Андрей Удовиченко - Охота на судьбу

— Так, что мы предпримем, друзья? — обратился Эмиль к отряду.

— Перед нами была поставлена задача, и я полагаю, что мы все же можем попытаться ее выполнить, — высказался Зильриз.

— А я так и вообще могу постоять на входе, — хитро сощурив глаза, виднеющиеся из под платка, произнес Рахсан, — ну, чтобы прикрыть тыл, — тут же добавил он.

— Э, нет, дружище! — хлопнул Альхазир вора по плечу так, словно хотел зарыть его этим ударом в песок, — а кто же будет острить в темных катакомбах, заполненных мертвяками?

Рахсан с явным негодованием покосился на Альхазира и промолчал, потирая свое «припеченное» плечо.

— Я смиренно поддерживаю большинство, — тихо ответила Эхмельзара, проверяя свои амулеты на предмет наличия в них резервов магической энергии.

Эмиль удовлетворенно кивнул.

— Что же, я так понимаю, все прекрасно осознают, с чем мы можем столкнуться в подземелье, — подытожил воитель, — поэтому я предлагаю действовать предельно осторожно. Что бы ни случилось, держимся вместе. Воспользуемся ближайшим склепом. Рахсан откроет для нас ворота, — расписывал план действий Эмиль, — в катакомбах будем работать по обстоятельствам, ибо иных сведений у нас нет.

— А-а-а, не впервой! — махнул рукой Рахсан, словно им предстояло сделать какое-то плевое дело, — туда-обратно, и все дела! Выясним и… и что потом, кстати? — пораскинул мозгами вор.

— Какая радость услышать от тебя уместное высказывание, Рахсан, — добродушно промолвила Эхмельзара.

Вор хотел было что-то ответить на адресованную ему Зарой фразу, но, судя по выражению его лица, в голове Рахсана шли нешуточные дебаты, целью которых являлось определить, был ли он только что оскорблен или получил похвалу. Собственно, длительное молчание означало лишь одно — ответ так и не был найден.

— Да, Зуруб ничего не говорил о прерывании ритуала, — вступил в беседу некромант, — я думаю, истинную цель нашего похода знала только Шафирия.

— Все так, — ответил Эмиль, — но, учитывая сложившиеся обстоятельства и нехватку времени, мы должны будем взять ответственность на себя. Лучше сделать, чем остаться в стороне, — добавил он фразу, могущую претендовать на полноценный девиз.

— Абсолютно верно, а сделаем мы немало, — с воодушевлением в голосе промолвил Альхазир, поглаживая арбалет.

— В таком случае вперед.

— Пусть боги помогут нам в наших свершениях, — прошептала Эхмельзара.

— Так как насчет моего дежурства на входе? — буркнул вор, которого по-товарищески подтолкнул в спину Альхазир.

Гоблинские тюрьмы не отличались особой фантазией по части своего устройства и являли собой большие деревянные клетки, чьи решетки были сделаны из древесины тикового дерева, славившегося своей прочностью. Сам же тюремный лагерь был огорожен невысоким частоколом, на стенах которого дежурили гоблины-надзиратели. Собственно, основными арестантами острога были пойманные гоблинами-ловцами животные, начиная от белых волков и заканчивая черными медведями. То ли звери были пойманы живьем «прозапас», то ли для дальнейшей дрессировки, понять пока было сложно. По всей видимости, члены отряда являлись единственными обладающими разумом пленными в этом «тюремном зоопарке». Но гордиться таким «верховенством» в интеллектуальном развитии среди прочих «арестантов» никому из отряда особо не хотелось, ведь одним из немаловажных отличительных факторов пребывания в остроге был отменнейший запах, а точнее, ужасная вонь, оставляемая братьями нашими меньшими в процессе их жизнедеятельности. Но не только этот факт мог опечалить путников, оказавшихся в затруднительном положении. Гоблинов, что очевидно, не сильно заботили удобства, в которых располагался плененный ими отряд, ведь нынешняя темница не спасала ни от дождя, ни от холода. А эта проблема, в сравнении с запахом, была намного весомей, да и к тому же, никто не знал, чем гоблины собирались кормить пленных, если собирались это делать вообще.

— Может, они нас все-таки отпустят? — удрученно промолвила Кэлли, устремив свой взор в затянутое облаками небо.

— Ага, обязательно, — пробурчал Кервил, — особенно после того, что сказал Раэль.

— Ты напрасно сердишься на меня, Кервил, гоблины все равно не отпустили бы нас, что бы я им ни сказал.

— Мы этого не можем знать, — огрызнулся мальчик, — и теперь никогда не узнаем.

— Раэль, а что это был за предмет, из-за которого гоблины так взъелись на тебя? — спросила Кэлли.

— Я бы и сам хотел это узнать. Именно из-за него я и оказался здесь, — ответил охотник, — Мьяла, — обратился Раэль к девушке, которая, прислонившись спиной к деревянным прутьям клетки, сидела на траве, о чем-то задумавшись, — а друиды не спохватятся о твоем отсутствии?

— Спохватятся, — отстраненно промолвила она.

— И? Они ведь будут искать тебя?

— Боюсь, что нет.

— Как же это так? Ты ведь друид, член общины!

— Я не друид, — с грустью произнесла она, — я обычный послушник, который нарушил правила.

— Но ты же сказала…

— Я соврала, — вздохнула девушка.

— Но зачем? — воскликнула Кэлли.

— Я… я… хотела…

— Казаться не тем, кто ты есть, — проворчал Кервил.

Единственный, кто не участвовал в беседе, был Гаркзыб, который ходил по клетке туда-сюда, сопя носом от негодования, — мерзкие коротышки! Как они посмели! Гррр, — бурчал орк на своем языке, — Негодяи! Мерзавцы!

Кажется, тюремное заключение действовало на Гаркзыба угнетающе, и вот, мощные руки орка обхватили деревянные прутья клетки, перед тем как попытаться разломать их.

— Не надо, Гаркзыб! — вовремя спохватился Раэль.

— Мой драться! Я им не вонючий животный!

— Так мы ничего не добьемся, а только погибнем напрасно! — промолвил охотник, — мы выберемся отсюда! Я обещаю.

— Твой не может обещать.

— Могу. Я сейчас же направлюсь к вожаку на переговоры.

— М-м-может не стоит, — тревожно протянула Мьяла.

— Ну, все, теперь нас точно убьют, — прицокнул языком Кервил.

— Мы не можем знать этого наверняка, — уверенно ответил Раэль, — эй, вы там! На стене! У меня есть важная информация для вождя!

— Мой надеяться, что у твой есть план, — сказал Гаркзыб.

Раэль неопределенно мотнул головой. И вот, гоблинские надзиратели, выругавшись себе под нос по поводу того, что их приятному времяпровождению мешает какой-то человечишка, все же решились, во избежание гнева вождя, доставить неуемного охотника в шатер Курзыка.

Единственный, кто верил рискованному предприятию Раэля, была Кэлли, чья речь, словно легкий ветерок, вселяющий надежду, долетела до слуха удалющегося под конвоем охотника.