Александр Анфилатов - Утро нового мира (СИ)

— Называть меня волшебником — это слишком громко и незаслуженно. Так, балуюсь помалу. Где вот, как сейчас, дождичек наслать, когда сглаз от дитя отвести. Когда девушке парня приворожить. Такое вот наше незамысловатое знахарское ведовство. А откуда взялся? Так то просто — из Вологды. У нас в семье с давних пор людей пользовали.

— Значит, потомственный знахарь?

— Может, и потомственный, но не совсем знахарь. Я, скорее, с потусторонними силами якшаться горазд, это когда людей духи одолевают, вред им наносят, это моя стезя.

— Борец с тёмными силами?

— Ты меня не понимаешь, никакой я не борец, просто знаю некоторые способы защиты от них.

— И кого ты защищаешь?

— Да кого хошь. Хоть скотину, хоть человека. Могу домового доброго призвать в избу. Могу злого изгнать. Ну там, полтергейст разный ликвидирую. Понятно?

— Вроде уразумел, это нечто похожее на охотника за приведениями.

— Ничего ты не понял, о каких приведениях ты толкуешь, они только в кино и бывают, а я тебе о духах бесплотных говорю, что в людей и в животных вселяются. Это не приведения, это реальные парни, и глушить их надо реально, без сантиментов.

— И что, есть способы?

— Есть. Иначе к чему весь сыр–бор.

— Значит, ты у нас типа инквизиция. То‑то я вижу — накидку с крестом одел, вроде как крестоносец.

— Никакой я не крестоносец. Крест, в данном случае лишь яркий антураж, для заметности использован, как впрочем и знамя с орлом. Теперь вуоксы, завидев их издалека, бояться будут, нервничать, а страх и неуверенность врага, первые помощники в бою. Осмелюсь предположить, что в следующий раз они даже в бой вступать не решаться, потому как орки суть — дикари, и их реакция на ситуацию вполне адекватна. И насчёт инквизиции тоже промах, я ни с кем не борюсь, я людям помогаю избавиться от напасти, а это совсем другое.

— Вызов грозы мало вяжется с твоими утверждениями, это стихийное волшебство и основа высокой магии, а борьба с духами — тёмная магия. Как объединяются совершенно разные направления?

— Это у вас на Троне разные, а у нас в Вологде по барабану, чем беса изгнать, молнией или святыми мощами, лишь бы результат налицо.

— И часто тебе удавалось вот таким, как ты говоришь, ремеслом, пользоваться?

— Что‑то наша беседа, Олег, на допрос походит, ты ещё "Молот ведьм" извлеки, для наглядности.

— Конечно, это не допрос, но должен я знать, с кем имею дело, и чего от него ожидать.

— Многого ожидать как раз не приходится, родители мои рано покинули этот мир и знания обширные унесли с собой, но кое‑что передать успели. Однако я не был усердным учеником, ведовство казалось никчёмной забавой — шарлатанством, обманом доверчивых обывателей. Кто мог знать, как оно в жизни обернётся и, что в прошлом казалось ненужным, сейчас потребуется. Да и грех это всё. Потому больше техникой увлекался, историю изучал.

— На Троне волшебство в большом почёте, — продолжил Олег, — тем, кто обладает подобными способностями, везде открыты любые двери и предоставлены большие возможности, как для карьеры, так и для собственного развития. Все города–государства поддерживают развитие магии, ищут способных людей, имеющих божественный дар. Берут их на службу и организуют обучение. В городе Риналь существует школа магии, где из способных учеников готовят полноценных волшебников. Это, по местным меркам, очень продвинутая школа, имеющая высокую репутацию и профессиональный преподавательский состав. Для переселенцев–землян иметь собственного волшебника — большая и неожиданная удача. Конечно, я с самого начала догадывался, что ты непростой малый и имеешь большие способности, которые необходимо развивать, но не догадывался, о том, что у тебя есть нечто с двойным дном.

— Да нет у меня никакого двойного дна. На земле многие обладают способностями, сопоставимыми с моими, и даже более, но большинство, по различным причинам, стараются не высовываться и работают втихую.

— Я имел в виду, что ты не говорил о своих возможностях, даже тогда когда узнал о Троне, как о мире магии.

— Повторюсь, возможности мои невелики, и трезвонить о том, чего нет, глупо.

— Ты уже доказал их на деле, и результат оказался потрясающим. Тебе удалось отбить атаку шамана, а это очень и очень много. Теперь я уверен — мы спокойно переправимся, несмотря на ливень. А тебе надо учиться, и лучше всего отправить тебя всем миром в город Риналь, в местную академию.

— Не думаю, что соглашусь.

— Мы тебя уговорим, а не захочешь — заставим, а будешь колебаться — подтолкнём!

— Сдаётся мне, Олег, ты сам не так прост, как мне кажется. Находить Врата одной метеорологии недостаточно?

— Есть маленько, — согласился тот, — но это совсем другой профиль, он требует много времени, сил и особых способностей, но мой путь — Врата, и им отдано всё. Найти их исключительно трудно, и тут приходится использовать любую возможность, по этой причине я не могу заниматься ничем иным, просто нет сил. В этой ситуации ты, Ярослав, для переселенцев просто находка.

Постепенно ливень сходил на нет, превращаясь в обычный дождь и всё более замедляясь. Так постепенно, одна за другой уходили повозки на пароме, отправляясь в путь на другой берег. Примерно в течение часа они покинули пристань, где оставалась только небольшая группа людей и лошадей. В конце и они погрузились, совершенно оставляя северную сторону. Ярослав с Олегом последними ступили на паром, как это и положено командирам. Их место заняли бегущие аборигены. Они использовали не только имеющиеся лодки, но и брошенный переселенцами плот.

Когда Олег с Ярославом достигли столь желанного для них берега, дождь прекратился совсем. Они могли видеть, что столб магического света, растаявший во время грозы, вновь упирался в пасмурное небо.

— Похоже, наш коллега оправился от неудачи, — заметил Олег.

— Сомневаюсь, что фокус с грозой пройдёт во второй раз, — выразил сомнение Ярослав.

— Однако попробовать стоит, в противном случае модонам не позавидуешь. Думаю, после такого облома, колдун сильно сердит, и постарается сорвать злость на городе.

— Сколько времени ему потребуется для восстановления?

— На мой взгляд, он уже восстановился, но примерно пройдёт ещё час, прежде чем атака возобновиться.

— Тогда я попытаюсь вновь помешать ему с этого берега, вот только найду укромное местечко, подальше от любопытных глаз.

Ярослав покинул Олега, по пути позвав за собой оруженосца Трубу и скрываясь в прибрежных зарослях кустарника. А начальник экспедиции поспешил заняться переправой, где переселенцы с помощью своих лошадей помогали местным. Они тянули на южный берег паром, поднимали вверх по течению долблёные лодки, регулярно сносимые вниз стремительно быстрой рекой.