Ксюша Ангел - Исповедь пророчицы. Источник силы

 – Послушай, мне бы хотелось, чтобы ты успокоилась...

 – Ха! Он хочет, чтобы я успокоилась! Посмотрите на него – само спокойствие. А может, это твоя дочь сейчас валяется в сточной канаве? Может, это ты – тот несчастный отец, который нашел своего ребенка мертвым? Нет! Мало того, ты жестоко избил этого отца, посадил в клетку...Или он все же мертв, Тан? Что тебе стоит соврать? В тебе же нет ничего святого. И после этого ты хочешь, чтобы я тебе верила...

 Слезы текли по моим щекам, я не хотела плакать, но они все бежали.

 Кира! Моя Кира. Все внутри меня онемело. Чернокнижник возвышался надо мной, стоял и смотрел, как я плачу, а я не могла остановиться. Он протянул руку – я не знаю, что он хотел сделать: погладить меня по голове или добить, но вдруг повалился навзничь. За его спиной стоял...Нет, я не знала этого человека: весь в лохмотьях, с рассеченной щекой, его тело все было в ссадинах и синяках. Мне казалось, он еле стоит на ногах и вот-вот упадет. Но он не упал. Я увидела, что в его руке сверкнул кинжал. Он наклонился над бездыханным телом Чернокнижника и еще раз сильно вонзил кинжал в его грудь.

 «Нужно в сердце», – пронеслось у меня в голове..

 Человек сел на кровать. Он тяжело дышал – видимо, ему пришлось бежать очень долго. Он устал и был весь избит, но сознания не терял. Тогда он посмотрел на меня – его глаза были пусты. И я поняла, что винил он только себя.

 Роланд пошевелился, и я повернулась к нему. На Влада я уже не могла смотреть. Я устала расхлебывать то, что он делал. Тогда он погубил все племя, потому ему захотелось убить Охотника – отомстить за брата. Пришел другой Охотник и перебил всех нас, как мух. Столько сил было потрачено на то, чтобы все восстановить, вытащить племя саки из преисподней, в чем помог, как ни странно, Тан, который тогда был «поводом» убийства Мишеля...Боже, сколько крови, сколько боли и...Кем я стала? Этот вопрос я часто задаю себе по ночам и не нахожу ответа. «Я не могла иначе» – слабое оправдание, даже я это понимаю.

 Влад всегда хотел показать свою силу, покичиться ей, и к чему это привело. Мое сердце разбито навеки, навеки. Навсегда...

 К счастью, Роланд пострадал несильно и ограничился небольшой шишкой на лбу. Он открыл глаза и сначала не понял, что произошло. Влада он вообще не узнал.

 – Кто это? – спросил он и прищурился, чтобы лучше разглядеть его лицо. – Черт, Влад, ты ли это? Ты, наверное, не догадываешься, но ты сейчас похож на...нет, даже я не могу сказать, на кого ты сейчас похож.

 Но ответа не последовало – ответом ему была тишина. Влад резко поднялся и вышел. Я не видела его несколько недель.

Глава 33

«Мы гнемся в три погибели – ну, что ж,

Такой уж ветер… Только, друг, ты знаешь,

Зато потом ничем нас не согнешь,

Зато нас на равнине не сломаешь!»

В. Высоцкий

Я сидела на кровати в своей комнате и не двигалась. Я не знаю, сколько я так просидела. Пустота вползла в мою душу, моя душа сама стала пустотой. Я услышала, как в дверь постучали, и через секунду в мою комнату вошла Маргарита. В ее руках был поднос с едой, который она поставила на тумбочку около кровати.

 – Поешь, – сказала она жалостливо. – На тебя смотреть больно…

 – Мне больно шевелиться, – безучастным голосом произнесла я.

 – Роланд собрался к Первозданным, он просил не говорить тебе, но я… Я боюсь за него. Хотя, быть может, ты считаешь его виновным в том, что произошло…

 Я не дослушала ее, встала и покинула комнату. Роланда я застала у себя, он сидел на кровати и что-то писал.

 – Куда ты собрался? – спросила я, входя.

 – Полина, что ты делаешь здесь? Пойди, отдохни, я должен сделать кое-что! – он не смотрел мне в глаза.

 – Посмотри на меня! – скомандовала я. Он не сразу подчинился, поэтому мне пришлось повторить фразу. Каждое слово, каждое усилие давалось мне с трудом. Наконец, я взглянула в его синие глаза и прочла там лишь вину. – Ты ни в чем не виноват! – произнесла я твердо.

 – Какая-то сила заставила меня выйти из ее комнаты, – прошептал он. – Я пытался сопротивляться, но она словно вела меня! Всех нас… Я должен все исправить! Я пойду к ним, и сделаю все, что они скажут! Снова отрекусь, если понадобится!

 – Не делай этого, – тихо произнесла я. – У меня остался только ты, и я не хочу тебя терять! Слышишь, Роланд, не смей бросать меня!

 – Прости меня… – его голова опустилась вниз, и он прикрыл ее ладонями. – Я обещал тебе и не уберег ее…

 – Ты ни в чем не виноват! – повторила я. – Но ты должен помочь мне!

 Роланд посмотрел на меня внимательно.

 – Единственного человека, который мог вернуть ее из мира мертвых, убил Влад. Я не знаю, возвратится ли он когда-нибудь, думаю, да, потому что, насколько я его знаю, Тана не так просто окончательно убить! Но ждать я не могу. Я знаю, Первозданные могут мне помочь, но также я знаю, что они не будут меня слушать! – я посмотрела на друга. – Тебя  они также слушать не станут. Они слушают лишь Охотников, так мы дадим им Охотника. Все, что нам нужно, у нас есть – девять кругов ада и моя кровь.

 – Что ты задумала? – спросил Рол шепотом. Он уже знал, что ему не понравится мой ответ.

 – Я впустила демона, – сказала я.

 Тан был мертв (хотя слово «мертв» здесь не совсем уместно: я уже поняла – нельзя убить Чернокнижника), но злость на него во мне жила. И в ту ночь, когда погибла моя дочь, со мной случилось то, что ранее никогда не случалось ни с одной женщиной пламени саки – я впустила первого демона.

 То, что творилось со мной тогда, я не могу описать словами. Я была неистовой, злой и решительной. Каждый из тех девяти мог покорить меня, убить меня и жить в моем теле, но ни один из них не мог бороться с моей злостью. Один за одним они уходили, и я тут же впускала следующего. Тогда я вымоталась, но не чувствовала этого. Мне было все равно.

 Я дала себе девять дней – каждому по дню своей жизни.

 Первый – сильный и могущественный, дарящий мужественность и власть. Но я была женщиной, и взять меня у него не получилось.

  Второй – захватывающий миром приключений и радости, от него было тяжелей избавиться. Он раскрывал ту «часть айсберга», которая находилась под водой, раскрепощал, он был сексуален. Но этого мне хватало в жизни, этого было не нужно, и я выбросила его, как ненужную вещь.

 Третий… Дымка. Он показывал будущее. Но я была пророчицей, мне ни к чему был его дар.

 Как я уже писала, лишь немногие добирались до четвертого, его просто не хотелось отпускать. Но демон ошибся – мне не нужно было его всемогущества, мне нужна была моя дочь.

 Пятый открывал древние знаки. Алхимия была его кровью. Но у меня не было желания делать золото из ничего.