Илья Гутман - Наследник Звёзд

— Ты больше не раздосадован тем, что отныне заперт в Эламе? — изумлённо произнесла Снежана.

— Существует множество способов покинуть реальность этого мира, и я уверен, что вскоре смогу открыть один из них — если меня, конечно, не убьют в Хер'Льене…

— Ты так спокоен? Ты не боишься смерти, аргомант? — раздался голос Ирвэна.

— Нет. Даже если меня убьют, слуги Авузла или Зорана, я попаду в Фантомный Мир, а через клатху вернусь в Элам.

— Что такое фантомный мир?

— Клатхический план бытия. Своего рода загробный мир для Истинных Магов…

— Постой, но что, если туда попадёт этот Зоран, бог Хаоса? Думаю, он начнёт там всех мучить, а то и энергию высасывать! Также он может начать поиски способа выбраться обратно, на обычный план бытия!

— Нет, так дело не пойдёт, — уверенно ответил я. — Зоран был поглощён Хаосом, а значит, после смерти тела Хаос потащит его в свои недра, называемые Адом, или Геенной Огненной. Зоран не навредит фантомному миру.

После этого разговора я вернулся к начертанию звёзд на страницах фолианта, не обращая ни на что внимания. Ирвэн, подошёл ко мне и что-то возбуждённо произнёс.

Я, увлечённый написанием заклятий, не обратил внимания на слова тёмного владыки, даже не слушая их, и отмахнулся от своего спутника, но тот вырвал из моих рук зачарованное перо, резко перечеркнул начерченную семиконечную звезду и нарисовал восьмиконечную. Я ударил рукой по лбу, мол, ты прав, Ирвэн. Ирвэн, как я понял по глазам, удовлетворённо улыбнулся, и принялся строчить формулу под этой звездой. Я в экстазе выхватил перо у Ирвэна и нарисовал новую фигуру, похоже, Авузла: кальмароголовое существо, вписанное в пентаграмму, а справа от него — непонятный неправильный многоугольник, разделённый на три части. Ирвэн, где-то достав новое перо, начертил две стрелки: от многоугольника к Авузлу, и в обратном направлении, и над каждой из них надписал формулу.

«Похоже, у этого здоровяка имелся богатый опыт в ритуалах, связанных с хаотическими созданиями», — услышал я мыли дракона.

— Ирвэн был мастером призыва демонов, — ответил я, прочитав мысли танина. — Ибо он служил владыке Хаммону, а страна Масхон была алодиумом империи Укбуфур, которая часто представляла своим союзникам демонические войска. Их приёмом в нашем мире и занимались мастера призыва вроде Ирвэна.

— И что же вы сделаете с Авузлом? — не терпелось узнать дракону.

— Не торопи события, — хитро улыбнулся я. — Узнаешь.

И вот, наш корабль приплыл на место. Мы стояли над самым Хер' Льеном: ибо, куда не поверни амулет, алые глаза осьминога затухали. Они горели лишь после того, как я поворачивала артефакт к воде, глазами вниз. И ощущалось мощное присутствие Хаоса. Авузл…

— Что же, пора спускаться, — произнёс я.

— Собираемся же и поплыли вниз! — вторил мне Снежана. Опять ей не сиделось на месте!

— Нет, — ответил я. — Хер'Льен — не провинциальный городок эшхарготов. Это — их столица, бывшая столица Эквитании — и город Авузла. Авузл имел здесь собственный дворец-храм, когда ещё был богом Равновесия — и здесь же он нашёл свой покой. Так просто нам всем здесь не пройти. Нужна Тень Абсолюта! Да, Снежана, я могу одолжить тебе старый плащ-невидимку, доставшийся от Даромира. Ты можешь плыть со мной. И Ирвэн поплывёт со мной. А остальным под водой делать нечего!

Все остальные члены команды, похоже, расстроились, поскольку поняли, что для них путь в затонувший город закрыт.

Первым в воду ринулся Ирвэн. А там он исчез. Затем прыгнул и я с книгой, на которую уже успел наложить заклятие водоотталкивания, а последней в морскую пучину ринулась Снежана, накинув плащ. Я успел осмотреть подводный город обычным зрением: большей частью та же архитектура, что и в предыдущем. Только Хер'Льен обладал двумя уровнями: верхним городом, находившимся на холмах и, соответственно, нижним городом. В верхнем городе располагалось великое множество древних эквитанских зданий. Некоторые из них полностью покрылись илом, водорослями и оказались разъедены диким кораллом, и вследствие заброшены. Вместо тех зданий эшхарготы переселились в ракушки, сохранившиеся от гигантских крабов. От множества домов остались лишь руины и обнажённые колонны. Также сохранилось большое количество скульптур — в первую очередь, статуй Авузла той эпохи, когда он ещё имел антропоморфный облик — наружность атлетического воителя с трезубцем, и изваяний древнеэквитанских воинов с копьями, длинными клинками, и неизвестным оружием, напоминающим стальные трубки.

Это — магическое оружие, изобретённое Перворождёнными, — пояснил я. Но нам всем следует немедленно накинуть Тень, иначе нас всех засекут! Я перешёл в Тень Абсолюта, и, включив внутреннее зрение, поплыл вперёд. И только я закрыл глаза, как увидел внутри дворца огромную спящую тушу Авузла. И меня пошатнуло даже от одного контора этой фигуры высотой саженей в двадцать, и от тех энергетик Хаоса, которые от неё шли.

Он не так уж и страшен, как раньше, — раздался голос Иллиндила в моей голове. — Ибо растерял бСльшую часть своей личности — и энергетики.

Мы проплыли дальше, к дворцу-храму, шестиугольному, с огромными позеленевшими колоннами у каждой стены. У входа, здоровенной двери-ракушки стояло двое огромных стражей-эшхарготов в трезубцами. В этом оружии ощущалась мощная хаотическая магия. Я обогнул шестиугольный храм сзади, там где располагался чёрный вход. Но он оказался заперт. Я взмахнул рукой, и дверца со скрежетом открылась. Мы проплыли в храм. Там перед нашим внутренним взором и открылась фигура Авузла. Мы смело сбросили тени.

О, Боги мои! Что за мерзкое создание этот Авузл! Эшхарготы — и те выглядели красавчиками по сравнению с ним, хотя и были с ним связаны. Авузл оказался громаден, и щупальца, довольно мило смотревшиеся на головах «детей Авузла», в увеличенном варианте оказались куда страшнее любых морских змей. И гребень на голове морского титана, напоминающий петушиный, извивался под водой быстрее, чем любой скат. К тому же, на голове Авузла оказалась пара рогов, похожих на бычачьи. Отвратительная туша вздымалась и опускалась, перекачивая воду, которой дышала. Хотя нет, водой не дышат, дышат растворённым в воде кислородом.

Я взволнованно раскрыл книгу, достал из кармана мантии зачарованный кусок мела и принялся рисовать на полу пентаграмму. — Нам повезло, что в этом зале нет стражи!

— Гексаграмму рисуй, умник, — недовольно пробурчал Ирвэн. Я перечертил фигуру. Около получаса мы с Ирвэном рисовали вокруг гексаграммы непонятные символы. От Снежаны я потребовал стоять на шухере. Она поначалу не поняла этих слов, но я объяснил ей, что это значит «стоять на страже».