У Чэн-энь - Путешествие на Запад. ТОМ IV

С левой стороны под мышкой у бесенка торчала продолговатой формы цветная коробочка, в которой обычно носят пригласительные грамоты.

Выйдя навстречу Сунь У-куну, бесенок закричал: – Эй вы, уже возвращаетесь? Сколько купили свиней и баранов?

– Да вот, сколько видишь, – отвечал Сунь У-кун.

Уставившись на Ша-сэна, бесенок спросил:

– А это кто?

– Это – торговец, у которого мы купили свиней и баранов. Мы остались должны ему несколько лянов серебром и ведем его к нам, чтобы рассчитаться. А ты куда направляешься? – в свою очередь спросил Сунь У-кун.

– Я иду на гору Коленце бамбука пригласить старого князя на пир, который состоится завтра утром.

Подделываясь под него, Сунь У-кун спросил:

– А сколько гостей приглашено на пир?

– Приглашен старый князь, он займет почетное место, а всего вместе с нашим князем и главарями отрядов наберется до сорока человек.

Тут Чжу Ба-цзе прервал их разговор.

– Идем, идем! Не то свиньи и бараны разбредутся!

– Ступай, гони их! А я пока попрошу его показать мне пригласительную грамоту, – отмахнулся от него Сунь У-кун.

Бесенок, не раздумывая, открыл коробочку, достал грамоту и вручил ее Сунь У-куну. Сун У-кун развернул свиток и прочел следующее:

«Почтительно прошу вас завтра утром пожаловать на пир, который я устраиваю в честь волшебных граблей. Вы осчастливите меня, если не откажетесь принять приглашение, за что заранее выражаю крайнюю признательность! Вышеизложенное сообщаю Вам, достопочтенный дед и великий господин мой, Премудрый обладатель девяти чудес. Твой внук Желтый лев бьет челом и кланяется сто раз».

Прочитав до конца, Сунь У-кун вернул грамоту оборотню, а тот положил ее в коробочку и пошел своей дорогой прямо на юго-восток.

– Брат, что же там написано? – спросил Ша-сэн.

– Это приглашение на пир в честь волшебных граблей. Внизу написано: «Твой внук Желтый лев бьет челом и кланяется сто раз». Приглашение послано деду, которого величают великим господином, Премудрым обладателем девяти чудес.

– Жёлтый лев? – с улыбкой переспросил Ша-сэн. – Так это должно быть и есть тот самый оборотень, который превратился из льва золотисто-желтой масти. Но кто же тогда Премудрый обладатель девяти чудес?

– Это по моей части, – засмеялся Чжу Ба-цзе, слышавший слова Ша-сэна.

– Что это значит? – удивился Сунь У-кун.

– Древние люди сложили поговорку: «Паршивая свинья гоняется только за львом золотисто-желтой масти». Вот почему я и сказал, что лев по моей части!

Так, разговаривая и посмеиваясь, трое монахов гнали свиней и баранов. Но вот показался вход в пещеру Пасть тигра, и взору наших путников открылась такая картина:

Разрослась, опоясав подножие гор,Изумрудная зелень густая.Животворная сила струится над ней,Городов Юйхуа достигая.По отвесным утесам, карабкаясь вверх,Разостлался лишайник ползучий,И лиловый терновник склоняет цветыИ кивает с обрывистой кручи.Гомон птиц раздается из чащи лесной –Им никто в этих дебрях не страшен,И глубокой пещеры запрятанный входПрихотливо цветами украшен.Красотою сравнится с таким тайникомТолько Персиковая пещера[40].Да, могли бы приют от мирской суетыЗдесь найти благочестье и вера!

Приближаясь к пещере, наши монахи заметили целое сборище бесов-оборотней, самых разных по виду и по росту. Все они весело резвились под цветущими деревьями. И как только услышали гиканье Чжу Ба-цзе, погонявшего скот, сразу же выбежали навстречу. Одни бросились ловить свиней, другие погнались за баранами и быстро связали и тех и других. Встревоженный шумом и гамом, князь вышел из пещеры и направился к воротам.

– А, это вы! – успокоился он. – Сколько купили свиней и баранов?

– Мы пригнали восемь свиней и семь баранов, всего пятнадцать голов, – отвечал Сунь У-кун. – За свиней заплатили шестнадцать лянов, за баранов следует уплатить девять. У нас было при себе всего двадцать лянов, поэтому мы и остались должны еще пять. Вот торговец скотом. Он явился за деньгами.

Оборотень-князь выслушал его и сейчас же приказал слугам:

– Отдайте этому человеку пять лянов и выпроводите его отсюда!

Но Сунь У-кун запротестовал.

– Этот купец пришел сюда за своими деньгами и, кроме того, он хочет посмотреть на пир.

Оборотень-князь страшно обозлился и стал ругаться:

– Плут ты этакий! Грубиян! Купил скотину, ну и ладно, так нет, надо же было еще разболтать о пире!

Чжу Ба-цзе не дал ему договорить:

– Господин и повелитель мой! – воскликнул он. – Ты раз – добыл сокровища, редчайшие и ценнейшие во всей Поднебесной. Отчего же ты боишься показать их этому человеку?

Старый оборотень, услышав эти слова, с досады даже плюнул. – Да и ты, Чудак, не лучше, мерзавец этакий! – воскликнул он. – Я добыл эти сокровища в главном городе уезда Яшмовые цветы, и если этот купец увидит их, он пойдет туда и станет всем рассказывать. Молва быстро дойдет до правителя уезда, и он тотчас появится здесь, чтоб вернуть свои сокровища. Что тогда делать?

– Господин и повелитель! Этот купец из местности, расположенной за рынком Цяньфанцзи, а это очень далеко от уездного города, – возразил Сунь У-кун. – Кому же он станет рассказывать? Кроме того, он тоже проголодался, ведь мы дорогой ничего не ели. У нас здесь есть и вино и еда. Накормим его и отпустим!

В это время к Сунь У-куну подошел бесенок. Он вручил ему пять лянов серебра, а Сунь У-кун передал их Ша-сэну со словами:

– Получай свои деньги, купец! А теперь пойдем с нами на задний двор, перекусим.

Ша-сэн набрался храбрости и вместе с Чжу Ба-цзе и Сунь У-куном вошел в пещеру. В просторном зале за вторыми воротами они сразу же заметили помост, стоявший посредине, на котором были высоко водружены волшебные грабли с девятью зубьями. От них исходило дивное сияние, даже глазам было больно. С левой стороны от граблей к возвышению был прислонен посох с золотыми обручами, а с правой – волшебный посох, покоряющий злых духов и оборотней.

Вслед за монахами шествовал князь оборотней.

– Смотри, купец, – сказал он, обращаясь к Ша-сэну, – видишь, что в середине светится? Это и есть волшебные грабли. Гляди сколько тебе хочется, только помни: когда выйдешь отсюда, ни в коем случае никому не рассказывай!

Ша-сэн в ответ лишь кивал головой и непрестанно благодарил.