Наталья Бульба - Прогулка в бездну

О том, как то ли случайность, то ли чужая воля свела в одном месте ее и принца Олейора. Свела, чтобы сплести вместе, чтобы заставить две души прорасти друг в друга, беря и давая, делая сильными и беззащитными. И о той ночи, когда наследник в неосознаваемом бреду, согревая, держал мамину ладонь в своих, пытаясь вернуть ее душу из той бездны, куда отправила ее Сфера Хаоса. О своих младших сестренке и братишке, для которых вероятность еще раз увидеть свою мать теперь, когда я знал истинную цель Асии, стремительно неслась к невозможному.

Я рассказывал ему, а он — слушал. Позволяя мне замолкать, сглатывая встающий в горле комок, подливая мне в бокал вина, когда это становилось единственным, что могло помочь мне избежать готовых ринуться потоком слез. С недоверием и восхищением смотря на меня, когда я упомянул о бое мамы и Ярангира.

И опустил ресницы, пряча от меня взгляд, когда сдерживая рвущийся из груди стон, я подошел к предательству Жрицы. Тому самому, из-за которого самый дорогой для меня человек сейчас находился в непосредственной близости к Правителю Дарианы. По странной прихоти судьбы напоминая ему ушедшую в Пустоту Единственную.

И лишь в самом конце, когда мой рассудок почти потонул в дурманящем море вина, поразительно трезвым голосом уточнил:

— Чего ты хочешь?

И услышав в ответ: 'Чтобы она вернулась ко мне', - с застывшей вместо лица маской, кивнул головой.

Правда, в тех обрывках воспоминаний, которые у меня остались после этой ночи, понять, чтобы это значило, мне было сложно. Да и не хотелось.

Но я был рад, что вместо того, чтобы напиваться в одиночестве потерявшей тепло комнаты, нелегкая занесла меня именно сюда. И не только потому, что в страдающем от похмелья утре не было толкавшей на необдуманные поступки невыносимой тоски, но и потому, что вместо тоненькой паутинки, связывавшей меня с Саркатом, эта ночь выстроила между нами широкий и надежный мост.

Я — доверился, а он — принял мое доверие.

— Сегодня вечером мы начнем твое обучение. — Вместо благодарности за все, что он сделал, сказал я поднимаясь.

Впрочем, это и была благодарность. И он это понимал не хуже меня.

— И ты будешь способен на этот подвиг? — Уточнил он с той же насмешкой, которой радовал меня уже не первый раз за те полчаса, что прошли с момента моего героического пробуждения.

Вместо ответа, я лишь на мгновение прикрыл глаза. А когда открыл их, то оказался впечатанным в ближайшую стену, хоть и продолжая нагло улыбаться.

Несколько мгновений я наблюдал за тем, как он пытается освободиться от невидимых пут. И пусть до успеха ему было очень далеко, но тактику освобождения от моего заклинания он выбрал верную. В очередной раз убеждая меня в том, что из него будет толк.

— Ты еще сомневаешься? — С доброжелательной издевкой задал я свой вопрос.

— Нет, мой учитель.

Услышал я его ответ, в котором было слишком много наигранного смирения, чтобы я мог в это поверить. Что наталкивало меня на одну очень неожиданную мысль: еще неизвестно, кто из нас и для кого станет учителем. И если я ему буду открывать мир магии, то предлагаемое им взамен этого, было не менее значительным.

Что ж… видимо, не всегда не правы были те, кто говорил, что истина — в вине. Или… откровенности. В способности не боясь удара в раскрытую душу отдать себя. Ничего не потребовав взамен.

Мне не хотелось думать об этом сейчас. Когда уже поздно было задумываться о том, правильно ли я поступил, придя именно сюда. И доверил свою боль именно ему, еще вчера бывшему моим врагом, но сумевшим принять ту новую жизнь, которую я ему предложил.

— О времени я сообщу тебе позже.

Я сбросил магические путы и улыбнулся, видя как Саркат сполз по стене. Похоже, он не предполагал, что свобода может оказаться так близко. Выходя из комнаты, мимоходом кивнул ничего не понимающим, но, тем не менее, бесстрастным терам.

А у входа меня ждал сюрприз, в виде прислонившегося к перилам лестницы Саражэля, смущающего демонов своим невозмутимым видом.

— Я был удивлен, не увидев развалин дворца. — Вместо приветствия заметил он, окидывая меня внимательным взглядом.

И этот туда же. Плохо, что мои предпочтения уже так хорошо изучены и хорошо, что я еще могу их при этом шокировать.

— Для меня самого, когда я проснулся, это стало не очень хорошей новостью. Боюсь, теряю квалификацию. — С нарочитым бурчанием заметил я, проходя мимо. — Надеюсь, ты не с приказом отправить меня в темницу?

— Если бы ты назвал место, откуда не сможешь выбраться, Элильяр именно это и сделал бы. — И задумчиво добавил. — Для твоей же безопасности. Когда ты вчера, даже не заметив этого, взломал защиту дворца Повелителя, на всех это произвело неизгладимое впечатление.

Я на мгновение притормозил, вспоминая эту подробность потери мною контроля, и с удивлением отметил, что помню не только, как я это делал, но и то, что хотел при этом посоветовать Арх'Онту. Его защита была великолепна, но… слабовата по потоку Хаоса. Впрочем, удивляться этому не стоило: добровольцев, желающих исправить эту оплошность до недавнего времени на Лилее практически не было. А те кто был, завязли бы во второй Основе и переплетении Стихий, делавших попытки проникнуть внутрь невозможными.

Если только… И на мое лицо выползло потрясение. Не столько в том, что я не был первым, кто это сделал, сколько в том, что Закираль должен был иметь нераскрытые способности Равновесника, чтобы суметь с этим справиться.

Надо будет при случае поделиться своими открытиями с Элильяром и Аароном. И пусть для всего происходящего это не имело никакого значения — чернокожий воин выходил в своем владении магией на какой-то немыслимый даже для самого извращенного воображения уровень, — лишние знания редко когда вредили правителям.

— Я могу подсказать не место, а состояние. — С некоторой флегматичностью в голосе парировал я.

Правда, мне недолго удавалось поддерживать эту маску на своем лице. Лишь до тех пор, пока я не увидел изумления на лице обычно хладнокровного Лорда.

— Ты что… совершенно ничего не помнишь?

Надо признать, что попытки найти в своей памяти хотя бы что-то, похожее на то, что могло бы вызвать такие чувства у Саражеля ни к чему не привели. Если только… Нет, он меня не разыгрывал.

— Что еще я натворил? — Затравленно уточнил я.

Одновременно и желая этих знаний и, вполне закономерно, опасаясь.

— Меня здесь не было, — начал Саражэль, еще до конца не поверивший в то, что я и правда не в курсе собственных проделок, — но рассказанное впечатленными демонами плохо укладывается в то, что мне о тебе, Александр, известно. Ты едва сдерживал свою силу, и когда охранные амулеты перестали справляться с ней, один из гвардейцев сделал попытку тебя увещевать.