнула я из-за широких спин.

Бабушка добавляла эмоций, тихо потешаясь: «Уделала-таки, доконала».

Нирэльяна бесстрашно добуксировала Лидорчика до главы Дома Синей Вязи.

— Отец, позволь мне представить тебе моего жениха, Лидортонниэля Миргландинниэра, Сына Императора.

— Семьдесят второго, — просипел счастливец.

Вот, умный он или как? Зачем сразу такие подробности?

— Ничего, — ободрила его новая невеста, — Всё равно — потомок Правящего Дома.

Немая сцена длилась недолго. Тарноэр-старший думал быстро. Отодвинув в сторону дочь и жениха, он лишь слегка притормозил перед преградой в виде родного сына и его близнеца.