Анастасия Вихарева - Всей нечисти Нечисть...

-- Хорошо, -- Его Величество встал. -- Мы, безусловно, понимаем ваше волнение и тревогу. Мы согласны, что часть из вас вернется назад тем же путем. Но вы должны понимать, что мы не сможем вам выделить ни людей, ни другую помощь. Единственное, что мы можем дать: сухой паек на двадцать дней, один ковер-самолет, необходимое снаряжение. Я требую, чтобы вы покинули территорию лагеря за десять минут до начала комендантского часа. Всех, кто желает покинуть нас, прошу внести себя в список, чтобы вам приготовили все необходимое до ужина.

Ее Величество не произнесла ни слова. Она встала и удалилась в свой шатер, опираясь на руку Его Величества.

Сразу после его слов в лагере началась суета. Именно вампиры зубоскалили в этот вечер между собой на потеху и оборотням, и людям. Вампиры, которым было разрешено отправиться обратно, возмущались, что им выдали по одной банке консервы на день, что снаряжение дали не самое надежное, что ковер-самолет и все остальное придется тащить самим. Оборотни в горах подчинялись лично Ее Величеству, независимо от того, какому вампиру принадлежали в другое время. Несколько людей пожелали вернуться с теми, кто собирался в обратный путь, но всем и каждому объяснили, что разрешение выдано лишь тем, кто в той или иной мере является для экспедиции обузой, объедая и задерживая, и что вреда от них больше, чем пользы. С этим согласились все. Святые Отцы исправно отслужили службу, вкусив со стола своей паствы и освятили все, что было выставлено на столе, разве что отказались от сладкого и пошли собираться в обратный путь вместе со всеми. Святые отцы разделились, как и высокопоставленные члены экспедиции: кто-то считал, что долг их пройти до конца со своей паствой, кто-то, что нельзя оставить без поддержки заблудших овец. Прошел слушок, что тянули жребий: желающих вернуться или остаться было слишком много.

Сразу после ужина людей отправили по местам. Комендантский час для людей наступил на час раньше обычного комендантского часа. В гроте разместили подрывников и часть альпинистов, которые работали на благо экспедиции, в палатках альпинистов, которые поднимались вместе с остальными, и те, кто пока был не востребован, еще один грот занимал обслуживающий высокопоставленных особ персонал. На этот раз даже оставили место для отряда, который должен был вернуться. Ее и Его Величество расположились неизменно в царском шатре с удобствами и подогревом. В восемь вечера, когда стемнело, каждого обязали находиться в спальном мешке. Люди не спорили, все устали и вымотались за день.

Часть оборотней отправились шмонать убывающих вампиров.

Вампиры, которые оставались, занимали первые места в рядах зрителей наравне с оборотнями. Серые будни приелись и тем и другим. Даже министр внутренних дел не смог убедить оборотней вернутся к своим прямым обязанностям. И немногие оборотни выказывали недовольство, когда замечали, что люди смотрят на то, что происходит в части лагеря, где располагались палатки высокопоставленных членов экспедиции.

Ровно без двадцати девять лагерь разразился оглушительным свистом, выстрелами в воздух, гиканьем и улюлюканьем. Никто не обратил внимания, как один за другим вверх по вырубленным в камне ступеням, не издав ни звука, поднимаются люди из грота, который располагался к лестничному подъему ближе всего -- полураздетые, часть из них шла почти босиком, не обремененные спальными мешками и снаряжением, и немногие из них имели за спиной рюкзаки с продуктами, собранными накануне. Никому бы в голову не пришло, что можно бежать вперед, а не назад.

Спустя час после очередного осмотра в грот заглянули три оборотня, не заметив ничего необычного. Посередине горел огонь, едва освещая помещение. Люди спали в спальных мешках. Одежда и обувь, которой не досталось места на веревочке и у огня, небрежно брошена рядом, полураспакованные рюкзаки, сваленное в кучу страхующее снаряжение. Тихо, но сонное зелье отключало человека так глубоко, что иногда можно было подумать, что тот, кто его принял, умер. Очевидно, повар положил таблеток больше, чем следовало.

-- Пошли, -- позвал один из оборотней. -- Я хочу увидеть, чем все закончится. Мне интересно, у них получится или нет. Я уже пять раз пробовал. Отсюда можно только с человеком выйти.

-- Да хрен их знает, мы одно, они другое. Этих-то что, когда? Жрать хоца. Вот сволочи, до кости в последнее время обгладывают. Хоть бы мозговые косточки оставляли.

-- Как обычно, после двенадцати приведут...

-- Жаль, не успеем сделать ставки. Трансформация начинается раньше...

-- А когда у нас сегодня луна-то выходит?

-- В половине. Расходятся, господа хорошие... Пошли бегом! Если развернет, то скоро...

Он посмотрел на часы. Три человека-оборотня бросились бежать, но, видимо, не успели: там, куда они торопились, раздались изумленные возгласы вампиров и веселое гиканье оборотней...

Около шестидесяти человек быстро поднимались в гору, оставляя лагерь позади себя далеко внизу. Четверо, которые шли последними, чуть отставали, часто оглядываясь. Прошло три часа, а лагерь оставался без движения -- и это тревожило. Два часа вампиры и оборотни не могли успокоиться, провожая своих, смеялись громко. Глупенькие, вряд ли вампиры догадывались, что те, кто уходил, знали, что пришла подмога, и им не придется возвращаться одним. Черным оборотням ничего не стоило доставить высокопоставленных государственных мужей куда пожелают -- престолонаследнику нужна была поддержка.

Их голоса летели вслед, подстегивая беглецов...

Многие уже сносили или сняли сырые носки, рассовывая их по карманам, в кровь разбили ступни и ладони. Отсутствие теплой верхней одежды и обуви заметили бы сразу, брали один комплект на четверых. Куртки, обувь и часть одежды пришлось оставить в гроте. Все должно было выглядеть так, как будто они спят. Выиграть у смерти ночь -- не так уж мало, им нужна была эта ночь. Перед побегом одевали на себя свитера, теплые брюки, рубашки, белье, какое нашлись в рюкзаках, обматывались полотенцами, засовывая в спальники и рюкзаки камни.

Над краем горизонта из-за горы показался диск луны...

И вдруг лагерь ожил... Вспыхнули палатки, раздались выстрелы, тишину разорвали крики.

Четверо, которые поднимались последними, разом остановились, припав к окулярам биноклей и приборов ночного видения. Остановились и люди, поднимающиеся по ступеням.

-- Вперед! Вперед, я сказал! -- хриплым голосом прокричал один из четверых.

Люди мгновенно задвигались и снова полезли вверх.

-- Бабилон, гони их, иди, мы справимся без тебя. Через час дай ребятам минут двадцать. И ты, Иван, иди. Если что, ищите пещеру и взрывайте ее к чертовой матери. Виткас, вся надежда на тебя, я из лука никогда не стрелял.