Алекс Хван - Рпг (СИ)

— С алмазами проблем не вижу. Мне как—то один из клана Рейнджеры алхимики, способ подсказал, как алмазами разжиться. Но для этого крутое снотворное нужно. Леди Смерть, ты как снотворное забодяжить сможешь?

— Легко. Кстати, Рейнджеры алхимики. Знакомое название. Я когда из Степных Амазонок ушла, ко мне оттуда человечек приходил, предлагал присоединиться. Говорил, что им хорошие алхимики очень нужны.

— А ты?

— А я отказалась. Знаю я такие кланы. Посадят в лабораторию и заставят с утра до ночи зелье бодрости гнать. А у меня натура тонкая. Мне бы исследованиями заняться или мобов в данже погонять...

— Понятно. Значит планы такие. Белознежка, ты отвечаешь за Заячью долину. Будешь время от времени облет делать и по ходу дела голубые тюльпаны собирать. Как? Сделаем тебе метательных дисков, будешь ими цветы срезать, а потом под прикрытием газового облака собирать. Леди Смерть — ты по возможности еще зелий на продажу сделай. Клану золото нужно. Эльза — я на разведку, типо инфу пробью, где можно кристаллов статики надыбать.

— А почему я должна за тюльпанами идти, — внезапно возмутилась Белознежка. — Пусть Щекотун идет, он своим лазером их тоже неплохо срезает.

— Щекотун один цветок срежет, а пять спалит. Ты же одним броском аккуратно десятка два срезать сможешь.

— Ага, как же. Они сразу прятаться начнут.

— Я с тобой пойду, — подал голос Прынц. — Кстати, я там несколько любопытных жил нашел. Можно будет качественной рудой разжиться, а то в лавке уже бронзовые ножи заканчиваются.

— Он уже на пятьсот золотых всякой бронзы продал, — гордо похвасталась Эльза.

— Ну, скажем не я, а Кристина. Она у нас главный продавец.

— Хороший товар долго не залеживается, — скромно потупилась девушка в коже. — Тем более у меня "Торговля" поднялась...

— Значит решили. Пока торговля идет, будем пополнять казну клана. А потом устроим грандиозную охоту за алмазами Великого Полоза.

Где—то на окраине Мира.

— Что это? — Спросил Видящий клана Рейнджеры Алхимики, глядя на поставленную на стол склянку.

— Новое зелье регенерации маны. Ускоряет скорость восстановления в шесть с половиной раз на восемь часов.

— Здорово. Будем на торги выставлять. Думаю двести золотых за него самая подходящая цена.

— Ты не понял. Это не наше зелье. Его клан Камнееды гонит и продает по пятьдесят золотых.

— Опять эти Камнееды. Достали уже. Мы из—за них уже сотню тысяч золотых потеряли. Сообщи всем кланам, что с нами сотрудничают, что если они объявят войну или вражду Камнеедам, то получат пятнадцать, нет двадцать процентов скидки на все услуги Рейнджеров Алхимиков.

— Да, но этот клан теперь входит в альянс Язычники.

— Альянс большой?

— Нет, не очень. Камнееды в нем самый маленький клан, а кроме него в ал входят Готы, Блестящие и Степные Амазонки.

— Значит пусть всему альянсу войну объявляют. Сотрем Язычников с лица Мира.

— Может сначала переговоры. Потребуем исключить Камнеедов из альянса, а потом уже их загнобим.

— Ради такого мелкого ала еще и дипломатов посылать. Делай как я говорю и через месяц от Язычников одни лишь воспоминания останутся.

Собрание членов альянса Язычники в резиденции клана Блестящие.

— За всем этим стоят Рейнджеры Алхимики, — рассказывал Лихо Одноухий всему собранию. — Я сам слышал, как они предложили клану Инквизиторы двадцати процентную скидку на свои товары на весь тот срок, пока их клан будет в состоянии войны с нашим альянсом.

— И на этот момент мы имеем следующее, — подвел итог Беломор Ко. — Четыре альянса и тридцать девять отдельных кланов находятся с нами в состоянии войны или вражды. Наиболее страдает клан Готы. Так получилось, что у Готов нет ни своего города, ни своего замка, а клановые дома рассеяны по всему Миру. Если Амазонок и Камнеедов есть замок и город удаленный от жилых территорий, а Блестящие за годы войн создали практически несокрушимую линию обороны, то Готы из—за войны стали практически беззащитны. Единственными участками поддерживающими оборону являются храмы Валкура в нейтральных городах, но и они скоро сдадутся. Предлагаю временно перенести активы Готов в Капитошкино. Что скажешь, Пофигуэль?

— Я в принципе не против, а вот места хватит? У меня город дальше расти не может, из—за нехватки маны. Вот если бы эту проблему решить, то все организовать можно.

— С маной проблем не будет. Поставим дополнительные накопители и будем всем кланом излишки маны сливать. Со стройматериалами тоже поможем. Ты только согласись.

— Ну, если так, то я согласен.

— Нужно еще храмы нормальные Валкуру, Мирене и Некросу в Капитошкино поставить, чтобы жрецы на своей территории могли в полную силу работать, — подала голос Анюта.

— Тогда лучше ставить один, но посвященный четырем богам, примерно как в столице — храм всех богов.

— Ерунда все это, — возмущенно выдал Попрыгунчик. — Забились в угол и оборону наращиваете. Нужно просто Алхимиков загасить, тогда война сама стихнет. Кто про этих Рэнджеров что знает? Чем занимаются? Какие слабые места?

— Клан старый. Ни в один альянс не входит, хотя дружеские отношения поддерживает со многими, — начала выдавать инфу всезнающая Анюта. — Основное занятие крафт и торговля. Уникальные зелья, оружие, броня, петы. Сырьем и полуфабрикатами не торгуют, только готовыми изделиями. Часто заключают сделки на поставки. Причем условия сделки всегда выполняют. Известно только два случая когда они не смогли выполнить условия контракта, и в обоих случаях выплатили двадцатикратную штрафную санкцию. Поэтому, несмотря на высокие цены, с ними любят иметь дело.

— Значит, по кошельку нужно бить. Поставки срывать или сделки аннулировать. А еще лучше, грабануть их как следует или вообще весь клан обнулить.

— Звучит хорошо, но идея практически нереализуема. Их резиденция — Железный город, считается самой неприступной крепостью в Мире. Они, на ее оборону, большую часть доходов клана вложили.

Да, изменилась жизнь в Капитошкино с появлением Готов. Центральная площадь раздвинулась и на ней началось возведения Храма Четырех Богов. Четыре разных входа украшенных барельефами с изображением... Если черепа Некроса и детализация пыток от Валкура меня не сильно впечатлили, то вот украшение входа в часть Капитошки наполнили рот слюной, а Миренины картинки вызвали сильное шевеление в набедренной повязке. Полюбовавшись изображениями, я направился к своему богу на молитву и доклад.

— Бог, наливай, я закусь принес, — заорал я заходя в молитвенный зал и одновременно доставая из инвентаря трех запеченных глухарей.